×

Анализ произведения Бегущая по волнам Грина

Модель мира в романе А. Грина Бегущая по волнам

Опубликовано в журнале “Язык и культура”, выпуск 15, том 3(157), Киев-2012 г.

Статья посвящена рассмотрению специфики модели мира в романе Александра Грина «Бегущая по волнам». Анализ символических структур романа, его пространственно-временных особенностей, сюжетного уровня и ключевых образов показывает, что модель мира в романе создана в соответствии с лирической доминантой и символически воплощает духовный идеал писателя, где основной акцент делается на внутреннем мире человека. Такой тип романа (лирико-символический) – жанровое открытие А. Грина.

Ключевые слова: Бегущая по волнам, Вечная Женственность, Грин, роман, символизм, хронотоп.

Александр Грин – один из самых оригинальных и самобытных писателей начала двадцатого века. Глубина его творчества еще не осознана в полной мере. Идеологические штампы советского литературоведения препятствовали всестороннему изучению его творчества, а взгляд на писателя как на мастера авантюрных, романтических, увлекательных сюжетов, отчасти бытующий и поныне, нужно признать более чем поверхностным.
По поводу особенностей романов Грина существуют самые разнообразные точки зрения.
Ц. Вольпе в своей книге «Искусство непохожести» [1] говорит о Грине лишь как об авторе авантюрных сюжетов. Исследователи В. Ковский [2] и В. Бааль [3] считают доминантой гриновского романа философское начало и называют романы Грина философскими. Н. Кобзев дает несколько определений романам А.Грина: принимая во внимание роль фантастического начала в них, он называет его романы фантастическими; в силу своей философичности эти романы, по его словам, приобретают особые приметы романа философского; кроме того, по мнению исследователя, все романы Грина можно назвать символическими. Размышления автора завершаются выводом о том, что гриновский роман образует особую разновидность жанра, не имеющую аналогов в отечественной литературе [4]. В основе этого жанрового синкретизма лежит психологизм Грина. Психологизм, по мнению Кюбзева, – доминирующая черта гриновских романов. И это дает право определить их как психологические.
Но во всех случаях большинство исследователей считают А. Грина писателем, стремящимся отразить объективную действительность, пытаются провести аналогию фантастических событий, описанных в его романах, с современностью.
Правда, существует мнение А. Цоневой, которая полагает, что в произведениях Грина присутствует господство одного субъекта сознания, обусловленное преображением реального мира автором. Это преображение осуществляется с целью реализации своих этических и эстетических взглядов [5].
Исследовательница обращает внимание на следующее обстоятельство: даже в тех произведениях Грина, где повествование ведется от третьего лица, рассказчик становится главным героем произведения, основой его композиционного, сюжетного построения. Он подчиняет себе идею и стиль, а также остальные образы романа. И во всем своем творчестве, как считает Цонева, Грин стремится к предельно открытому выявлению авторского «Я».
Из всего сказанного можно заключить, что А. Грин создал свой оригинальный тип романа, и шире – свою модель мира, выстроенную по своим собственным, созвучным внутреннему миру автора законам.
Ведь Грин как творческая личность сложился на пересечении двух эпох – конца 19 – начала 20 веков («серебряный век» русской литературы) и советской литературы 20-х годов. В это же самое время творили такие яркие (и в то же время – совершенно разные) художники слова, как А. Блок и В. Вересаев, В. Брюсов и И. Бунин, А. Белый и Л. Андреев, Н. Гумилёв и Вл. Маяковский. Творчество Грина подверглось влиянию символизма, формировалось в одном тигле с русской (советской) прозой 1920-х г.г. (А. Белый, И. Эренбург, «Серапионовы братья»). Но взгляд на Грина, как на писателя, близкого символизму, был совершенно чужд литературоведению прошлого века. И только в последние годы стал проявляться интерес к гриновскому символу.
В 1999 году появилась работа, посвященная изучению символа в прозе Грина; это – диссертация В. Романенко [6]. Правда, исследователь в основном ориентируется на лингвистический анализ символических образов, не уделяя пристального внимания их ассоциативно-смысловому контексту. В 2002 г. была защищена диссертация А. Мазина «Поетика романтичної прози Олександра Гріна», где в качестве одной из задач декларируется исследование природы символа и особенности символики в прозе Грина [7]. И, наконец, в 2003 году появилось фундаментальное диссертационное исследование Е. Козловой «Принципы художественного обобщения в прозе А Грина: развитие символической образности». В нем автор ставит символ в прозе А. Грина в центр своего исследования, причём «главной проблемой является рассмотрение динамики развития форм обобщения в той мере, в какой они способствуют построению символических образов» в прозе А. Грина [8: 12].
Таким образом, только в наши дни литературоведение приблизилось к тому, чтобы рассмотреть роман А.Грина как близкий к роману символистскому. Хотя – надо оговорить, что Грин создал свою новую оригинальную модель символистского романа, во многом не имеющую аналогов в прежней литературе.
Модель мира в его романах очень своеобразна и самобытна.
В литературоведении существует широкое представление о модели мира, реализованной в тексте: от мифологических моделей архаических культур – до индивидуально-авторских моделей искусства Нового времени, выраженных в отдельном художественном произведении, где действительность не только отражается, но и преображается в соответствии со свойствами личности автора. Эти проблемы подробно рассматривают
Д. Лихачев в статье «Внутренний мир художественного произведения» [9] и М. Бахтин в своей работе «Формы времени и хронотопа в романе» [10].
Модель мира в художественном произведении может быть выстроена в соответствии с эпической доминантой, если «авторское я» в ней уходит на второй план, давая место объективному изображению действительности. И так же она может быть выстроена в соответствии с лирической доминантой, если основной акцент делается на авторском отношении к миру. В таком случае предметом изображения становится внутренний мир самого писателя.
Лирическое начало не только выражается Грином в непосредственных монологах «от первого лица», подобно романтикам XIX века, а кодируется в символических структурах, анализу которых и посвящена данная работа. Ее цель – выявить специфику модели мира в романе Грина «Бегущая по волнам», созданной в соответствии с лирической доминантой.
Такой подход обоснован тем, что:
1. Этот роман обладает особой автобиографичностью: мир лирического героя выстроен в тождестве с этическими и эстетическими установками автора.
2. Внимание автора сосредоточено на внутреннем мире лирического героя, а не на объективном его окружении, которое подается сквозь призму субъективного видения главного героя.
3. Модель мира, созданная в романе, является символическим отображением духовного мира автора. Это проявляется как в пространственно-временной, так и в сюжетной его структуре.
Все это делает роман А. Грина близким к роману модернистскому, где процесс творчества рассматривается, как процесс создания собственного образа мира.
Под лирической доминантой подразумевается:
1) доминирование лирического пафоса высказывания;
2) подчинение стилистики романа этому пафосу;
3) доминирующая «точка зрения» на события романа, которая у А. Грина всегда психологична, и всегда – субъективно-лирична.
Для достижения поставленной цели в работе решаются следующие задачи:
1) анализ пространственно- временной структуры романа;
2) анализ сюжетного уровня романа;
3) анализ ключевых образов романа.
Центром, организующим художественный мир романа, является важнейший для символистской эстетики образ Вечной Женственности, воплощенный в легенде о Фрези Грант. Мифологический образ Фрези Грант, в котором автор вслед за символистами пытается выразить тайну, скрывающуюся за внешними вещами, коснуться сокровенной сущности бытия, подчиняет себе все координаты внутреннего мира произведения: время, пространство, событийный ряд. По отношению к этому образу оцениваются герои.
Этот мистический женский образ по Грину является как «душой» внешнего мира, так и отображением внутреннего мира главного героя. Легенда о Фрези Грант символически отображает духовный путь Гарвея.
Пространственная структура романа делится на замкнутое пространство людей (город, комната, корабль) и безграничное пространство моря, которое можно рассмотреть в следующих планах, в том числе символических:
1) профанный план – реальное морское пространство;
2) море как отображение необъятной Вселенной в ее материальном проявлении;
3) сакральный план – мир высший, духовный, в котором существует Фрези Грант;
4) море как символ внутреннего мира человека:
