×

Анализ повести Привычное дело Белова

Анализ повести «Привычное дело» Белова В. И

«Привычное дело» В. И. Белова — поэтизация избы, народного уклада, традиций крестьянской культуры. Эта небольшая повесть с нарочито скромным, но трагически-напряженным названием, внутренним рефреном «привычное дело — жизнь» появилась вначале в провинциальном журнале «Север» . Василий Белов был уже известен. Он начинал как поэт, ученик известного вологодского поэта, жившего в Москве, Александра Яшина, выступившего в 1956 г. с рассказом «Рычаги», повестью «Вологодская свадьба» . В 1961 г. В. Белов опубликовал рассказ «Деревня Бердяйка» — о тихой трагедии, умирании одной деревни, где уже давно не слышат криков новорожденных…

Этот рассказ вводил читателя в круг главных гуманистических проблем творчества В. Белова. И прежде всего он заставлял услышать его тревогу: деревня живет не просто плохо, бедно — она живет за чертой милосердия, сострадания, обычного человеческого внимания! Она выживает, а не живет… Повесть «Привычное дело» невелика по объему, проста по составу героев — это многодетная семья крестьянина Ивана Африкановича Дрынова

Вещи, окружающие Ивана Африкановича, — колодец, баня, родник, наконец, заветный бор — тоже члены его семьи.

Это святыни, опора его, помогающая выжить. «Событий бытия» в повести немного: труд Катерины, поездка Ивана Африкановича в город, «на чужбину», с мешком лука ради спасения семьи, заработка. Читатель встречается с очень стыдливой в проявлении высоких чувств семейной парой. «Нипошто пришел, нипошто», — говорит, например, на своем говоре Катерина, когда Иван Африканович прибежал в роддом. Ho она любит в муже это «непослушание», ради таких мгновений она готова к бесконечному труду во имя своего дома, семьи.

Щемит сердце, когда читаешь, как Иван Африканович, пережив похороны жены, раздав часть детей по приютам, по родне, горюет в сороковой день на могиле жены: «…A ведь дурак был, худо тебя берег, знаешь сама… Вот один теперь… Как по огню ступаю, по тебе хожу, прости… Худо мне без тебя, вздоху нет, Катя.

Уж так худо, думал за тобой следом… А вот оклемался… А твой голос помню. И всю тебя, Катерина, так помню, что… Да.

Ты, значит, за робят не думай ничего. Поднимутся. Вон уж самый младший, Ванюшка-то, слова говорит… такой парень толковый и глазами весь в тебя.

Я уж… да. Это буду к тебе ходить-то, а ты меня и жди иногда… Катя…

Ты, Катя, где есть-то? Милая, светлая моя, мне-то… Мне-то чего…

Ну… тепере-че… вон рябины тебе принес… Катя, голубушка». В этом фрагменте «сказа» с типично крестьянскими повторами, с языческим ощущением неразделимости бытия, стиранием границ между жизнью и смертью, с редкими вкраплениями патетики ощутим редкий слух В. Белова на народную речь, очевидно его искусство вживания в народный характер. Это искусство раскроется и в его «Плотницких рассказах» , где спорят два «заклятых друга» Авенир Козонков и Олеша Смолин, в «Бухтинах вологодских» , в большом романе о коллективизации «Кануны» . Этот якобы «пассивный» герой то активно взывает к миру о сострадании, о милосердии к деревне, то ведет мучительную борьбу за свой дом как уголок России, очаг выживания, за родник очеловеченного бытия. «Выживу я — выживет и народ!» — словно говорит этот бесправный, беспаспортный герой, то и дело сгоняемый даже с дорогой ему земли.

Что священно, вечно, бесценно для Ивана Африкановича, для Катерины? Они, пожалуй, даже и не признаются, что самое простое, «дешевое», легко дающееся им дороже всего. Так, «фокусом» дорогого им пространства является в повести их изба, их «дом». Он совсем не богатый, не «дорогой», во всем обычный — с передним углом, с самоваром, печью, с жердью, привинченной к потолку, люлькой для покачивания колыбели очередного младенца. «Очеп» своего рода «ось» всего деревенского, изолированного мира.

В «Прощании с Матерой» В. Распутина такой «осью», на которой как бы кружилось все колесо быта, мироздания, был посредине села царственный листвень, святое дерево.

Дом Ивана Африкановича вынес множество ударов — и вечную нужду послевоенных лет, эксперименты «раскрестьянивания», но чудом уцелел благодаря «ладу», крестьянской памяти, здравому смыслу, защитной силе семьи. Вся повесть — это цепочка комических или шутейных ситуаций, сцен трудов и необидных ссор героев в рамках «своего», природного мира, «деревенского космоса», живущего по законам гармонии, «лада». Однако не следует видеть в В. Белове, авторе «Привычного дела», морализатора, проповедника, недруга городской цивилизации. Он не является таковым даже в романе «Все впереди» . В. Белов, безусловно, испытывает немалое творческое счастье, вживаясь в характеры своих «детей земли», вслушиваясь в их голоса, искусно соединяя пестрые сценки в единое целое. Писатель показывает, как его герой тайком по ночам косит сено в лесу для своей коровы, как он же яростно требует справку на паспорт для поездки в город. И в финальные картины повести тоже вплетены сцены, раскрывающие этот же характер.

Потеряв Катерину, Иван Африканович заблудился в лесу, беспомощно подставил лицо «беззвучному прилипчивому дождю», услышал какой-то «всесветный и еще призрачный шум»… Ho каким-то чудом отчаяние было побеждено, герой вернулся в деревню, в осиротевший дом… Оттого, что взгляд писателя все чаще начинал обращаться в прошлое, к фольклору, народной эстетике, проза В. Белова становилась еще современнее. Нынешний «разлад» может исправить былой «лад» . Итог многих суждений В. Белова о «ладе» в связи с повестями Белова, самой книгой «Лад», этой энциклопедией жизни крестьянина, насыщенной преданиями, сказками, рассказами-картинами, подвел исследователь Ю. Селезнев: «Цель его… в том, чтобы через многообразие проявлений народной жизни осмыслить основания, понять природу ее единства, ее целостности. Эту основу…

Белов и воплотил в понятии «лад»». Это чрезвычайно емкое русское слово действительно являет собой единство многообразия: это и вселенский лад — целый мир, гармония миропорядка; это и лад определенного уклада общественной жизни — жизни и любви: дружба, братство, добрососедство, взаимопонимание; и жизни семейной: лад — это супружество, лада — любимый, милый, желанный человек; и трудовой — ладить — делать хорошо, с умением, вкусом… лад — это согласие, гармония».

Дайджест:

В чем необычность главного героя повести В. Белова «Привычное дело»? 1. «Привычное дело» Ивана Африкановича. 2. Смешное и серьезное в образе героя. 3. «Бунт» Ивана Африкановича. 4. Нужен ли нам Иван Африканович сегодня? Шестидесятые годы двадцатого столетия — время, когда. .

Краткое содержание повести Белова «Привычное дело» Едет на дровнях мужик Иван Африканович Дрынов. Напился с трактористом Мишкой Петровым и теперь с мерином Парменом беседует. Везет из сельпо товар для магазина, а заехал спьяну не в ту. .

Изображение села в повести «Привычное дело», образ женщины Правдиво рисует послевоенное село В. Белов в повести «Привычное дело». Название произведению дала любимая пого­ворка его главного героя, Ивана Африкановича Дрынова, фронтовика, труженика, привыкшего выполнять самую тяже­лую работу. Автор не. .

Краткое изложение Привычное дело В. И. Белов Привычное дело Едет на дровнях мужик Иван Африканович Дрынов. Напился с трактористом Мишкой Петровым и теперь с мерином Парменом беседует. Везет из сельпо товар для магазина, а. .

ЕГЭ по тексту В. Белова на тему «Журналисты не всегда говорят правду» Вариант сочинения ЕГЭ по тексту В. Белова. В. Белов в своем произведении описывает природу русского Севера. Известный русский писатель с горечью говорит, что люди часто не замечают красоту окружающего их. .

Пейзажные картины в произведениях Василий Белова Насквозь земные герои писателя мыслят конкретно, чувствуют непосредственно, воспринимают мир в его жесткой реальности бесстрашно. И с удивительной легкостью поднимаются от деталей и эпизодов самой заурядной повседневности к раздумьям о. .

На тему: Хорошее Дело в повести Детство, Горький ­Хорошее Дело Повесть Максима Горького «Детство», написанная в 1913 году, является автобиографической. В ней автор рассказывает о своем нелегком, но закалившем в нем железный характер, детстве. Именно благодаря лишениям и. .

Астафьев, Белова и другие писатели «деревенской прозы» Подлинным событием в литературе было появление прекрасной повести В. Белова «Привычное дело» . Взамен стандартных типажей работников «кормоцеха» перед читателем предстал Иван Африканович, характер живой, полнокровный. Без преувеличения можно сказать. .

Краткое содержание «Такая война» Белова Белов Василий Иванович Произведение «Такая война» Ваню — сына Дарьи Румянцевой — убило на фронте в 42-м г., а бу­мага с печатью и непонятной, но уж больно подозрительной подпи­сью приходит. .

