В течение последующей недели профессор Преображенский не предпринимал никаких действий, вследствие чего в квартире происходило множество событий. Шариков несколько раз конфликтовал с доктором Борменталем. Получив паспорт и прописку, Шариков потребовал, чтобы его называли по имени и отчеству, однако профессор отказался удовлетворить это требование и запретил другим обращаться к нему таким образом. Преображенский сообщил о намерении найти для Шарикова отдельную комнату, на что тот предъявил документы, подтверждающие его право на жильё в профессорской квартире, и заявил, что не намерен никуда съезжать. В ответ профессор пригрозил уволить Швондера и прекратить содержание Шарикова. Испуганный Шариков на время замолчал, но запомнил сказанное о Швондере.

На следующий день Шариков похитил у профессора деньги, после чего долго отсутствовал, а затем вернулся поздно ночью в пьяном виде в компании двух незнакомцев, которые попросились переночевать. Услышав вызов милиции от швейцара, гости ушли, прихватив с собой малахитовую пепельницу, бобровую шапку Преображенского и его трость, являвшуюся подарком студентов. Шариков решительно отрицал свою причастность к краже, намекая на Зину, что довело девушку до слёз. В это время Шариков почувствовал себя плохо из-за выпитого алкоголя, и все начали оказывать ему помощь.

Поздно ночью профессор Преображенский и доктор Борменталь обсуждали ситуацию с Шариковым. Борменталь, испытывая благодарность к профессору за поддержку в студенческие годы, предложил избавиться от Шарикова, однако Преображенский категорически отказался. Он указал на серьёзные последствия, которые могли бы возникнуть в случае несчастья с Шариковым, учитывая их происхождение и возможность преследований. Профессор отказался предать подопечного и коллегу.

Вскоре после операции стало ясно, что профессор допустил серьёзную ошибку. Он пять лет работал над улучшением человеческой породы, удаляя придатки мозга, но в результате превратил доброго пса в крайне неприятного человека. Причина заключалась в том, что гипофиз был пересажен не от абстрактного человека, а от конкретного индивида — алкоголика Клима Чугункина. Если бы пересадка была сделана с более достойного человека, результат мог бы быть иным. Борменталь с тревогой предположил, к чему приведёт влияние Швондера на Шарикова, и предложил отравить его мышьяком, но профессор отверг это, считая, что жизнь следует прожить с чистой совестью. Он отметил, что сейчас Швондер использует Шарикова против него, но в будущем ситуация может измениться.

Борменталь охарактеризовал Шарикова как человека с “собачьим сердцем”, отметив его ненависть к котам. Преображенский надеялся, что с временем гипофиз приживётся, и поведение улучшится, хотя понимал, что худшее ещё впереди.

Поздно ночью в коридоре возник шум, и полуодетая кухарка волокла пьяного Шарикова без штанов, который проник в комнату прислуги и начал приставать к Зине. Борменталь разозлился, схватил Шарикова и встряхнул его. Профессор, заметив в глазах коллеги агрессию, вмешался и отнял Шарикова у Борменталя. После этого Борменталь несколько успокоился, пообещал утром устроить Шарикову “бенефис” и повёл его спать.