Путешествие по морю – один из ведущих сюжетных мотивов романа – отображает путь души героя; бурная, полная то волнений, то штилей жизнь моря ассоциируется с кипучей внутренней жизнью человека. Образ моря, объединяя в себе внешнее и внутреннее, символически выражает идею единства макро и микрокосма, души человека и Вселенной.
Пространства людей и моря не существуют ограниченно друг от друга. Они постоянно соприкасаются и пересекаются. Море, символизирующее вечность, мир ирреальный все время входит в мир людей. Мало того – пространство людей интересует автора постольку, поскольку оно «встречается» с морским пространством. Поэтому Лисс и Гель-Гью – города портовые, причем местом, где происходят события, изменившие судьбу Гарвея, автор избирает именно гавань. Комната, которую снимает Филатр для Гарвея – с окном на море, – и море вторгается во внутренний мир Гарвея, заставляя его задуматься о «Несбывшемся». Кроме того, основные события романа происходят именно на корабле, а корабль – неотъемлемый элемент морского пространства.
Но все это – пересечение лишь на уровне материальном. На духовном же уровне мир людей соединяется с миром моря через образ Фрези Грант, ушедшей из мира людей в море. Уйдя от людей, она постоянно присутствует среди них – в названии корабля, в статуе, которая является центральной точкой Гель-Гью, в карнавале, устроенном в ее честь, в легенде о «Бегущей», которую рассказывают друг другу моряки.
Такое пересечение пространств, на наш взгляд, является символическим отображением взаимодействия между миром людей, миром реальным и миром ирреальным. Тем самым Грин стремится показать, что обычная жизнь людей не существует в отрыве от Тайн огромной Вселенной, от мира духовного. И если люди не замечают этого – искусство (статуя Фрези Грант), слово (легенда о «Бегущей по волнам»), величие природы (красота моря) напоминают им об этом мире.
Помимо того, через взаимодействие пространств: замкнутого людского и морского – выражается душевное состояние, внутренний поиск главного героя. Ведь и сам он живет среди людей, его мир ограничивается пространством комнаты, города, корабля. Но постоянное стремление выйти за пределы этой замкнутости, обрести свое «Несбывшееся» заставляет героя стремиться к тайнам безграничного моря.
Интересно, что такая связь моря с душой человека, понимание корабля как странника в мире духа прослеживается в морских мотивах лирики А. Блока – в таких его стихотворениях, как «Девушка пела в церковном хоре», «У моря», «Корабли пришли», «В час глухой разлуки с морем», «Голос в тучах», и особенно – в стихотворении «Оставь меня в моей дали»:
Оставь меня в моей дали,
Я неизменен. Я невинен.
Но темный берег так пустынен,
А в море ходят корабли.
Порою близок парус встречный,
И зажигается мечта;
И вот – над ширью бесконечной
Душа чудесным занята.
Но даль пустынна и спокойна –
И я всё тот же – у руля,
И я пою, всё так же стройно,
Мечту родного корабля.
Оставь же парус воли бурной
Чужой, а не твоей судьбе:
Еще не раз в тиши лазурной
Я буду плакать о тебе.
Важным элементом пространственной структуры романа является пространство маскарадного города, в центре которого находится статуя Фрези Грант. Это отражает соотносимое с модернистской эстетикой представление Грина о мире как маскараде, на котором срываются маски с профанного мира быта, и открывается истинный, сакральный план бытия, выраженный в символе Вечной Женственности (в данном случае – в образе Фрези Грант).
В эпилоге романа автор моделирует идеальное пространство дома, построенного героем по своему проекту – в соответствии с внутренним миром любимой, тождественным его собственному.
Это пространство является завершающей точкой духовного пути героя, поскольку здесь снимается противоречие между внешним и внутренним. Человек создает из своего внутреннего мира мир внешний, организуя его по законам собственных духовных устремлений.
При анализе структуры времени в романе заметно, что при четком разделении его на часы и сутки не указывается даже приблизительно ни года, ни месяца происходящих событий. Поэтому они приобретают вневременной оттенок.
Как и пространство, время в романе обладает тремя символическими планами:
1) профанное время четко разделенного на часы дня,
2) сакральное время вечности, мира ирреального, где существует Фрези Грант,
3) время внутренней жизни человека, отображающее ритм внутренних изменений, происходящих в душе героя, и бессмертие духовного мира человека, идентичного вечному образу Фрези Грант.
Сюжетная структура романа так же, как и пространственно-временная, подчинена отображению внутреннего мира автора. Это проявляется в том, что толчком, дающим развитие действию, являются не какие-либо события или конфликты окружающего мира, а только лишь внутренний духовный поиск героя.
Главный герой помещается в хронотоп дороги, символизирующей его духовный путь. Гарвея заставляют путешествовать не внешние события. Это и не тяга к приключениям, как в приключенческом романе, и не стремление обрести богатство или славу, не какие-либо социальные противоречия, не скука (подобно «лишним людям» романов XIX века – Онегину, Печорину). Даже намерение отыскать возлюбленную выступает лишь косвенным импульсом к путешествию. Автор не дает четкого определения тому чувству, которое движет героем. Этот тончайший аспект внутреннего мира, пожалуй, и не подается строгому определению. Грин называет его «зовом Несбывшегося» или «властью Несбывшегося».
Особенности сюжетной структуры романа заключаются в том, что каждое последующее событие приближает героя к тому духовному идеалу, который он ищет, и символически отображает определенный этап на его внутреннем пути.
Из этих этапов можно выделить три основных:
1) Встреча в море, символизирующего мир духовный, с идеалом Вечной Женственности, выраженном в романе через образ Фрези Грант, обретение этого ирреального образа в своей душе.
2) Осознание (во время маскарада), что Фрези Грант – это начало, находящееся в центре как духовного, так и материального мира, а также осознание своего одиночества среди людей, от которых это скрыто.
3) Обретение через образ Фрези Грант своего «Несбывшегося» в земной женщине, для которой, как и для героя, Фрези Грант – реальность, объединяющая их обоих.
Среди ключевых образов романа выделим два главных женских образа: образ Биче Сениэль и Дэзи (будущей жены Гаврея), которые, являясь для героя персонифицированным отображением идеального образа Фрези Грант, представляют собой две противоположности.
Биче Сениэль олицетворяет собой рациональное, логическое начало мира. Дэзи – творческую, романтическую его основу.
Биче не способна видеть «сверх видимого», она не способна поверить в существование Фрези Грант. Дэзи не только способна поверить – она самостоятельно догадывается о встрече Гарвея с Фрези.
Биче не понимает героя, и поэтому не может его полюбить. Дэзи понимает его, и взаимная духовная близость объединяет их в любви.
Может показаться странным, что свое «Несбывшееся» герой обретает в реальной земной женщине, в тихой уютной жизни рядом с ней. Дело в том, что в конце пути Гаврей обретает не просто жену, не просто удовлетворяется страстью к ней, – в Дэзи он находит вторую половину своей души. Их объединяет духовное родство. Ведь как для одного, так и для другого Фрези Грант – реальность, соединившая их обоих.
Этот мотив духовной близости мужчины и женщины, общности их внутреннего мира проходит через многие произведения А. Грина («Алые паруса», «Блистающий мир», «Словоохотливый домовой», «Позорный столб», «Джесси и Моргиана»). В романе «Бегущая по волнам» он выражен особенно ярко.
Характерно, что, стремясь вслед за символистами выйти в мир, скрытый за реальными вещами, герой Грина находит свой идеал не в мире отвлеченных духовных идей, а во внутреннем мире близкого человека. Таким образом, целой вселенной становится для героя мир отдельной души – и тем утверждается ее высшая ценность.
Такой духовный идеал находит созвучие с мыслями современного христианского автора А. Сикари. Рассматривая любовь между мужчиной и женщиной как отражение на земле Божественного начала, Господней любви, он пишет, что, любя другого, «человек открывает себя самого…, в том смысле, что единство, которое в первый раз ощущаешь как возможность, превращается почти в изначальное призвание и судьбу» [11: 16]. А «супружеская любовь имеет смысл, только если один помогает другому внутренне родиться, если один носит в себе другого, как вынашивают ребенка» [11: 51].
Все вышесказанное показывает, что модель мира в романе А. Грина «Бегущая по волнам» отражает субъективно-авторское представление о действительности и выражает духовный идеал писателя, где основной акцент делается на внутреннем мире человека, на его духовном поиске. Из чего следует, что данный роман можно отнести к роману лирико-символическому.
Такой тип романа – жанровое открытие Грина; к этому типу можно так или иначе отнести все его романы. Хочется надеяться, что подробное исследование новаторства Грина-романиста – дело ближайшего будущего.