Анализ стихотворения Есенина «Не ругайтесь! Такое дело!…» Начало 1920-х годов ознаменовалось для Есенина пересмотром отношения к теме города и деревни. Поэт стремился быть полезным крестьянству, но не находил среди представителей этого сословия своих читателей. Послереволюционная деревня предпочитала. .

«Дела определяются их целями: то дело называется великим, у которого велика цель». . . По повести М. А. Булгакова «Собачье сердце» 1. Революция как событие общественной жизни. 2. Образ профессора Преображенского. 3. Мнение профессора Преображенского и мнение самого автора о роли революции. Глубинный философский смысл фразы А. П. Чехова, на мой. .

Повести «Прощание с Матерой» и «Пожар» Распутина В. Г Эти повести взаимосвязанные, прямо продолжающие идею поисков всеобщей гармонии, заявленную В. Беловым, и одновременно преодолевающие известную замкнутость «деревенского патриотизма», показывающие всю противоречивость идеализации деревенской патриархальной морали. На первый взгляд в. .

По тексту В. И. Белова Меня могут спросить: а для чего оно нужно Проблема данного текста заключается в духовной связи поклений. Автор задает вопрос: «Для чего оно нужно, такое пристальное внимание к давнему…?».Но ведь без знания прошлого не может быть будующего. Эту связь. .

Дело не только артамоновых Сочинения по литературе: Дело не только артамоновых Лишь в 1924-1925 годах, уже хорошо зная конец, данный революционной действительностью Октябрьских дней, Горький смог осуществить план задуманной книги, в котором нетрудно угадать. .

Краткое содержание рассказа Белова «Такая война» Ваню — сына Дарьи Румянцевой — убило на фронте в 42-м г., а бумага с печатью и непонятной, но уж больно подозрительной подписью приходит больше чем через год. И решает. .

Проблема влияния красоты природы на поступки человека по тексту Белова про пробуждение природы С чьей-то легкой руки природу русского Севера журналисты называют неброской, неяркой и скромной… Вступление Существующая в природе гармония, ее величие и красота положительным образом сказываются на формировании духовного мира человека. .

Анализ повести Н. В. Гоголя «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» 1) История создания повести. После публикации «Вечеров на хуторе близ Диканьки» Н. В. Гоголь пишет цикл повестей «Миргород», который состоит из двух частей. В первую часть вошли повести «Старосветские помещики». .

Отношение к труду Можно ли оправдать свое пренебрежительное отношение к труду? Об этой серьезной проблеме рассуждает ———-в данном тексте. Автор говорит о том, что ——— Я согласна с автором. В основном труд определяет. .

Краткое содержание «Плотницких рассказов» Белова Март 1966 г. Тридцатичетырехлетний инженер Константин Платонович Зорин вспоминает, как его, выходца из деревни, унижали городские бюрократы и как когда-то возненавидел он все деревенское. А теперь тянет назад, в родную. .

В чем состоят особенности героя деревенской про­зы? В чем состоят особенности героя деревенской про­зы? О красоте душ сельских жителей, гармонии общественных отношений, которые были идеалом, а иногда характеризовали жизнь крестьянской семьи и мира, противоречиях национального характера, трудном. .

Анализ повести-сказки «До третьих петухов» Шукшина В. М Как и в гоголевских произведениях, в произведениях В. Шукшина нередко пафос комического сочетается с трагическим. При этом если смешное очевидно, то трагедия его героев зачастую не видна окружающим. «Трагедия и. .

Нужен ли нам Иван Африканович сегодня? Шестидесятые годы двадцатого столетия — время, когда в советской литературе главенствует герой, устремленный в будущее, пребывающий в вечном движении, постоянно что-то осваивающий и покоряющий. Нетрудно догадаться, каким критическим нападкам подверглась. .

Дело во вспышках на Солнце? Фантастическое сочинение по мотивам Р. Бредбери. Этот островок всегда привлекал к себе горожан. Со всех сторон его оттачивали речные воды. Посредине мирно соседствовали растительные группировки степной и лесостепной зон. Конечно. .

Красота природы. Влияние красоты природы на нравственное воспитание гражданина Надо быть глухим и слепым, чтобы не замечать бесконечно меняющиеся картины мира, — вот проблема, над которой рассуждает российский писатель В. Белов. Этот нравственный вопрос очень актуален, потому что современники. .

Анализ цикла «Повести Белкина» Пушкина А. С Всего в «Повести покойного Ивана Петровича Белкина» входит 5 повестей: «Выстрел», «Метель», «Гробовщик», «Станционный смотритель», «Барышня-крестьянка». Уже эпиграф, взятый Пушкиным ко всем повестям Белкина из «Недоросля» Фонвизина, является по своей. .

Краткое содержание рассказа Бунина «Дело корнета Елагина» Ы I-VII Это странное, загадочное дело произошло 19 июня 19.. года. Корнет Елагин убил свою любовницу, артистку Марию Сосновскую. Елагин словно родился офицером — десять поколений его предков служили. Когда. .

Анализ «Повести о Петре и Февронии Муромских» 1) Истории создания «Повести о Петре и Февронии Муромских». Во времена Ивана Г розного Московский митрополит Макарий поручил собирать по русским городам предания о прославившихся своими благочестивыми поступками праведных людях. .

Дело, которому я хочу посвятить жизнь Свою жизнь можно посвятить семье, а можно работе здесь каждый решает сам. Каждый выбирает свой путь, но не каждый выбирает верный. Верный путь для многих людей это тот, который приносит. .

Да и какое дело мне до радости и бедствий человеческих? В романе Лермонтова » Герой нашего времени » решается злободневный вопрос: почему люди, умные и энергичные, не находят применения своим недюжинным способностям и вянут без борьбы в самом начале жизненного. .

Величайшее дело человеческое! Великая Отечественная Война — это огромная душевная рана в человеческих сердцах. Началась эта страшная трагедия двадцать второго июня тысяча девятьсот сорок первого года, а закончилась только через четыре года, через. .

Анализ повести «Последний срок» Распутина В. Г В повести — катастрофа ухода из жизни, вернее, ее ожидание, смягчена: старуха Анна действительно многое пережила, вырастила детей, она умирает в родном доме, она видит круг близких ей людей. Да. .

Анализ произведения повести Метель, Пушкин Анализ произведения Повесть «Метель» была написана А. С. Пушкиным в 1830 году и вошла в цикл «Повести покойного Ивана Петровича Белкина». Это одна из наиболее поэтичных повестей цикла. В ее. .

Центральный персонаж драмы Сухово-Кобылина «Дело» Тарелкин олицетворение «новой» России, новой морали, выражение нигилистического мировоззрения. Тарелкин человек, способный на все, готовый на любое преступление, но фатально невезучий. Его цинизм беспределен, однако он не обладает страшной жестокой. .

«Мое доброе дело» Раньше я не задумывалась о доброте и добрых делах. Я видела, что иногда к родителям приходят с различными просьбами соседи, но не очень обращала на это внимания. А потом я. .

За правое дело Роман А. С. Пушкина » Дубровский » не оставляет равнодушным никого из читателей, и это совсем не удивительно. В этом произведении показаны проблемы взаимоотношения помещиков и крестьян, отцов и детей. .

Анализ повести М. Горького «Детство» 1) История создания повести М. Горького «Детство». В 1913 году Максим Горький написал первую часть своей трилогии «Детство», в которой изобразил веху в становлении личности маленького человека, основываясь на собственных. .

Писательство — дело трудное Умение писателя донести свою мысль читателю — вот проблема, над которой рассуждает автор. Ф. Искандер рассказывает нам о впечатлениях, которые он вынес после прочтения двух романов Л. Толстого. «Анна Каренина». .

Рассуждение по тексту Домбровского Свое дело Факультет ненужных вещей По отрывку из «Факультет ненужных вещей». » Зыбин пошел и снова остановился. У резных ворот с надписью «За колхозное изобилие» толпились люди. Курили, чадили, лузгали семечки. Он протиснулся и увидал. .

Язык — великое дело Великое потому, что словом можно объединить людей для благородных, больших дел. Словом можно выразить любовь и все тончайшие движения души. Но, к сожалению, слово может служить вражде и ненависти. Не. .

Анализ повести Н. Гоголя «Шинель: образ «маленького человека» Тема повести «Шинель» Гоголя — рассказ о судьбе «маленького человека», то есть незначимой в обществе личности. Главный герой повести «Шинель» , чиновник Башмачкин, выглядит мизерной личностью, поскольку не имеет ни. .

Правда жизни – правда искусства (Размышления о прозе Василия Белова)

Анатолий Знаменский

В 1966 году появилась повесть Василия Белова «Привычное дело», которая сделала тогда молодого еще автора широко известным писателем, подавшим своего рода заявку на место в нашей отечественной классике. Несмотря на то, что за плечами автора были уже такие безусловно талантливые произведения, как «Деревня Бердяйка» и в особенности «За тремя волоками», эта новая повесть — из прошлого одной семьи — стала этапной и в творческой биографии русского писателя В. Белова, и в так называемой «деревенской прозе» 60-70-х годов вообще. После нее уже невозможно стало писать о деревне послевоенной поры «по-старому», так, как писали до Белова.

Известно, что вслед за появлением крупного, эпохального произведения на ту или иную тему (историческую, социально-нравственную), тема эта как бы «закрывается» в литературе — вовсе или хотя бы временно. Так, например, после «Войны и мира» Л. Н. Толстого в России почти перестали писать об Отечественной войне 1812 года; после «Тихого Дона» М.А. Шолохова фактически «закрылась» тема казачества и гражданской войны 1918-21 гг., не считая ее областных, мало что проясняющих модуляций из-за Урал-реки, Даурии, Забайкалья. Точно так же и тема послевоенной деревни в ее этнографически-нравственном аспекте получила в повести В. Белова свое почти исчерпывающее решение.

Жизнеописание семьи бывшего фронтовика, а ныне колхозника Ивана Дрынова с его незабываемыми откровениями («У меня рука кому хошь копоти нагонит. », но — при этом — «Все мы, Парменушко, под сельпом ходим. »), да и весь жизненный колорит и удел затерянной в болотном бездорожье деревушки (которую условно следовало бы назвать Африкановкой — по имени родителя) воспроизведены на высочайшем художественном уровне, по образцам русской классики. Но это пристальное, добросовестное и в высшей степени заинтересованное исследование деревенского уклада, сиюминутное фотографирование жизни — даже при очень чувствительной и многоцветной пленке — как выяснилось дальше, не совсем, видимо, удовлетворило автора, повлекло его вглубь, к истокам.

Литература проистекает из необходимости осмысления жизни, желания понимать не только ее лицо, но и внутренние закономерности ее, и тайные пружины. Недаром Леонид Максимович Леонов сказал как-то, что «писатель — есть следователь по особо важным делам человечества». Попытка же проникнуть в глубь жизни и ее проблем косвенно, скажем, через рассказы и побывальщины бабушки Евстолии («В большой-то деревне, в болотном краю жили невеселые мужики, одно слово — пошехонцы. »), была, по-видимому, далеко недостаточной для того, чтобы высветить до конца истоки и первопричины того «растительного» до некоторой степени бытия, которое с такой исключительной силой воспроизвел автор. Потребовалось обратиться к свидетельствам других старожилов этих мест, стоящих на более высоком уровне понимания, а именно к ветеранам и «заслуженным людям», пребывающим ныне на покое, Авинеру Козонкову и Олеше Смолину, — и необходимые разъяснения были получены. Для этого писателю пришлось несколько изменить угол наблюдения и вместо нравственно-этнографического подхода избрать социально-нравственный и на этой основе создать еще одну замечательную повесть, повесть-исследование или диспут — «Плотницкие рассказы».

Художественное исследование жизни «Плотницких рассказах» вывело писателя на новый уровень, он сумел показать уже не только судьбу личности (семьи), но судьбу целой деревни, края, причем не только в ретроспекции (как было, с чего начиналось и во что выливается ныне), но и высветить некоторые предпосылки будущего, когда почти неминуемо возникнет проблема сселения и исчезновения подобных деревушек, которые как бы исчерпали себя в великих невзгодах военной поры и последующих преобразованиях. Эта повесть получила впоследствии такую же полную и заинтересованную прессу, как «Привычное дело». Объясняется это, на наш взгляд, не только полемической остротой ряда диалогов и положений в этой вещи с ее открытой для критики «сердцевиной», но и тем, по-видимому, что к прозе Василия Белова успели привыкнуть и, так сказать, притерпеться. Проза эта получила (точнее, завоевала!) право «на прописку», определились ее координаты — хотя и огромные, простирающиеся прямо к вершинам русской классики, но все же обозримые и понятные как специалистам, так и доброжелательному читателю. И потому бывшая невнятность критики, отмеченная в соприкосновении с «Привычным делом» и жизнью многострадального Ивана Африкановича, сменилась вполне активным и позитивным анализом нового шедевра Василия Белова.

Нет необходимости нынче перечислять все критические и литературоведческие работы о «Плотницких рассказах». Очень, к примеру, хороший, исчерпывающий анализ повести был дан в обзорной работе В.И. Протченко «Современная повесть о деревне (к проблеме народного характера)», помещенной в журнале «Русская литература» № 4 за 1970 год (издание Академии наук СССР, «Пушкинский Дом»). «Для новой прозы о деревне (С. Залыгин, Ф. Абрамов, В. Белов и др.), — писал критик, — характерна тенденция к отражению конкретно-социологических процессов, повышенный интерес к достоверно-фактической основе, стремление к убедительной несомненности воспроизведенных картин жизни. Большинство писателей. стремятся исходить не из готовых социологических посылок, а пытаются постичь достоверные истины в результате скрупулезного исследования объективных общественных явлений».

В статье получили обстоятельное освещение и «необыкновенная находчивость и прямо-таки дерзкая изобретательность Виньки Козонкова, всегда умеющего найти выход из неблагоприятного положения за счет ближних либо интересов дела», и трудолюбивая честность, выносливость (так же и в плане социальном) Олеши Смолина и всей его трудовой семьи. Подчеркивалось, что в повести с особой обнаженностью проходит мысль о несовместимости, непримиримости народно-созидательного начала и враждебных ему антиобщественных, деклассированно-разрушительных элементов.

«Только грани воспитании личности в духе неразрывности и соподчиненности ее интересов и устремлений с интересами и условиями жизни своего народа, — писал критик,— только при органическом совмещении личных забот и помыслов с заботами и судьбами народными возможно формирование полноценного нравственного облика человека». Другой важный вывод из повести критик видел в том, что «. неустанный труд, труд как жизнестроительство, обогащает и украшает самого человека, способствуя сохранению и приумножению из поколения в поколение не только трудовых навыков и секретов производственного мастерства, но и здоровой трудовой нравственности, мудрого понимания жизни и красоты окружающей природы».

Откровения Авинера Козонкова были столь глубокомысленны я по-своему общественно значительны, а простодушная и почти «святая» готовность Олеши Смолина «сосуществовать» и до семижды семи раз прощать (по библии) и даже петь в обнимку одну и ту же песню 20-х годов («Под частым разрывом гремучих гранат отряд коммунаров сражался. ») настолько поразительна, что экскурс в прошлое этих людей и деревенского люда в целом следовало продолжить. Но уже не в личностном плане, а в «мирском», общественном. Во всяком случае, у художника снова возникла такая необходимость — для лучшего понимания дня нынешнего и даже времен грядущих. Тема автором расширялась и углублялась в дальнейшей работе.

Собственно говоря, писатель действовал в рамках определенной общественной потребности, о которой весьма доходчиво, аргументированно говорил на VI Всесоюзном съезде советских писателей другой крупный наш писатель Федор Абрамов. Знаток жизни и литературы вообще (а «деревенской темы» в особенности), он приглашал взглянуть на эту так называемую деревенскую тему «с высоты вавилонской башни» века и понять, какие поистине эпохальные процессы ныне происходят в деревне, какая кровная необходимость стоит ныне перед всей нашей литературой. Старая деревня с ее тысячелетней историей уходит в прошлое. Рушатся вековые устои, изменяется само «материнское лоно» России, и поэтому мы с обостренным вниманием вглядываемся в тот тип человека, который был создан деревней, в ту деревенскую Русь, где зарождался и складывался наш национальный характер; вглядываемся в наших матерей и отцов, дедов и бабок. Ведь на плечах этих безымянных тружеников и воинов стоит здание всей нашей сегодняшней жизни!

«Да, темные и малограмотные, да, наивные и чересчур доверчивые, да, порой граждански невоспитанные, но какие душевные россыпи, какой душевный свет! Бесконечная самоотверженность, обостренная русская совесть я чувство долга, способность к самоограничению и состраданию, любовь к труду, к земле я всему живому. » — говорил Федор Абрамов (см. публикацию речи в журнале «Наш современник» № 9 за 1976 год), а в завершение делал очень важный вывод: «Нельзя заново возделать русское поле, не возделывая души человеческие, не мобилизуя всех духовных ресурсов народа».

Теперь в центре внимания Василия Белова стала эпоха «великого перелома», то есть общественных процессов конца 20-х и начала 30-х годов в русской северной деревне. Мы говорим о романе «Кануны», который можно без сомнения считать энциклопедией крестьянской жизни на рубеже эпохи, в канун коллективизации. Эта книга впитала в себя не только художественные достижения всей нашей литературы на данную тему, в том числе и такого выдающегося романа современности, как «Поднятая целина», но и громадный опыт народа в последующие годы, опыт и раздумья ветеранов, живых свидетелей эпохи. Мимо этого не мог пройти писатель.

Колорит художественной палитры Василия Белова в описаниях русской природы, деревенской «натуры», крестьянского быта, человеческих характеров позволяет не только представить и почувствовать эту жизнь вещественно — на вкус, цвет, запах и крепость «настоя», но и проникнуть заинтересованным сердцем в ту потаенную суть бытия, высший смысл этой традиционной жизни, который лежит в ее основе и который прямо отразится позже в названии новой книги Василия Белова «Лад». Мудрость вековая и равновесие целесообразности правят этой простой жизнью, которая вершится в некой задумчивой безмятежности (как бы!) — и в бревенчатом обиталище, и на хозяйственном подворье, и в поле (зимой и летом!), на покосе, рубке леса и непременном игрище под праздник. И недаром старик Никита Рогов, хранитель жизненных традиций, в вечерней молитве просит коленопреклоненно господа не только «дать ослабу душе и телу», но и. соблюсти их (крестьян) «от всякого мечтания и темныя сласти. »

Нет, не темные скопидомы и бесстрастные «куркули» живут в вологодской деревеньке Шибанихе, а труженики и мудрецы, знающие кровную необходимость и частного, индивидуального труда, и выгоду общинного пользования лугом и поскотиной, и несомненную пользу всякой добровольной кооперации — хоть вокруг машины, трактора и сепаратора, хоть в создании общественного семфонда, страховых отчислений, или при артельном сооружении мельницы, которая еще раз объединит их кровным делом и справедливой зависимостью общего житья на земле. Всякий труд, если он не лишен смысла, — радостен.