1. Вольпе Ц.С. Искусство непохожести: Б. Лившиц, А. Грин, А.Белый. – М., 1991.
2. Ковский В. Е. Романтический мир Александра Грина. – М., 1965.
3. Бааль В. И. Творчество А. С. Грина. – М., 1978.
4. Кобзев Н. А. Роман Александра Грина (Проблематика, герой, стиль).- Кишенев,1983.
5. Цонева А. Субъективный строй рассказов А. Грина // Проблемы автора в русской литературе.- Ижевск, 1978.
6. Романенко В. А. Лингвопоэтическая система сквозных символов в творчестве А. С. Грина. Дис. на соиск. степ. канд. филол. наук. -Тирасполь, 1999.
7. Мазін А.М. Поетика романтичної прози Олександра Гріна. Дис. на здоб. наук. ступ. канд. філол. наук. – Дніпропетровськ, 2002.
8. Козлова Е.А. Принципы художественного обобщения в прозе А. Грина: развитие символической образности . Дис. на соиск. степ. канд. филол. наук. – Псков, 2004.
9. Лихачев Д. С. Внутренний мир художественного произведения // Вопросы литературы. – 1968. №8. – с. 74 – 87.
10. Бахтин М. М. Формы времени и хронотопа в романе // Вопросы литературы и эстетики. — М.: Худож. лит., 1975. — С.234-407.
11. Сикари А. О браке. – Милан – Москва, 1993.

Отзыв на роман А.С.Грина “Бегущая по волнам”

Отзыв на роман А.С.Грина “Бегущая по волнам” соответствует структуре жанра, не является простым пересказом текста, присутствуют элементы анализа произведения.

Скачать:

ВложениеРазмер
otzyv.docx26.11 КБ

Предварительный просмотр:

III городские литературные чтения

«Россия как судьба…»

Секция «В мире детской литературы. «Открывая книгу – открываем мир». Книги-юбиляры в 2016 году.

на книгу А.С.Грина «Бегущая по волнам»

выполнила : ученица 6 «Б» класса

МБОУ «Школа №178» г.о.Самара

руководитель : учитель русского

языка и литературы Гагарина О.В.

Имя Александра Степановича Грина, я думаю, у многих ассоциируется с повестью «Алые паруса». Мне эта книга тоже очень понравилась. Такая нежная и «легкая» Ассоль, совсем не похожая на всех людей, которые её окружали. А красавец Грей, я думаю, является мечтой многих девушек. Он такой смелый, ответственный, мужественный и способен на поступки, которые непонятны обычным людям, но от которых сразу приходишь в восторг.

Узнав, что в моей библиотеке есть еще одна книга этого автора, я заинтересовалась ею. Это роман «Бегущая по волнам». Само название уже говорит о каком-то волшебстве. К тому же, я как-то слышала такое выражение в песне. В общем, я взялась прочесть этот роман.

Не скрою, что книга мне поначалу показалась немного скучной. Но чем дальше я читала, тем интереснее мне было, что произойдет дальше. А когда роман подошел к концу, я немного расстроилась, что больше не смогу находится в такой чудесной атмосфере.

В этом произведении подняты такие важные и всегда актуальные вопросы, как любовь и самоотречение, правда и ложь, страх и его преодоление, стойкость духа и неумение подняться над житейской суетой.

События в романе происходят то в Лиссе, то в море на корабле «Бегущая по волнам», то на судне «Нырок», то в городе Гель-Гью, то в Леге. Но в любом случае, все действия разворачиваются в глубокой связи с морем.

Главным героем произведения является Томас Гарвей, который ищет своё Несбывшееся. Он случайно видит в морском порту прекрасную девушку. Позже он узнает, что ее имя Биче Сениэль. Гарвей во что бы то ни стало хочет найти её, и отправляется в путешествие по морю с не очень-то приветливым капитаном корабля с говорящим названием «Бегущая по волнам».

Эта фраза является центром повествования. Каждый раз мы слышим или видим её всё в новом и новом обличии. Это то корабль, то некая девушка из легенды, то статуя в портовом городе.

Еще одной особенностью романа является то, что читатель вместе с героем произведения невольно возвращается к тому, о чем, казалось бы, уже не будет возможности узнать. В реальной жизни мы редко узнаем, что стало с человеком, который когда-то был нам близок. Но в книге Гарвей узнает о гибели корабля «Бегущая по волнам», о дальнейшей судьбе Биче Сениэль, о Дези, с которой расстался не так, как хотел бы.

Если говорить о сюжете, то он разворачивается вокруг путешествия по морю Томаса Гарвея, которому доктор Филатр прописал смену обстановки после болезни.

Гарвей, как в любом приключенческом романе, проходит через многие испытания, прежде чем встречается со своей будущей женой. И только из последних глав романа мы узнаем, что Гарвей понял, что всегда искал Дези. Именно воспоминание о ней всегда согревало его душу. Я очень рада, что всё так хорошо закончилось. Дези и Гарвей женаты, живут в доме своей мечты, могут принимать друзей и открыто говорить то, что думают, не скрывая правды.

Еще одной особенностью произведения является то, что мы почти всё время слышим, что думает главный герой, какие чувства он испытывает. Этот момент, я думаю, очень отличает книгу от любого кинофильма. Где не всегда понятно, как себя чувствует герой на самом деле.

«Я вздрогнул – так стукнула в виски кровь. Вздох не одного изумления –большего, сложнейшего чувства – задерживал во мне биение громко затем заговорившего сердца. Два раза я перевел дыхание, прежде чем смог еще раз прочесть и понять эти удивительные слова, бросившиеся в мой мозг, как залп стрел». Здесь описан момент, когда Гарвей случайно увидел название корабля, которое совсем недавно вдруг очень явственно всплывало в его мозгу.

«Пока происходили эти объяснения, я был так оглушен, сбит и противоречив в мыслях, что, хотя избегал подолгу смотреть на Биче, все еще раз спросил ее взглядом. Незаметно для других, и тотчас же ее взгляд мне точно сказал: «Нет». Здесь говорится о чувствах, которые испытывал Гарвей, когда находился в комнате гостиницы, где обнаружил труп Геза.

Некоторая двойственность прослеживается и в том, что Биче и Дези на карнавале одеты в одинаковые платья. Их путает Гарвей.

Эта двойственность не просто символична, она напоминает сложность характера почти любого реального человека. Ведь иногда мы так спешим поверить в нечто волшебное, а иногда не замечаем красоту окружающих нас вещей, смотря на мир безразлично. Так и Биче не может поверить в существование Фрези Грант, а Гарвей не хочет отказаться от своих принципов, исказить правду в угоду даже любимой им женщины.

Интересно еще и то, что Фрези Грант – самая нереальная женщина, но говорит как обычные люди. А вот Биче видится Гарвею чем-то нереальным, она как бы плывет над этой грязной обстановкой, в которой оказалась случайно. Да и говоря или думая о Дези, Гарвей всегда вспоминает то ощущение, которое остается от соприкосновения с чем-то необычным.

Двойственны почти все персонажи книги. Даже капитан Гез показал очень противоречивым человеком. Он то играет в карты, напившись изрядно, то вполне прилично играет на скрипке, то практически выбрасывает в открытое море Гарвея, то говорит Биче о своей любви к ней.

Но все же страсть к наживе, к легким и нечестным деньгам губит Геза и его помощника Бутлера, который убивает своего капитана.

Язык романа тоже достоин похвал. Грин очень часто прибегает к сравнениям. Например: «Среди мужчин было два старика. Первый, напоминающий разжиревшего, оскаленного бульдога, широко расставив локти, курил, ворочая ртом огромную сигару; другой смеялся…»; «Он ринулся за мной, как собака»; «Она нравилась мне, как теплый ветер в лицо; «Я был затерян, как камень, упавший в воду».; «Как мрамор в луче, сверкала ее рука».

В романе встречаются и метафоры. Например: «я оглушил себя такой порцией виски, какую сам счел бы в иное время чудовищной, и зарылся в постель…»; «хор мыслей пролетел и утих»; «вдали над нами тронулась светлая лавина востока, устремив яркие копья наступающего огня, скрытого облаками».

Встречаются и эпитеты: «дикая ночь», «внезапная красота», «в своей жадной надежде», «нарядный черный автомобиль среди того пестрого и оглушительного движения».

Особую роль играют детали портрета героев. Они дают очень точную характеристику своему обладателю.

«Я остановил женщину. Толстая крикливая особа лет сорока с повязанной платком головой и щеткой в руках, узнав, что мы справляемся, дома ли Гез, бешено показала на противоположную дверь в дальнем конце. «Дома ли он – не хочу и не хочу знать!- объявила она, быстро заталкивая пальцами пол платок выбившиеся грязные волосы и приходя в возбуждение». Вызывает некоторое отвращение и портрет Геза: «его профиль шел от корней волос откинутым, нервным лбом – почти отвесной линией длинного носа, тоскливой верхней и упрямо выдающейся нижней губой – к тяжелому, круто завернутому подбородку. Линия обрюзгшей щеки, подпирая глаз, внизу была соединена с мрачным усом».

В романе много диалогов, это придает повествованию некую реалистичность, даже когда Гарвей разговаривает с Фрези Грант.

Еще одной особенностью романа является то, что даже незначительные, на первый взгляд, люди способны на великие поступки. Как, например, Кук, который показался мне сначала сплетником и занудой. Но впоследствии мы узнаем, что он погиб («был застрелен при нападении на дом Граса Парана»). Смерть за статую … На это способен далеко не каждый человек.

После прочтения книги мне захотелось узнать, что думает об этом романе критик, как он понял суть произведения.

«За свою жизнь Грин много видел горя и раздавленных жизнью людей. Еще больше он видел изуродованных душ, всеобщую болезнь бездуховности, следствием которой были разные пороки и изъяны: индивидуализм, невосприимчивость к прекрасному, эгоизм, взаимопонимание. Грин хотел видеть людей другими, лучше, ему рисовался идеал гармоничного человека, свободной личности с богатой духовной жизнью, с развитым чувством прекрасного, с уважением к внутреннему миру других».

Этот роман критик В.Харчев называет «самым причудливым и таинственным, загадочным и волшебным».

Я бы посоветовала прочесть «Бегущую по волнам» А.С.Грина всем девочкам. Мальчики тоже найдут в нем много интересных моментов, но, я думаю, что им далеко до понимания книги, ведь она учит не только мужеству, но и умению и желанию видеть прекрасное там, где другие его не замечают. А для современных мальчиков пожертвовать чем-то ради девочек трудно. Поэтому трудно почувствовать внутреннюю красоту человека, девочки. А вот Гарвей даже нисколько не пожалел о том, что так много денег отдал Гезу за то, чтобы тот довез его на своем корабле. И еще Гаврею не было жалко денег, на которые он купил и построил (с помощью Товаля) дом мечты для Дези.

Меня эта книга заставила задуматься над вопросами очень сложными, взрослыми. Почему так нелегко держать свой курс и не подчиняться мнению большинства? Как сделать свою жизнь интереснее и замечать красоту и чудеса рядом с собой? Как научиться снова доверять людям, которые тебя предали однажды? Почему реальная жизнь иногда похожа на карнавал суеты, а богатая внутренняя жизнь человека может остаться незамеченной?

Прочтите роман «Бегущая по волнам», и вы найдете в нем что-то свое, чего вы еще не поняли или над чем у вас еще не было времени подумать. Приятного вам прочтения, дорогие люди!

РОМАНТИЧЕСКАЯ УТОПИЯ А.ГРИНА («АЛЫЕ ПАРУСА», «БЕГУЩАЯ ПО ВОЛНАМ»).

Осмысление собственно революционных событий, их сущности и значимости постепенно сменяется размышлениями о путях развития общества, о формировании типа нового человека. Это стимулирует расцвет социальной утопии и научной фантастики, которая, как известно, существовала раньше в синкретическом единстве с социальной утопией.

Особое место в развитии утопии занимает творчество Александра Степановича Грина (наст. фамилия – Гриневский) (1880-1932).