Уже не раз подчеркивалось в критике поразительное знание Василием Беловым предмета повествования, всей крестьянской жизни и сельского быта до мельчайших деталей. Взять ли описание мужицкого подворья в деревне Шибанихе — семьи Роговых, или вечерних посиделок с непременной домашней работой (дабы и в досуг попусту не гуляли руки!), или праздничного гулянья на святки, или же непрерывно меняющегося и тем в особенности благотворного для человека крестьянского труда — все дышит правдой, непредвзятостью, силой и красотой. А некоторые атрибуты и подробности бытия под пером писателя приобретают значение символа. Вот описание вековой сосны посреди снежной поляны близ деревни Шибанихи:

«. Саженях в ста от него зеленой горой высилась вековая сосна. Павел замер, словно боясь вспугнуть зеленое лесное видение, никогда не видел он такой великой сосны. Ветер обдул с дерева все до последней снежинки, каждая тяжелая лапа будто жила сама по себе, гордая своей отдельной красотой и независимая от других. Но как же едины, как дружны были эти широкие лапы на отдельных толстых оранжево-медных сучьях, спадающих от материнского в три обхвата ствола!»

В другом месте картина как бы дополняется, прописывается:

«. мерцали, золотились на солнышке червонно-коричневые мутовки сосен. Обволоченные нежным зеленцом хвои, сосны эти были недвижимы, но они жили сейчас полнее и шире других дерев, их безмолвие таило в себе какое-то скрытое благородство. Жила, созерцала, не мешая другим, наслаждалась солнцем и пила поднебесную синеву каждая пара иголочек, ясно видимая по отдельности. Но в то же время она, каждая пара игл, была частью, и все дружно облепляли тонкий сосновый пруток, и каждый пруток был на своем месте, в каждой сосновой лапке. В свою очередь, каждая сосновая лапа жила отдельно и вместе с другими; они, не враждуя друг с другом, переходили в более крупные ветки. Ветки незаметно перевоплощались в мощные бронзовые узлы, расчлененные по всей кроне и объединенные в ней, единой и неделимой.

В каждой сосне не было ничего лишнего, и они, дополняя друг дружку, каждая по-своему сберегали лесную семью. »

Как видим, это уже не просто спелый, сильный сосняк, но Русский Лес, который олицетворяет Страну и Народ.

Некоторые наши талантливые новеллисты, в особенности мастера «лирической прозы», как бы умышленно абстрагируются от «слишком прозаических» обстоятельств и терминов (вроде «актив», «госзаем», «собрание», «обязательство» и т. д.) и житейских, сугубо временных примет мира сего, погружая человека в раздумья и томления «вечного порядка» — жизнь и смерть, юность и старость, любовь и ревность и т. д. и т. п. В иных случаях такая избирательность и изысканность переходят в манерничанье и кокетство «умением». Прозе Василия Белова органически чужды какие-либо внешние «приемы» и изыски художественности. Писатель с таким масштабом дарования сам, даже не прибегая к трудам основоположников эстетики, знает и чувствует, что «прекрасное. — есть жизнь». И если взять, к примеру, начальную главу повести «Привычное дело», разговор подвыпившего Ивана Африкановича со своим заезженным и безотказным мерином Парменам, то налицо явно полемическое отношение автора к самой постановке вопроса о том, что в жизни «художественно», а что нет. Художественно то, что истинно. Под его пером повседневно-текущие подробности быта становятся в ряд с вечными проблемами и темами бытия — жизни и смерти, добра и зла.

Поэтизируется у Белова не только и не столько сельская природа, крестьянский быт и досуг, но и самый труд. Сколько прелести в этой простейшей (и нелегкой, окажем) работе — зимней вывозке сена с остожьев на усадьбу!

Интересно, что всякие опасения и сомнения в будущих делах и задумках (скажем, строить или не строить мельницу) решаются здесь же, в процессе труда, в осознании кровной необходимости, в общении с землей, инвентарем, инструментом и даже умным, все понимающим мерином Карьком. А когда тесть Иван Никитич остережет Павла словом сомнения насчет того, что он затевается с мельницей не совсем обдуманно, в «ненадежное время», молодой зять Павел бодро и находчиво усмехнется: «А когда время было надежное. »

Устои и первородство сельской жизни освящены опытом веков. Тут ко всякого рода «переустройству» подходить надо бы с великой оглядкой. Волюнтаризм, вредный безусловно во всяком деле, здесь опасен вдвойне, ибо касается основной массы народа. Так же, как и в других краях России, мысли эти и заботы тревожат наиболее раздумчивых людей и здесь, в Шибанихе.

И тут старому большевику Лузину есть что сказать на сомнения изверившегося и усталого интеллигента Прозорова, на предвзятое смешение идеи с безыдейными отклонениями и завихрениями, доводящими всякую здравую мысль до абсурда. Он сам видит, как к здоровому и верному движению народной жизни по его, Лузина, партийной программе все сильнее и определеннее примазывается нечто чуждое и вредное, чего никто, собственно, не мог заранее и предположить.

Василию Белову, как народному писателю, есть что отстаивать. Не раз уже говорилось, и говорилось доказательно, что деревня — исторически — была в течение веков хранительницей нравственных норм и устоев всего русского народа. Ребенок, видевший, как бабушка кладет в возделанную ею грядку огуречное семечко, а с течением времени срывает с уплетня, пахнущего жизнью, зеленый, пупырчатый огурчик и здесь же, над грядкой, дает ему (даже немытым, а наскоро вытертым о фартук), — этот ребенок усваивает почти бессознательно (точнее — органически, без всякого усилия) главное: прямую взаимосвязь труда и — жизненного блага, работы на земле и — насущной пищи, узнает наслаждение жизнью. Здесь (по Сухомлинскому) начинается и завершается весь круг нравственного и этического воспитания. Отсюда начинается человек как индивид и как общественная единица, не в пример иному молодому горожанину, умеющему только заводить регочущий магнитофон либо сшибать палкой (по известному опыту академика Павлова) близлежащий плод — независимо от того, свой он или чужой, зрелый или зеленый.

Здесь именно, в рамках нового, городского, многоэтажного жизнеустройства, и возникает широкая тема для новой книги Василия Белова — «Воспитание по доктору Споку».

Завершая разговор, хочется напомнить слова известного писателя Василя Быкова, сказанные в юбилей другого русского прозаика: «Литература для него отнюдь не цель, а лишь средство выражения истины, гораздо более высокой и значительной, чем его искусство и он сам. » Сказанное с полным правом можно отнести и к творческому импульсу писателя Василия Белова, с единственным лишь уточнением: столь высокое призвание и подвижническое отношение к избранному делу не может не порождать и высочайших образцов искусства.

Л-ра: Север. – 1981. – № 2. – С. 118-122.

Ключевые слова: Василий Белов,критика на творчество Василия Белова,критика на произведения Василия Белова,анализ произведений Василия Белова,скачать критику,скачать анализ,скачать бесплатно,русская литература 20 в.

Анализ повести Привычное дело Белова

«Привычное дело» (1966). – То, до чего Глеб Успенский досмотрелся пытливым взглядом доброжелательного стороннего наблюдателя – власть земли, – то через 80 лет Василий Белов бесхитростно излил нам из своего крестьянского естества, из своей души и опыта. Из чего вырос – о том всём написал, этого не сочинить. Автор и его герой слиты с природой, у них свычка с каждым деревом в лесу, с неуничтожимым родничком, развороченным дорожными машинами. Большую часть повести льются повседневные крестьянские заботы – труд, пропитанье, рощенье детей, внимание к каждому стебельку, к отогретому воробышку, домашней живности, наблюдение за каждой касаткой, синичкой, жуком (всё идёт в приметы погоды), окунем, глухарём, лягушкой, тёплое струенье из самого нутра житья-бытья, хода природной жизни, круговорота сезонов – всего того, из чего слагается вечное. Малые дети явлены нам не просто с любовью – но с вниманием и пониманием к каждому – как в семье Дрыновых из 9 детей.

Василий Иванович Белов

И на фоне этого вечного – поначалу лишь слабо заметно, лишь вкраплено преходящее – советско-колхозное. Вялые нехотные утренние сборы колхозников у кучи брёвен, неторопливые пересуды мужиков и баб. Дурная бестолковая пахота по неудобренной сухой глинистой земле («всё равно ничего не вырастет»). Давно покинутые и никому не нужные жернова от разорённой отцовской ветрянки. Или как, для обдуренья наезжего начальства, возят воду бочками в иссякший колодец. Или как за недоимку описали гармонь. И – выпивка по каждому доброму и недоброму случаю.