На его прозу изначально оказал влияние европейский романтизм (Гофман, По). Однако романтические принципы долгое время незаметно отрабатывались в русле традиционно-описательной бытовой реалистической прозы. В его сборниках рассказов – «Шапка-невидимка» (1908), «Рассказы» (1910), «Знаменитая книга» (1915), «Загадочные истории» (1915), «Искатель приключений» (1916) – звучат подспудно романтические мотивы бунта против невыносимой скуки будней, человеческой заурядности, поиска выхода, мечты о сильном и благородном человеке. Обнаруживается в этих произведениях и влияние творчества Достоевского, и связанное с этим влияние массовой беллетристики 1910-х годов.

В полной мере романтическое мировидение писателя проявляет себя в послереволюционном творчестве – сборниках рассказов «Белый огонь» (1922), «Сердце пустыни» (1924), «Гладиаторы» (1925), повести «Алые паруса» (1923), романах «Блистающий мир» (1923), «Сокровища африканских гор», «Золотая цепь» (1925), «Бегущая по волнам» (1928), «Дорога в никуда» (1930). Интересно, что в начале 20-х годов писатель поселяется на юге, сначала в Феодосии, затем в Ялте. Именно в этих произведениях определились черты созданного писателем утопического мира, который исследователями был назван Гринландией. Географическая «изоляция», воображаемый характер созданного Грином мира и тенденция к реализации идеала делают Гринландию похожей на утопию. Грин жил в утопическую эпоху, в эпоху массовых деяний, рассчитанных на рациональную перестройку мира, в эпоху создания художественных утопий (пролеткультовской, крестьянской, чаяновской и т.д.), но не верил ни в Разум, ни в Технику, ни в массы и полагался лишь на духовные возможности человека, энергию человеческой души, которая для Грина, если воспользоваться удачным суждением писательницы М.Шагинян, была «единственной в мире энергией, могущей действовать разумно и целенаправленно» 98 . В отличие от статичного мира утопии, где время остановлено, ибо кем-то для всех найдено «прекрасное мгновенье», мир Гринландии динамичен, а предпочитаемые Грином ценности (духовная близость, чудо, открытость друг другу) должны быть обретены усилиями самих людей. Мир Гринландии исполнен удивительного, чудесного, которое прорывается сквозь оболочку обыденного существования. Верховные силы этого мира наделены сверхъестественными возможностями. Это величественная и таинственная Фрэзи Грант, это Бам-Гран – имя, которое «не зовет, но сзывает», – веселый шутник из Зурбагана, поднявшийся на вершину могущества и одухотворенности, верховная сила гриновской вселенной, властвующая над временем и пространством на всех широтах – от Ахуан-Скапа до Петрограда, определившая судьбу всех, кому приходится с ней столкнуться, – от угольщика из Каперны, которому померещились розы на прутьях его старой корзины, до петроградского жителя Александра Каура. Это Друд – человек, способный летать.

Внешние характеристики этого мира – яркость красок, присутствие музыки, такие пространственные доминанты, как море, лес и горы. В основе модели мира – принцип двоемирия. Образ обыденной действительности с присущим ей социальным неравенством создается через принцип монтажа реальных признаков разных социальных формаций (феодальной, капиталистической, постиндустриальной). Ей противостоит реальность внутреннего мира человека, обозначенного через такие важные для Грина философско-эстетические понятия, как «светлые страны», «синее сияние океана», «Цветущая пустыня» и др. То есть природа в своем благотворном влиянии на человека противопоставлена цивилизации. Эти понятия символизируют вечное движение человеческого духа по пути познания мира.

Герой-искатель ранних рассказов, живущий в дисгармонии с миром, преображается в этих произведениях Грина в героя-творца, способного силой действенного добра преобразить реальность.

Тема повести «Алые паруса» – тема достижимости счастья. Писатель обозначил жанр произведения как феерия, то есть аллегорическое столкновение неких сил, в данном случае мечты и косности. Однако произведение нельзя назвать аллегорией в чистом виде, так как писатель стремится проникнуть во внутренний мир человека. Характеры главных героев произведения – девушки Ассоль и капитана корабля Артура Грэя – не сформированы средой, их мечтательность, скорее, природное свойство натуры. Так о Грэе, росшем в аристократической семье, говорится, что он «родился с живой душой, совершенно несклонной продолжать линию фамильного начертания». Его любознательность, отзывчивость и энергия кажутся аномалией в чопорном родовом замке, а родители названы «надменными невольниками собственного положения». Однако столь же чужда окружающим и Ассоль со своим обособленным внутренним миром, хотя родилась она в глухой рыбачьей деревушке.

На формирование их внутреннего мира оказала влияние лишь одна грань действительности – поэтические предания о прошлом. Грэй знакомится с ними по книгам, Ассоль – по рассказам своего отца – Лонгрена. Путь героев, их взросление, с одной стороны, показаны в романтических традициях. Стремительное развитие сюжета связано с выделением лишь тех эпизодов, которые важны в духовном становлении героев: встреча Ассоль с собирателем сказок Эглем, заронившим в ее душу мечту о прекрасном принце на белоснежном корабле под алыми парусами, проверка Грэем себя на мужество и стойкость, сначала в замке, затем на корабле, лицезрение Грэем спящей Ассоли, рассказ об алых парусах, который он слышит в трактире. Взрослея, герои не столько утрачивают детское начало, сколько приобретают силы для воплощения мечты. Оба они всеми силами стремятся подсказать жизни «нечто существенное», то есть улучшить ее. Их мироощущение оказывается заразительным, например, мечтательность Грэя для его команды, стремление Ассоль всюду видеть чудесное для угольщика Филиппа.

Но, с другой стороны, отдельные эпизоды жизни героев описаны в духе неореализма. Грин стремится проникнуть в мир невидимых душевных движений, показать сложность внутренней жизни человека. Он умеет найти удивительно точные слова для обозначения работы сознания и характеристики подсознательных процессов.

В связи с этим особую важность приобретает у Грина образ природы. Его герои устремляются в мир природы: Ассоль – в лес, Грэй – в морские плавания. Но пейзажные метафоры, как мы уже говорили, используются и для обозначения душевных изменений. Еще одна функция обобщенносимволических природных образов, таких, как «синее сияние океана», – это обозначение радости и восторга истинно прекрасного человека перед истинно прекрасным миром.

«Бегущая по волнам»

В последующем творчестве конфликт реальности и духовного мира человека у Грина усложняется.

Тема: поиск мечты. Важное: герой находится в пути -> Томас Гарвей одержим стремлением к Несбывшемуся. Ощутима важность процесса: ему важно право “видеть то, что он хочет, так, как хочет”. Несбывшееся “может восстать только само”, задача героя (человека) – распознавать Несбывшееся, внимательно вглядываться в жизнь. Показывая сложность обнаружения Несбывшегося, Грин создаёт образ двоящейся реальности -> Появляются образы Двух Бегущих по волнам. Подлинная – Фрэзи Грант (девушка из легенды, которая сошла на воду с палубы корабля), аналог – статуя в городе. Неподлинный Бегущая по волнам – яхта с тем же названием. В романе она становится предметом раздоров и махинаций (в конце концов, как живое существо, гибнет). Снова две женщины: Биче Сэниэл и Дэзи Смит. Подчёркивается, что они удивительно похожи внешне, это впечатление усиливается, когда они надевают одинаковые костюмы на карнавале. Грину важно в романе не только развести героев по полюсам, но и увидеть как раскрываются разные начала в одном человеке. Здесь интересны образы капитана Геза (грубый интеллигент). К двойственности состояний человека обращается и сам главный герой.