Василий Белов Привычное дело. Читает Павел Беседин

Во второй половине повести колхозные бесчинства выступают резче – но не обличительно-гневно – и, вероятно, эта пропорция и помогла повести увидеть свет. Напротив, у общественности, вообще равнодушной к крестьянскому бытию, именно вторая часть имела успех – и принесла автору его первую славу. Сквозь всю повесть выдержан добросердечный ненавязчивый тон – и так отлился литературный самородок – ненарочитая, ненастойчивая, но сгущённая правда о послевоенной советской деревне. Немало пропитана она и добрым юмором, хотя через горечь.

Иван Африканович Дрынов – и сам естественное звено природной жизни, только и мыслимый в отведенной ему непритязательной колее, на своём привычном месте. Добросовестный, даже робкий, многотерпеливый, покорный течению событий, покорный властям («Уж так повелось, его судьбу решали всегда без него»), всегда в работе, колхозной или своей собственной. Медлительный в решениях, стеснительный перед упрёками на колхозном собрании. Отвоевал войну, уцелел (не сказано нам: воротился ли ещё кто из односельчан. ), таким же тихим и смирным, совсем не героем. Иногда слаб к малой выпивке, но и в ней безвреден (на жену свою Катерину «замахнулся лишь в жизни раз»). И воинственность его наблюдаем лишь краткую – и недостоверную – в момент его бунта на колхозном правлении, когда решился просить справку на паспорт.

Африканыч. Фильм по повести Василия Белова «Привычное дело», 1970

На этот резкий подвиг подбил его шурин Митька, приехавший на побывку из Заполярья, – развязный жох, привыкший, что всё покупается и продаётся, избалованный лихими заработками на Севере – более чем современный советский тип. Он вносит сумятицу, даже загул в размеренно дремлющую колхозную деревню. («Да я бы вас всех давно разогнал!» Колхозник Пятак в ответ ему: «Ежели тема не сменится, дак годов через пять никого не будет в деревне, все разъедутся. Может, и не доживу до коммуны. А только охота узнать, что варить будут?»)

Тут – все смиренны: день-деньской все на колхозном покосе, а для своих коров по ночам в лесу косят, Иван Африканыч для того за 7 километров ночью ходит, только два часа и спит. Смекает: как же накошенное перевезти к себе на поветь, сено за зиму в лесу сгниёт – а Митька дерзко привозит сено, почти открыто. Прознало начальство, уполномоченный требует от Дрынова как члена сельсовета доносную бумажку: у кого ещё сено скрадено. Нет, на это не идёт терпелец. Так свезли у него накошенное. (Потом всё же «напаило крещёным, разрешили покосить и для своих коров» один денёк.) – И в пьяный час уговаривает Митька зятя: ехать прочь из колхоза на Север, на лёгкие заработки. Документ, мол, хоть купим. Там – не столько заработаешь, хоть и плотничьим делом. Иван Африканыч сперва: «А ежели мне не надо продажного? Некуда мне ехать, дело привычное». Но потом, и без совета с женой, внезапно решается, и даже, по-фронтовому, в «весёлом безрассудстве» отчаяния, размахивается кочергой на председателя. (Не очень правдоподобно, что председатель сдаётся, не обращается в милицию, впрочем, и милиция обрисована диковатая, с юмором; а через две недели председатель добродушен к беглецу.)

И вскоре же, потерянный, возвращается Дрынов домой – не столько от нелепых приключений в пути, сколько по неотклонному зову родной земли, перед которой испытывает стыд. Не дала ему облегчения попытка вольности. «Всё самое нужное стало ненужным, пустым, обманным».

Но за время короткой его отлучки от смертной хвори скончалась Катерина – уже годами выложившая все силы на скотном дворе, даже после родов не упуская рабочего дня. «Худо тебя берёг. » Так жестоко наказанный, Иван Африканыч в муках осмысливает, как жить и что есть смерть. «Бог там или не Бог. А должно же что-то быть на той стороне». И как в жизни заблудился – так заблудился и в знакомом же лесу, едва не насмерть, – этими сильными картинами и размышлениями кончается повесть. «Худо мне без тебя, вздоху нет, Катя». Но девятерых детей надо доращивать.

Композиция повести весьма свободна. Вклиняются эпизоды и разговоры, не связанные с сюжетом; об иных событиях мы узнаём не тотчас к сроку, а спустя время, прямым сказом от свидетеля или потерпевшего. (Этот приём очень прилегает к тону повести и к неторопливости её.) Допускает автор и пространные, совсем побочные включения (сказки о пошехонцах, – впрочем, не отсвет ли беспомощности вконец задуренного колхозного народа?). Самое замечательное из них – «Рогуля» – целая глава о коровьей жизни, ещё нигде не читанная поэма о корове, её глазами, её пониманием. Это – жемчужина.

Язык диалогов – живейший, и авторская речь не диссонирует с ним. Есть мелкие срывы-неточности: «вневременная созерцательность» (о корове).

Многие сочные русские слова, употреблённые Беловым в разных местах, я привёл в «Словаре языкового расширения». Вот ещё несколько:

усторонье разореньё вызнялся (отличился от других)

на устороньице собраньё вызнато-перевызнато

они по замужьям сразику обряжуха (корове)

взапятки (назад) раноставом еле-елёшеньки

Очень част приём: вместо «начали делать» что – глаголы с приставкою «за» – даже такие, как заувёртывались, завсплескивали, заразвязывали, започёсывалась, запеременивались местами.

Отрывок очерка о Василии Белове из «Литературной коллекции», написанной Александром Солженицыным. Читайте также отзывы Солженицына о других книгах Василия Белова: «Плотницкие рассказы», «Кануны», «Лад», «Всё впереди».

Анализ повести Привычное дело Белова

«Привычное дело» (1966). – То, до чего Глеб Успенский досмотрелся пытливым взглядом доброжелательного стороннего наблюдателя – власть земли, – то через 80 лет Василий Белов бесхитростно излил нам из своего крестьянского естества, из своей души и опыта. Из чего вырос – о том всём написал, этого не сочинить. Автор и его герой слиты с природой, у них свычка с каждым деревом в лесу, с неуничтожимым родничком, развороченным дорожными машинами. Большую часть повести льются повседневные крестьянские заботы – труд, пропитанье, рощенье детей, внимание к каждому стебельку, к отогретому воробышку, домашней живности, наблюдение за каждой касаткой, синичкой, жуком (всё идёт в приметы погоды), окунем, глухарём, лягушкой, тёплое струенье из самого нутра житья-бытья, хода природной жизни, круговорота сезонов – всего того, из чего слагается вечное. Малые дети явлены нам не просто с любовью – но с вниманием и пониманием к каждому – как в семье Дрыновых из 9 детей.

Василий Иванович Белов

И на фоне этого вечного – поначалу лишь слабо заметно, лишь вкраплено преходящее – советско-колхозное. Вялые нехотные утренние сборы колхозников у кучи брёвен, неторопливые пересуды мужиков и баб. Дурная бестолковая пахота по неудобренной сухой глинистой земле («всё равно ничего не вырастет»). Давно покинутые и никому не нужные жернова от разорённой отцовской ветрянки. Или как, для обдуренья наезжего начальства, возят воду бочками в иссякший колодец. Или как за недоимку описали гармонь. И – выпивка по каждому доброму и недоброму случаю.

Василий Белов Привычное дело. Читает Павел Беседин

Во второй половине повести колхозные бесчинства выступают резче – но не обличительно-гневно – и, вероятно, эта пропорция и помогла повести увидеть свет. Напротив, у общественности, вообще равнодушной к крестьянскому бытию, именно вторая часть имела успех – и принесла автору его первую славу. Сквозь всю повесть выдержан добросердечный ненавязчивый тон – и так отлился литературный самородок – ненарочитая, ненастойчивая, но сгущённая правда о послевоенной советской деревне. Немало пропитана она и добрым юмором, хотя через горечь.

Иван Африканович Дрынов – и сам естественное звено природной жизни, только и мыслимый в отведенной ему непритязательной колее, на своём привычном месте. Добросовестный, даже робкий, многотерпеливый, покорный течению событий, покорный властям («Уж так повелось, его судьбу решали всегда без него»), всегда в работе, колхозной или своей собственной. Медлительный в решениях, стеснительный перед упрёками на колхозном собрании. Отвоевал войну, уцелел (не сказано нам: воротился ли ещё кто из односельчан. ), таким же тихим и смирным, совсем не героем. Иногда слаб к малой выпивке, но и в ней безвреден (на жену свою Катерину «замахнулся лишь в жизни раз»). И воинственность его наблюдаем лишь краткую – и недостоверную – в момент его бунта на колхозном правлении, когда решился просить справку на паспорт.

Африканыч. Фильм по повести Василия Белова «Привычное дело», 1970

На этот резкий подвиг подбил его шурин Митька, приехавший на побывку из Заполярья, – развязный жох, привыкший, что всё покупается и продаётся, избалованный лихими заработками на Севере – более чем современный советский тип. Он вносит сумятицу, даже загул в размеренно дремлющую колхозную деревню. («Да я бы вас всех давно разогнал!» Колхозник Пятак в ответ ему: «Ежели тема не сменится, дак годов через пять никого не будет в деревне, все разъедутся. Может, и не доживу до коммуны. А только охота узнать, что варить будут?»)

Тут – все смиренны: день-деньской все на колхозном покосе, а для своих коров по ночам в лесу косят, Иван Африканыч для того за 7 километров ночью ходит, только два часа и спит. Смекает: как же накошенное перевезти к себе на поветь, сено за зиму в лесу сгниёт – а Митька дерзко привозит сено, почти открыто. Прознало начальство, уполномоченный требует от Дрынова как члена сельсовета доносную бумажку: у кого ещё сено скрадено. Нет, на это не идёт терпелец. Так свезли у него накошенное. (Потом всё же «напаило крещёным, разрешили покосить и для своих коров» один денёк.) – И в пьяный час уговаривает Митька зятя: ехать прочь из колхоза на Север, на лёгкие заработки. Документ, мол, хоть купим. Там – не столько заработаешь, хоть и плотничьим делом. Иван Африканыч сперва: «А ежели мне не надо продажного? Некуда мне ехать, дело привычное». Но потом, и без совета с женой, внезапно решается, и даже, по-фронтовому, в «весёлом безрассудстве» отчаяния, размахивается кочергой на председателя. (Не очень правдоподобно, что председатель сдаётся, не обращается в милицию, впрочем, и милиция обрисована диковатая, с юмором; а через две недели председатель добродушен к беглецу.)

И вскоре же, потерянный, возвращается Дрынов домой – не столько от нелепых приключений в пути, сколько по неотклонному зову родной земли, перед которой испытывает стыд. Не дала ему облегчения попытка вольности. «Всё самое нужное стало ненужным, пустым, обманным».

Но за время короткой его отлучки от смертной хвори скончалась Катерина – уже годами выложившая все силы на скотном дворе, даже после родов не упуская рабочего дня. «Худо тебя берёг. » Так жестоко наказанный, Иван Африканыч в муках осмысливает, как жить и что есть смерть. «Бог там или не Бог. А должно же что-то быть на той стороне». И как в жизни заблудился – так заблудился и в знакомом же лесу, едва не насмерть, – этими сильными картинами и размышлениями кончается повесть. «Худо мне без тебя, вздоху нет, Катя». Но девятерых детей надо доращивать.

Композиция повести весьма свободна. Вклиняются эпизоды и разговоры, не связанные с сюжетом; об иных событиях мы узнаём не тотчас к сроку, а спустя время, прямым сказом от свидетеля или потерпевшего. (Этот приём очень прилегает к тону повести и к неторопливости её.) Допускает автор и пространные, совсем побочные включения (сказки о пошехонцах, – впрочем, не отсвет ли беспомощности вконец задуренного колхозного народа?). Самое замечательное из них – «Рогуля» – целая глава о коровьей жизни, ещё нигде не читанная поэма о корове, её глазами, её пониманием. Это – жемчужина.

Язык диалогов – живейший, и авторская речь не диссонирует с ним. Есть мелкие срывы-неточности: «вневременная созерцательность» (о корове).

Многие сочные русские слова, употреблённые Беловым в разных местах, я привёл в «Словаре языкового расширения». Вот ещё несколько:

усторонье разореньё вызнялся (отличился от других)

на устороньице собраньё вызнато-перевызнато

они по замужьям сразику обряжуха (корове)

взапятки (назад) раноставом еле-елёшеньки

Очень част приём: вместо «начали делать» что – глаголы с приставкою «за» – даже такие, как заувёртывались, завсплескивали, заразвязывали, започёсывалась, запеременивались местами.

Отрывок очерка о Василии Белове из «Литературной коллекции», написанной Александром Солженицыным. Читайте также отзывы Солженицына о других книгах Василия Белова: «Плотницкие рассказы», «Кануны», «Лад», «Всё впереди».

Тема деревни в современной литературе (по повести В. Белова «Привычное дело»)

А все, что в душе и в судьбе наболело, —
Привычное дело, привычное дело.
А. Передреев

Без деревни городу не прожить, общество это хорошо знает, и тем не менее деревня в России постоянно находится в более невыгодном с житейской точки зрения положении по сравнению с городом. Проблем много. Поэтому писатели-деревенщики пользуются в России особой популярностью и уважением. Василия Белова можно смело назвать лидером среди этой группы писателей. Его произведение “Привычное дело” — важная веха в современной литературе на деревенскую тему.
В повести перед нами проходит жизнь и судьба простого деревенского труженика Ивана Африкановича Дрынова и его жены Катерины. Автор с большой любовью и уважением относится к своим героям. Это близкие и дорогие его сердцу
люди, они — частица его собственной души, они — выразители его личного отношения к жизни.
Иван Африканович — простой крестьянин, рядовой колхозник, обремененный большой семьей. Автор не наделяет своего героя какими-то особенными качествами и талантами. И выпить-то он не дурак, как говорится, и до работы “злой”, и характер имеет покладистый. Его любят соседи и односельчане. Иван Африканович и на фронте побывал, имеет боевые награды. Он спорит с начальством и негодует, когда его несправедливо обирают. Он ищет новых путей для заработков, чтобы прокормить большую семью, хотя и безуспешно. Но его деятельная натура жаждет полезного применения сил.
Иван Африканович никогда не бывает грустен без причины и весел просто так. Когда ему подфартит, он рад и открыт всему окружающему его миру людей и природы. Поэтичный склад характера, жизнестойкость, цельность — вот главные качества этой личности. Но характер Ивана Африкановича раскрывается перед читателем постепенно, герой Белова более многоплановый и глубокий, чем кажется в начале повести. Описывая житейские будни деревни, автор показывает то несправедливое и даже преступное отношение общества к труженику села. У героя и “документации” никакой нет, кроме “молочной книги”, где записывается, сколько он сдал молока от своей коровы. Но читателю автор предлагает внимательно вглядеться не в анкетные данные своего героя, а в душевные качества этого русского человека, коренного жителя деревни, поэтому, я считаю, такое большое место в повести занимает описание любви и согласной жизни Ивана Африкановича и Катерины. Вся повесть как бы воспевает большую любовь этих исконно русских людей. Автор с необычайным лиризмом и художественным мастерством описывает эту любовь. Читателя потрясает сцена прощания Ивана Африкановича с погибшей женой.
В его простых словах о несправедливости смерти, забравшей у него раньше времени любимого человека, столько боли, что невольно наворачиваются на глаза слезы: “Ты уж, Катерина, не обижайся. Не бывал, не проведал тебя, то это, то другое. Вот рябинки тебе принес. Ты, бывало, любила осенями рябину-то рвать. Да. Вот, девка, вишь, как обернулось-то. Я ведь дурак был, худо я тебя берег, знаешь сама . Вот один теперь. Как по огню ступаю, по тебе хожу, прости. ”
В этих незатейливых словах чувствуется большая нравственная сила и неподдельная скорбь утраты. Я обратил внимание на то, что Иван Африканович по-крестьянски ощущает смерть дорогого человека: “Как по огню ступаю. ” То есть земля для него сливается в один образ с похороненной в ней Катериной.
Конечно, сила и значение повести Белова не только в описании этих трогательных взаимоотношений двух любящих друг друга людей. Автор, по-моему, поставил перед собой задачу показать во всех правдивых подробностях жизнь современной ему деревни. Но перед нами не просто бытописание, а выявление смысла жизни, значения труда на земле вообще.
Итак, крестьянин Иван Африканович Дрынов — человек простой и вместе с тем сложный. Он вроде бы как все на селе и в то же время очень от всех отличается. Показательно, что так воспринимают Ивана Африкановича и его земляки. Я считаю, что автор пытается создать образ идеального деревенского жителя того времени. Показать, что, несмотря на социальные и бытовые негативные условия, душа народа остается чиста. Не зря же к герою Белова не липнет никакая житейская грязь, даже когда он сам сплоховал в чем-нибудь. Например, смешно выглядит он в истории со сватовством Мишки, наутро об этом казусном случае судачат все деревенские бабы. Но смеются только над Мишкой, а Ивана Африкановича жалеют. Ясно, что Иван Африканович является для своих земляков своего рода зеркалом, которое отражает их лучшие чувства и достоинства. Он радует их, подает пример добра. Сила его любви и преданности Катерине благотворно влияет и на остальных сельчан. Он по-житейски мудр и нравственно чист. Вот это и является, на мой взгляд, главным в его образе и отличает от остальных крестьян.
Как сказал талантливый русский поэт Анатолий Передреев:

И города из нас не получилось,
И навсегда утрачено село.

Чтобы не попадать в такие драматические “ножницы”, надо внимательно изучать мир, который открывает перед нами писатель Василий Белов. Его “Привычное дело” играет важную роль в понимании горожанами проблем деревни, характера русского человека-селянина. Без взаимопонимания между городом и селом не может быть нормальной жизни в стране.

Урок литературы в русле новых технологий “Правда о жизни” по повести В.И. Белова “Привычное дело”

Разделы: Литература

Цели урока: общие – вызвать интерес к духовному и душевному миру

крестьянина, к его частной жизни, к судьбе женщины-матери;

частные – ответить на вопросы:

1) Какой была послевоенная деревенская жизнь?

2) Из чего состоит “привычное дело” деревенского жителя?

1 .Вызов интереса к теме урока.

2. Осмысление текста.

3. Размышление над текстом.