Грин как художник-романтик наследует романтическое видение мира как писатель XX века усваивает по-своему, в свете традиций и культуры эпохи, достижения русского реализма XIX века, романтизма молодого Горького, открытия русского символизма (особенно в творчестве А. Блока) и акмеизма. Грин не становится последователем ни одного из этих течений. У него свой путь. В то же время “воздух эпохи” был важным фактором, определявшим философско-эстетический круг идей и представлений писателя.Поэтому, на наш взгляд, гриновскому миропониманию, обусловившему его обращение к мифу, присущи элементы панэстетизма и пантеизма, которые были характерны в древности для архаически цельного синкретического восприятия мира.

Образы героев, как составляющее утопической реальности.

Герои гриновских произведений действительно намного сложнее тех упрощенных образов романтических мечтателей, какими представляло их официальное советское литературоведение. Миф о друге юных романтиков (так называли писателя во многих вступительных статьях) разбивается о тот факт, что гриновский герой не является оптимистом, уверенно смотрящим в будущее. Как правило, он погружен в себя и не доверяет внешнему миру, он часто замкнут на собственных рефлексиях и предчувствиях. Ему свойственна болезненная пограничность психики. Это герой-медиум, открытый иному, тонкому миру

Особое внутренне зрение заставляет его отказаться от рациональных способов постижения мира: гриновский герой становится адептом иррационального.

Гриновские герои, одаренные способностью видеть невидимое, оказываются в состоянии «духовной изоляции».

В своей интерпретации безумия Грин близок к философским установкам классического романтизма, трактовавшего сумасшествие как некое прозрение духа и тесно связавшего понятие душевной болезни и аномалии (галлюцинации, бреда и так далее) с творческим или мистическим началом.

Герой романа «» Гарвей – типичный гриновский герой-медиум, с ясным духовным зрением, которому доступны видения и галлюцинации: он доверяет им, как путеводным знакам. В одной из сцен романа Гарвей рассматривает названия судов в гавани Лисса: «Лондон», «Сидней», «Амстердам», «Тулон». Но для него это не названия реальных городов, а знаки Несбывшегося: «имена гаваней означали для меня другой «Тулон» и вовсе не тот «Сидней», какие существовали действительно; надписи золотых букв хранили неоткрытую истину»

Несбывшееся позовет нас, и мы оглядываемся, стараясь понять, откуда прилетел зов […] Между тем время проходит, и мы плывем мимо высоких, туманных берегов Несбывшегося, толкуя о делах дня (т.5, с.4). Взгляд внутрь и желание увидеть нечто, находящееся за пределами осязаемого мира – вот характерные черты персонажей Грина. Его герои могут быть аристократами или бродягами, миллионерами или матросами, музыкантами или преступниками – в любом случае поиск Несбывшегося делает их фигурами маргинальными, вне общества и вне пространства.

Встреча-невстреча с мечтой и стала темой романа Александра Грина, но соотношение реальности и мечты, чему так или иначе посвящены почти все его крупные произведения двадцатых годов, начиная с «Алых парусов», утрачивает в этом романе черты резкого противостояния и становится более взвешенным.

Если Томас Гарвей – человек исключительного благородства, культуры и самого возвышенного воспитания, если он – джентльмен в лучшем смысле этого слова, то Вильям Гез – хам, но хам не простой, а артистичный. Он щегольски одет, любит играть на скрипке, любит море и ветер, у него замечательная библиотека, наконец, он влюблен в ту же девушку и в тот же корабль. Гез – это не воинствующий обыватель и гонитель мечты, он по-своему тоже поэт, о нем моряки в лисских кабаках говорят прямо противоположные вещи: одни возносят до небес, другие низводят до преисподней. Да и на самого Гарвея он производит впечатление противоречивое.

В. Ковский: «Биче и Дэзи – как бы две стороны одного, не существующего в природе, идеального типа, гармонически сочетающего интеллектуальность с ясной простотой духовного облика, твердую определенность характера с чуткой восприимчивостью, трезвость с поэтичностью, сдержанность с экспансивностью, самостоятельность с уступчивостью».

В лице Биче Александр Степанович и дает синтетический образ встреченных и любимых им женщин, чуждых его душе. Они тоже были молоды и не желали и не могли, как и Биче, разрушить стройность своего внутреннего мира, принять мир Александра Степановича. Он был чужд им.

В роли путеводительницы выступает и Фрези Грант. Она указывает направление движения Гарвею, оказавшемуся один на один с океаном. Однако Бегущая по волнам охраняет не только жизни, но и души людей. К Гарвею она является для того, чтобы предотвратить отчаяние брошенного на произвол судьбы человека («Я была с вами потому, чтобы вам не было жутко и одиноко»). Собственно говоря, Фрези Грант направляет главного героя романа на протяжении всего повествования. Ее таинственные слова становятся отправной точкой путешествия Гарвея, полного приключений. Она помогает герою в его поисках родной души.

Дэзи Гарвей встречается в море. Она так же существует на грани двух миров, т. к. догадывается о присутствии в мире Фрези Грант. Любовь и знание о Фрези, голос которой они вместе с Дэзи слышат из своего дома, дает возможность героям создать земной дом со знаками сакрального присутствия и обрести гармонию в любви. Дом для влюбленных является завершающей точкой духовного пути ге- роев, поскольку здесь снимается противоречие между внешним и внутрен- ним. Человек создает из своего внутреннего мира мир внешний, организуя его по законам собственных духовных устремлений.

Карнавала, корабль, статую (символическая часть утопии Грина)

Описание празднования 100-летия Гель-Гью, связанного с легендами о Фрези Грант и ее скульптурным изображением, несет в повествовании особую смысловую нагрузку. Согласно концепции народно-смеховой культуры М. М. Бахтина, карнавал– всенародный праздник, организованный по своим законам, в котором жизнь и игра меняются местами. Он знаменует возрождение и обновление мира, «временное освобождение от господствующей правды и существующего строя, временную отмену всех иерархических отношений, привилегий, норм и запретов», возвращение к «подлинной человечности отношений»

Для А. Грина в карнавале особенно значимо его динамическое начало. Шумный городской праздник приобретает в романе символический характер. Карнавал в Гель-Гью представляет собой стихийное, «бесцельнее движение ради движени», осмысленность которому придает статуя Фрези Грант. Она не только является пространственным центром, по мере приближения к которому хаотическое движение становится все более направленным, но и центром духовным, организующим горожан на защиту памятника от кучки богачей, противников карнавала.

Еще одним динамическим образом в романе, создающим семантический комплекс «Бегущая по волнам», является корабль. История парусника Сениэлей играет важную роль в структурно-смысловой организации произведения. Образ корабля в гриновском романе подвергается двойной мифологизации.