4. Творческая работа.
Оформление урока:
1 Портрет писателя В. И. Белова

2.Репродукции картин И. А. Вулоха “Старая деревня”, Л. П. Комарова “На
пашне”, чувашского художника А. Н. Спиридонова “Родимый дом”, “Березы”, “Родные просторы”, “Свободный полет”.
Эпиграф к уроку:

С громом, готовым упасть,

Чувствую самую жгучую,

Самую смертную связь”.

Н. Рубцов Музыка Вивальди из альбома “Времена года. Зима”.

Ход урока 1.Вызов интереса к теме урока

Чтение стихотворения Н.Рубцова, посвященного Василию Ивановичу Белову

“ Тихая моя родина!” учащимся под музыку Вивальди из альбома “Времена года. Зима”.

Слово учителя: Василий Белов – тот писатель, который чувствовал “самую смертную связь” “с каждой избою и тучею”, то есть с жизнью своего народа и Мира, стремился выразить через свое творчество общенародные чувства и представления. Недаром Николай Рубцов посвятил это стихотворение Василию Ивановичу.

Объявление темы урока и цели, запись темы и эпиграфа в тетрадях. Обращается внимание на портрет писателя.

Кто же он Василий Белов? Давайте послушаем его биографию.

Семья Беловых – искони крестьянская семья. Василий Иванович Белов родился в 1932 году в деревне Тимониха Вологодской области. Деревня Тимониха издревле мастеровитая и голосистая. Жителей в Тимонихе осталось совсем немного, однако деревенскую церковь Белов отстроил заново. Сам выполнял плотницкие работы.

Родители писателя: отец Белов Иван Федорович – плотник и столяр, человек кипучего и смелого нрава, совсем молодым погиб на фронте в 1943 году. Мать Анфиса Ивановна, овдовев, бедствовала с пятерыми ребятишками в осиротевшей избе. Велик ее подвиг жизни: всех детей поставила на ноги, всю силу рук и души отдала им. Память у Анфисы Ивановны зоркая, душа протяжная, а речь мудрая. Многое в Василии Ивановиче от родителей: горячая отвага его характера – от отца, а глубокая разумность – от матери.

Детство Василия Белова приходится на войну. Так началась жизнь: с первых и самых тяжелых потерь, потерь близких и родных людей.

Той поры суровое наследство

Осмысляя, память вороша;

Все сильней с годами рану детства,

Все сильнее чувствует душа, — писал В.И. Белов в лирической поэме “ О чем поет гармонь”. Он, как и многие русские прозаики, начинал свой путь в литературу с поэзии, да и сейчас пишет стихи.

Сызмала в руках – лопата да топор, корзина да удочка. После Азлецкой семилетки в 1945 году усадили его вдовы да старики своим колхозным счетоводом. Четыре года прозанимался колхозной бухгалтерией и ушел по набору в ФЗО. Получил специальности столяра, моториста-дизелиста, электромонтера. Служил в Армии. Вернувшись на родину, Вологодскую область, работал сотрудником Грязевецкой районной газеты.

В 1959 году в вечерней школе получил аттестат зрелости и поступил учиться в Литературный институт им. Л.М.Горького. Закончил его в 1964 году. С этого времени живет в Вологде и занимается литературной общественной работой.

Вывод учителя: Жизненное кредо Василия Ивановича: Если желаешь принести хоть каплю добра для всего человечества, обрати свой порыв во благо родному народу, и это твое добро через отзывчивую народную душу соприкоснется со всеми людьми мира. Жизнь человеческая в высшем своем проявлении- это поступки добра и сострадания.

Василий Белов видел свой долг писателя в том, чтобы писать правду о жизни нашего народа. Эта правда оказалась горькой. Давайте обратимся к историко-литературному комментарию о публикации повести “Привычное дело”.

Этапным произведением для всей традиционной прозы, своеобразным итогом ее идейных и художественных поисков стала повесть “Привычное дело”, опубликованная в 1966 году тогда еще мало кому известным автором в скромном провинциальном (петрозаводском) журнале “Север”. Повесть имеет подзаголовок “Из прошлого одной семьи”. Она положила начало новой волне “деревенской” прозы и определила ее черты: интерес к духовному и душевному миру крестьянина, к его частной жизни, к судьбе женщины – матери, к традициям, обычаям, перспективам развития деревни.

Первые критические оценки повести были более чем скромны, но постепенно о ней заговорили как о значительном общественном явлении, вокруг повести развернулась горячая полемика, а о герое было высказано столько разноречивых мнений.

Сейчас повесть “Привычное дело” ставится в один ряд с произведениями русских классиков 19 века.

Работа с текстом повести:

1. Понравилась ли вам повесть? Когда происходит действие в повести? Что особенно было в это время? Как показана в повести жизнь деревни?

– Да, описывается послевоенная деревенская жизнь.

– Нельзя пройти мимо таких фактов, как отсутствие у колхозников паспортов, зарплаты в 18 рублей, невозможности держать корову из-за запрета косить для своей скотины – только для колхозной (а ведь без коровы детишек не поднять, не прокормить).

2 . Только ли здесь тема крестьянской жизни?

– Также нельзя пройти мимо того, что мужиков в деревне наперечет; в основном бабы, тема “отходничества” (процесс исхода из деревни).

– Есть “густомясые” (по определению мужиков) уполномоченные, которые употребляют меры, с помощью чего они привыкли действовать (донос, списочек нарушителей)

– Тема разрушения кровных связей с родным домом

– Автор показывает тяжкий труд сельчан.

– Эта повесть о чистой, “ горячей” любви.

3. Обратимся к картинам.

Перед нами две картины. Первая художника И.А. Вулоха “Старая деревня”, а вторая – А.Н.Комарова “ На пашне”.

Видим покосившиеся, совсем ветхие крестьянские дома с маленькими оконцами. От этого в избах даже в солнечные дни полутемно. Весь облик старой деревни навевает уныние.

На второй – видим тяжкий сельский груд, видно, что вести обработку таким способом тяжело. Устала лошадь, устал крестьянин. Так было до революции.

Оказывается, не только писатели, т. е. художники слова, но и мастера кисти и красок обращались к теме деревенской жизни. По сей день эта тема не обходится ими стороной. Вот художник Анатолий Николаевич Спиридонов, наш земляк, односельчанин, каждый раз обращается к ней.

4. Слово о художнике нашей деревни Анатолии Николаевиче Спиридонове.

Анатолий Николаевич Спиридонов родился 9 августа 1956 года в деревне Старое Янашево Яльчикского района Чувашской Республики. Окончил художественное училище в г. Набережные Челны Татарстана. С 1977 года по 1992 г. работал художником-оформителем на Камском автомобильном заводе.

Ныне А.Н.Спиридонов – свободный художник. Основной темой своего творчества выбрал пейзаж. В легкой лессировочной манере, предпочитая открытые, яркие цветовые сочетания, художник детально описывает каждый объект увиденного: ветви деревьев, стволы, величавое спокойствие воды, храмы и т. д. Недавно в столице нашей республики он организовал выставку живописи “… Только перед тобой кланяюсь я, природа моя!”.

Еще важный момент в его жизни: он не забывает родную школу, деревню. Ежегодно 25 мая Анатолий Николаевич посещает школу и дарит свои картины особо отличившимся в учебе и труде выпускникам. Это уже стало традицией. Мы благодарны ему за его бескорыстие.

Картины художника Спиридонова “Родимый дом”, “Березы”, “Родные просторы”, “Свободный полет” тесно соприкасаются с описаниями пейзажа в повести В.И.Белова “Привычное дело”. ( Показываю картины художника)

5. Что мы узнаем о главном герое в первой главе, где он ведет внутренний монолог? Не в лучшем виде предстает перед нами при первом знакомстве Иван Африканович Дрынов.

О чем он беседует с мерином, запряженным в дровни? О том, что крепко выпил с приятелем Мишкой. Вспоминает о своих детях. Всех перепутал – кто старше, кто младше. Зато помнит Пармена маленьким жеребенком и помнит его матку Пуговку. Вез в дровнях товар для магазина и поуродовал самовары. Взялся сватать Мишке невесту Нюшку из соседней Сосновки, так невеста их обоих выгнала.

Вывод учителя: Как-то само собой сливаются воедино смешное и трагическое, большое и малое в повести. И это все в одном человеке, в одном характере.

3. Размышление над текстом.

Что значит кластер? (Сluster (англ.) – 1)пучок, гроздь; 2) группа.)

Кластер- это графическая форма изображения информации, где отдельные блоки связаны между собой смысловыми линиями.

Значит, выписываем ключевые слова, характеризующие Ивана Африкановича Дрынова.

Работаем с текстом повести, составляя, заполняя кластер. Выражения, подчеркнутые снизу, впишем в кластер.

– Отоспавшись в Нюшкиной бане, возвращается Иван Африканович домой. Что же он узнает? Давайте прочтем отрывок от слов; “ Ветряным холодом давно. ” до слов: “. Некому бить, некому хлестать”, (гл.1, ч.4)

Вывод учителя. Ивана Африкановича замучила совесть. Он мучительно переживает каждый свой неверный шаг. Мы знаем, что нет большего наказания, чем суд собственной совести. Герои Белова совестливы. Знаем такой эпизод, когда Иван Африканович не поступился с совестью, не стал писать списочек нарушителей, косивших сено для себя.

– Давайте впишем в кластер заголовок 4 части главы I “Горячая любовь”. Расскажите о женитьбе Ивана Африкановича Дрынова.

Иван Африканович был один, ни сестер, ни братьев не было. С первой женой у них детей не было. Как он сам говорил, “была холодная любовь”. Катерина вышла за него по горячей любви против воли матери Евстольи. Нажили они 9 детей, мал мала меньше. Уйдет Катерина на ферму ли, в поле, ему будто душу вынет.

Вывод учителя: Как-то не сразу открывается, что “Привычное дело” — повесть о любви, которую пронесли через всю свою жизнь Иван Африканович и его Катерина. По убеждению Ивана Африкановича, это и есть главное в жизни: любовь, семья, дети. Увезли Катерину в больницу, и он себе места не находит. Нет ее, теперь он мечется, ночами не спит.

– Проанализируем диалог (гл. I, ч.2) от слов: “ —Чего там неудобно. ” до слов: “. Мишка топором отодрал фанеру ящика, достал два пряника” и эпизод (гл. 5,ч.1) от слов: “Пахать выехали поздно, дело чего-то. ” до слов: “. Повезло Мишке”. Выпишем ключевое словосочетание “Вспаханные места были ненамного черней невспаханных”.

Дрынов осаживает Мишку, которому ничего не стоит открыть один из ящиков, лежащих на телеге.

Мишка пытается схалтурить на пахоте, за что Дрынов осерчал, чуть не прибил его.

Вывод учителя: Эти сцены говорят о безукоризненной честности героя.

-Каким мы видим утро Ивана Африкановича? Что запишем в кластер?

Найдем и прочитаем отрывки. (гл.2,ч.З “Утро Ивана Африкановича”)

Вывод учителя: Верно. Иван Африканович помнил слова деда: “Встанешь раньше, шагнешь дальше”. Это и впишем в кластер.

– А Катерина? (гл.2,ч.4 “Жена Катерина”)

– С кем можно сравнить Катерину?

Она, как некрасовская Дарья, Матрена Тимофеевна, все сможет вынести: “Коня на скаку остановит . ”

Вывод учителя: Люди, которые не любят работать, не могут ужиться в деревне. Только человек, работающий от зари до зари, может растить и воспитывать столько детей.

– А каковы наши матери? Они чем похожи на Катерину?

Вывод учителя: Да, сильны, выносливы, терпеливы русские люди.

– Давайте прочтем отрывок “Опять они по четыре ночи ходили в лес с Катериной . ” “. как вдруг приехал Митька”. Дается оценка: не больно надежная опора Евстольиной старости.

– Какие события происходят с появлением Митьки? Чем он занят? Как подчеркнута чужеродность? (Ученик рассказывает от имени Митьки)

– Какой вывод можно сделать, ребята?

Разлад – вот что входит в жизнь сельчан с приездом не своего, чужого уже Митьки, которому “все до лампочки”. Эти слова проходят рефреном через все недолгое пребывание Митьки на родине.

– Какому состоянию Ивана Африкановича противопоставлено “до лампочки” Митьки? Какое чувство постоянно сопровождает главного героя произведения?

Вывод учителя: У Ивана Африкановича “болит душа”. По Белову, это

состояние – некий критерий человеческой значимости, мерило нравственной

высоты человека, которого лишен Митька.

– Проанализируем диалог Митьки и Ивана Африкановича из 5 главы части I. В каких словах наиболее четко проявляется разница в жизненных оценках героев?

Вывод учителя: Позиция Ивана Африкановича : худо и добро у каждого разные, родное гнездо – эта малая родина дороже всего.

Позиция Митьки: существование человека, оторвавшегося от родных истоков, у него, в отличие от Ивана Африкановича, ни кола, ни двора, ни семьи, ни детей. “До лампочки”.

– Митька уговаривает зятя ехать с ним в Мурманск. Какой довод, что заставило Ивана Африкановича предпринять это роковое путешествие, не принесшее ему ничего, кроме несчастья, тоски, испуга, позора, горя? Что впишем в кластер? (“защемиласъ тревога”, “отчаянная решимость преобразила”)

Вывод учителя: Рассказ о неудачной попытке попасть в город ведет сам Иван Африканович, повествуя о ней чуть знакомому парню-прохожему, изливая при этом душу словоохотливо, с шуткой. Рассказ этот сопоставим с пошехонской сказкой бабушки Евстольи. В ней говорится о непутевых, неумелых, невеселых мужиках, вечно попадающих в дурацкое положение. Как не сравнить их с Иваном Африкановичем! Как бабка Евстолья над пошехонцами, так Иван Африканович на собой – умело выставляя свои недостатки, с веселой удалью, особой манерой подмечать смешные, дурные стороны характера и поступков – умеет подшутить, выказывая при этом особый склад ума, особый дух русского юмора.

– А как Иван Африканович относится к птицам, животным ?(гл. 1, ч. I; гл.2,ч.З и 4)

Беседует, как с человеком, с меримом Парменом. Увидел замерзающего неподвижного воробья, положил под фуфайку.

– Иван Африканович в суете повседневных дел успевает прислушаться к игольчатому писку синички, согреть воробья (“Жись, она и есть жись”) и почувствовать бескрайнюю глубину неяркого северного неба, и полюбоваться восходом солнца. Давайте прочтем строки (гл.2,ч. 3) “ Заря и вправду . ” (гл.З “На бревнах”)

Вывод учителя: Недаром Иван Африканович видит восход. Утренняя заря – тихая заря – основной образ, как умиротворение, успокоение души, с одной стороны, и пронзительная светлость, с другой стороны: “тихая – теплая – топила -тишина” – “заря – звенели – звоном – замирали”.Что-то светлое должно быть в будущем для деревенских жителей.

– Что значит заря? Зачитаем по словарю. Вспомним пословицы.

Вывод учителя: В последней части мы видим, как просыпается утренняя заря. Значит, жизнь не кончена, она продолжается.

Природа- это часть Родины. “Везде свое государство, куда ни вступишь”. Государство, о котором думает Дрынов, — раньше всего личное, своими руками созданное.

– Мы знаем, что герой повести прошел через войну. “Живого места нет, нога хромала”. Но сердце его не ожесточилось. Есть у него орден Славы и орден Красной Звезды. Эти ордена давали воинам, особо отличившимся в боевых действиях.

Вывод учителя: Война для Ивана Африкановича – прочно и привычно выполненный долг – защитить Родину, дом, близких и родных людей, долг, который выполняли отцы, деды и прадеды – русские крестьяне, чьей кровью обильно политы родные просторы.

Именно на таких, как герой повести, можно рассчитывать, когда придет беда, они не подведут, они выстоят, защитят, спасут.

Вот и из нашей деревни Старое Янашево на защиту своей страны ушли 237 человек. Из них 92 солдата осталось на поле боя, а многие вернулись искалеченными.

3. Творческая работа учащихся; составление синквэйнов и проговаривание их. Первая строка – основное слово (имя существительное). Вторая строка – два определения к этому слову. Третья строка – три глагола к нему. Четвертая строка – фраза из 4-5 слов, выражающая отношение к этому слову (предложение). Пятая строка – метафора к основному слову, выражающая его суть, обычно – одно слово (имя существительное).

Просыпается, грызет, волнует.

Каждый должен поступать по совести.

Удивляет, поражает, радует.

Честность должна быть безупречной.

– Что значит для Ивана Африкановича и для нас с вами привычное дело? Каким должен быть человек, живущий на земле?

Привычное дело для любого русского человека – это и работать до изнеможения, и получать удовольствие от работы, и любить близких и родных, и защищать Родину, и видеть красоту природы, и растить детей, и через благополучие малой родины желать счастья и мира большой родине – Отчизне.

– В чем своеобразие повести?

Повесть начинается с внутреннего монолога героя (беседа с мерином) и кончается внутренним монологом (Иван Африканович беседует с покойницей Катериной, сидя у ее могилы).

Сюжет повести динамичен (начало – на провесне, ранним летом, предзимье).

Органично вливаются в повествование “Привычного дела” пословицы, прибаутки, частушки, “бухтины”, байки, “коротушки”.

Органичным слиянием в словесной ткани произведения элементов литературного языка, просторечия (бонбах буржуазников, бабка), диалектной речи (паря-парень), вологодских говоров (приволокчи, расхрястали) достигается народный характер языка Белова.

– Повесть называется “Привычное дело”. Что значит это выражение?

В повести показывается обыкновенный человек, в обыкновенных, привычных условиях. Для человека труд и трудности в жизни – это обычное, привычное условие. Таков герой.

Василий Белов – гордость нашей литературы. А потому с него и спрос особый. Он действительно, как никто, знает народную жизнь и пишет о своих героях с любовью и пониманием. И пишет о главном, о душе человеческой и хлебе насущном.

Домашнее задание.Написать мини-сочинение “Привычное дело. Как прожить жизнь?”

Использованная литература

    1. Василий Белов. Повести. М., “Детская литература”, 1998.
    2. Журнал “Литература в школе”, №1, 1998, стр.75-88; №6, 2001,стр.42-46
    3. Г.А.Ермакова “Постижение тайны слова” , Чебоксары, 2001
    4. Г.А.Ермакова. Постижение правды, истины, красоты (Уроки литературы и развития речи в русле новых технологий), Чебоксары, 2001

Приложение1. (Картины художника Анатолия Николаевича Спиридонова)

Ссылка на основную публикацию
×
×