С одной стороны, на протяжении всего повествования «Бегущую по волнам» сопровождают легенды, связанные с ее созданием: старинное предание о первых поселенцах – основателях Гель-Гью и поэтическая сказка, придуманная Нэдом Сениэлем для маленькой дочери. Парусник создавался по законам искусства. Его внешняя красота соответствовала внутренней одухотворенности, источником которой стала любовь Сениэля к своей жене. Ради нее было построено «судно – джентльмен», предназначенное для путешествий и названное в честь брига, на котором плыли ее предки.

С другой стороны, в истории корабля своеобразно преломляется сюжет о Летучем голландце. Параллелизм с популярной средневековой легендой легко заметить в образах капитана, бесстрашного моряка, но жестокой, демонической личности. (образ Геза). В чужих, нечистоплотных руках он превращается всего-навсего в грузовое судно.

Своеобразие Грина как художника-романтика состоит именно в том, что эстетическое требование “разности героев” он возводит в центральный творческий принцип, абсолютизирует его. Вся система образов его произведений зиждется на принципе контрастности.

Грин считал, что любой рассказ должен обязательно содержать жестокую борьбу добра со злом и заканчиваться посрамлением злого начала. Это подтверждается многими сюжетами писателя. В “Алых парусах” сбывается светлая мечта Ассоль, а жители деревни, ненавидящие чистую мечтательную девушку, посрамлены; в “Бегущей по волнам” побеждают те, кто бережет статую “Бегущей” как символ вечной красоты, а партия толстосумов, стремящихся уничтожить статую, терпит поражение.

В романах Грина на первом плане проблема идеального (один из основных компонентов романтической эстетики).

Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы

Стилистические особенности метафоры на примере романа А. Грина «Бегущая по волнам»

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 22 Мая 2013 в 21:14, курсовая работа

Описание работы

Актуальность. Явление метафоричности привлекает пристальное внимание исследователей неслучайно. Это объясняется, прежде всего, общим интересом к изучению текста в широком смысле этого термина (изучение всех функциональных стилистических разновидностей литературного языка, в том числе разговорного стиля, изучение языка художественной литературы), стремление дать лингвистическое обоснование и толкование различным стилистическим приемам, которые создают экспрессивность текста.
Привлекают исследователей и проблемы, связанные с экспрессивностью языка и речи (их возможности и потенциал).

Содержание работы

Введение 3
Глава 1.Теоретические основы исследования стилистических свойств
метафоры 5
1.1. Понятие метафоры и метафоризации в лингвистике
1.2. Свойства метафоры в разных стилях языка 11
1.3. Классификация метафор 14
Глава 2. Стилистические особенности метафоры на примере романа
А. Грина «Бегущая по волнам» 19
2.1. А. Грин и его роман «Бегущая по волнам»
2.2. Анализ метафор романа А. Грина «Бегущая по волнам» 21
Заключение 24
Библиографический список 27

Файлы: 1 файл

Курсовая работа.doc

Писатель Александр Степанович Грин (1880 – 1932) – настоящее имя – Александр Стефанович Гриневский. Родился в г. Слободской Вятской губернии в семье ссыльного поляка Стефана Гриневского. В 1896 году окончил 4-классное Вятское городское училище и уехал в Одессу. Вел бродячую жизнь, работал матросом, рыбаком, мыл золото на Урале, служил в армии, где вступил в партию социалистов-революционеров. В Севастополе вел социалистическую агитацию, за что был арестован и осужден. Наказание отбывал в тюрьме и трех ссылках.

А. Грин публиковался с 1906 года. Первый рассказ – «Заслуга рядового Пантелеева» – носил агитационный характер, за что тираж брошюры был конфискован жандармами. Вскоре Грин отходит от непосредственной политической деятельности и в дальнейшем работает как профессиональный литератор. В 1912 году приезжает в Петербург. В это время Грин пишет в основном рассказы. После революции, которую Грин пережил очень болезненно, что видно по его произведениям 1918-1919 годов, главной темой его творчества становится столкновение свободы и несвободы, особенно ярко проявившееся в романах «Блистающий мир» (1923), «Джесси и Моргиана» (1929) и «Дорога в никуда» (1930).

В 1924 Грин переезжает в Феодосию. Постепенно его творчество входит в явный конфликт с идеологическими установками партии и Грина почти перестают издавать. В 1930 году писатель перебрался в Старый Крым, где два года спустя умер от рака легких [12, C. 64].

Одними из лучших произведений Грина являются символическая повесть-феерия «Алые паруса» (1923) и роман «Бегущая по волнам» (1928). . Действие романа «Бегущая по волнам» происходит в самом что ни на есть «гриновском» городе – в большом, со своей историей и традициями, но при этом абсолютно сказочном Гель-Гью, название которого чаще всего встречается в его сочинениях наряду с Лиссом, Зурбаганом или Сан-Риолем. И – в море, с которым у Грина связаны самые чудесные, самые фантастические приключения его любимых героев. Во-вторых, как это тоже нередко случается у Грина, герой романа Томас Гарвей мечется по свету в поисках Прекрасного, охотясь за «таинственным и чудесным оленем» вечных поисков Мечты и Несбывшегося. И ведет его вперед, в незнаемые места, некий загадочный, услышанный только им призыв – ясный и чистый зов Будущего. Образ девушки-легенды по имени Фрези Грант, «Бегущей по волнам», появляется у Грина единожды. Фрези Грант – это образ Вечной Женственности, это мечта, к которой стремится герой, это счастье, о котором он грезит. Она соединила в себе два идеала мира Гарвея: Дэзи и Биче Сениэль. Между этими тремя образами в романе проведена тонкая нить, связующая их в одно целое. Несбывшееся Гарвея проявляется в облике Дэзи и становится Сбывшемся. «Бегущая по волнам» – это статуя в Гель-Гью, это и название шхуны, это и девушка из легенды, в которую так наивно верит Дэзи. Может, именно по – этому она и Гарвей становятся счастливы вместе – из-за их чистой веры в светлую мечту, в Фрези Грант.

Томас Гарвей как истинный романтический герой, существует в двух мирах, в двух плоскостях. Это реальный мир и романтический, мир мечты. Он живет в ожидании чуда. Среди обычных голосов окружающего мира он улавливает зов запредельного и таинственного. Автор называет это голосом Несбывшегося.

Несбывшееся Гарвея – это центральный образ, составляющие которого является все окружающее героя, это нечто, стоящее на грани действительности и видений. Узнавая свои желания и познавая самого себя, Гарвей понял свое несбывшееся [12, C. 80].

2.2. Анализ метафор романа А. Грина «Бегущая по волнам»

Неожиданные и свежие метафоры Грина в романе «Бегущая по волнам» завораживают читателя, вводят его в фантастический мир, созданный писателем. Яркость и выразительность метафорических конструкций способствует передаче не только определенного впечатления или авторского отношения к изображаемому, но и воплощению их в предметно-вещественные формы.

Автор использует в своем романе не только художественные, но и языковые метафоры. Например: взрыв смеха, бушевал оркестр, линия моря, звон голоса, тяжесть снов (см. полный список в Приложении). Причем в контексте романа данные метафоры восприниматься как образные яркие переносные значения слов и не выглядят стёршимися или косными.

Но конечно же, наибольший интерес вызывают индивидуальные художественные метафоры А. Грина. Именно они создают прекрасную, певучую, сказочную атмосферу, которая так характерна для произведений этого писателя. По структуре в произведении можно выделить как одиночные, так и развернутые метафоры.

Приведем примеры одиночных метафор: о ветре, поющем мелодии, плавал золотистый туман, жадность надежды, солнечный свет окреп (см. полный список в Приложении).

Развернутые метафоры, выстраиваясь в ассоциативно-образную цепь, участвуют в процессе «наращения смысла». «А над гаванью – в стране стран, в пустынях и лесах сердца, в небесах мыслей – сверкает Несбывшееся – таинственный и чудный олень вечной охоты». (см. полный список в Приложении). В приведенной конструкции метафоры, соединяясь друг с другом, выстраиваются в систему градации. В поисках аналогии своему душевному состоянию герой идет от больших пространственных моделей к бесконечным и необъятным (Ср. ядро смысловых значений слов пустыня, лес → небеса). Это обусловлено тем, что тоска Томаса Гарвея по Несбывшемуся, по заветной мечте охватило все его существо, овладела мыслями и чувствами.

В художественном мире А. Грина метафора выступает не только как поэтический троп, но и как исходный импульс и результат творческого процесса, поэтическая мысль, объемлющая художественное содержание произведения.

Часто построение метафор происходит с опорой на словесные образы, содержащие графические, изобразительные представления. Так, в романе «Бегущая по волнам» одной из распространенных является сема «узор».

УЗОР, -а, м. Рисунок, являющийся сочетанием линий, красок, теней. Метафоры, в основе которых заключена данная сема, используются:

1) при описании (например, портретных черт Фрези Грант): «Кружевное платье, оттенка слоновой кости, с открытыми, гибкими плечами, так же безупречно белыми, как лицо, легло вокруг стана широким, опрокинутым веером, из пены которого выступила, покачиваясь, маленькая нога в золотой туфельке» или портрета Дэзи: «где стояла Дэзи в новом кисейном платье и кружевном золотисто-сером платке»

КРУЖЕВА, кружев, -ам, ед. (в одном знач. с мн.) кружево, -а, ср. Узорная плетеная сетчатая ткань для отделки белья, одежды. прил. кружевной.

2) при передаче зрительного восприятия: «Эти пестрые ковры солнечных фей, мечущийся трепет которых, не прекращая ни на мгновение ткать ослепительный арабеск, достиг неистовой быстроты, – были везде, вокруг, под ногами, над головой».

КОВЕР, -вра, м. Изделие из тяжелой ворсистой узорчатой ткани, употр. для покрытия пола, украшения стен.

АРАБЕСК, -а, род. мн. –сков, м. и АРАБЕСКА, -и, род. мн. –сок, ж. Сложный узорчатый орнамент из геометрических фигур, стилизованных листьев и т.п. первоначально в духе арабского стиля (спец.).

3) при передаче душевного состояния: «Дремота вила сумеречный узор».

Метафора в романе «Бегущая по волнам» с одной стороны способствует расширению семантических связей, с другой – обнаруживает краткость и выразительность в передаче смысла языковых структур (например, «Хор мыслей пролетел и утих»).

При изображении внутреннего состояния героев Грин наиболее часто использует метафорические переносы, осуществленные по схеме: физический мир-психологический мир: «Как я ни был полон Биче, мое отношение к ней погрузилось в дым тревоги …»; «Град насмешек полетел с палубы»).

В основе гриновской метафоры лежит реальное зерно уподобления. («Я помню, как закат махал красным платком в окно, проносящееся среди песчаных степей»; «Немногие прохожие переулка оглядывались на нас, зажигая в глазах потайные свечки нескромного любопытства»).

ВЫВОДЫ ПО ВТОРОЙ ГЛАВЕ

Таким образом, в процессе анализа романа А. Грина были выделены следующие особенности использования метафоры в данном произведении:

– Автор использует в своем романе не только художественные, но и языковые метафоры

– По структуре в произведении можно выделить как одиночные, так и развернутые метафоры.

– В художественном мире А. Грина метафора выступает не только как поэтический троп, но и как исходный импульс и результат творческого процесса, поэтическая мысль, объемлющая художественное содержание произведения.

Таким образом, в первой главе курсовой работы были рассмотрены теоретические основы исследования стилистических свойств метафоры. По данной части работы можно сделать следующие выводы:

Метафорой – (от греч. metaphora – перенос.) – называется троп или механизм речи, состоящий в употреблении слова, обозначающего некоторый класс предметов, явлений и т. д., для характеризации или наименования объекта, входящего в другой класс, либо наименования другого класса объектов, аналогичного данному в каком-либо отношении.

Метафоризация представляет процесс порождения метафорических смыслов, основанных на принципе ассоциаций. Ассоциативные связи имеют общепринятый характер или опираются на субъективно-авторскую оценку рассматриваемых явлений

Существует ряд общих закономерностей метафоризации, осуществляющихся в определенных направлениях от одной семантической сферы к другой:

1) перенесение физического признака предмета на человека, что способствует выделению и обозначению психических свойств личности (тупой, резкий, мягкий, твердый, жесткий человек);

2) перенесение признаков и действий человека (или животного) на явления природы (принцип антропо- и зооморфизма: буря плачет, воет);

3) преобразование конкретных признаков предмета в отвлеченное понятие (пустые слова, глубокое суждение);

4) перенесение природных явлений на человека (темная личность, ветреный человек).

Основная область применения метафоры, – художественная литература. Выделяя определенные признаки или свойства предмета, она не столько называет (обозначает) его, сколько характеризует, создает живое представление, образ.

Несмотря на обилие различных классификаций метафоры, все авторы-лингвисты признают двойственность метафоры: языковая и художественная метафоры, которые как явления общего языка находятся в сложных и противоречивых связях и отношениях. Общим для них является психолингвистическое и психологическое свойство перенесения наименования с одного предмета на другой на основе сходства.

Также важно учитывать возможность деления рекламы на простую и развернутую.

В процессе анализа романа А. Грина во второй главе работы были выделены следующие стилистические особенности использования метафоры в данном произведении:

– Автор использует в своем романе не только художественные, но и языковые метафоры: взрыв смеха, бушевал оркестр, линия моря, звон голоса, тяжесть снов.

– По структуре в произведении можно выделить как одиночные (о ветре, поющем мелодии, плавал золотистый туман, жадность надежды, солнечный свет окреп), так и развернутые метафоры: «А над гаванью – в стране стран, в пустынях и лесах сердца, в небесах мыслей – сверкает Несбывшееся – таинственный и чудный олень вечной охоты»

– В художественном мире А. Грина метафора выступает не только как поэтический троп, но и как исходный импульс и результат творческого процесса, поэтическая мысль, объемлющая художественное содержание произведения.

Так, в романе «Бегущая по волнам» одной из распространенных является сема «узор».

При изображении внутреннего состояния героев Грин наиболее часто использует метафорические переносы, осуществленные по схеме: физический мир-психологический мир: «Как я ни был полон Биче, мое отношение к ней погрузилось в дым тревоги …».

В основе гриновской метафоры лежит реальное зерно уподобления. («Я помню, как закат махал красным платком в окно, проносящееся среди песчаных степей»; «Немногие прохожие переулка оглядывались на нас, зажигая в глазах потайные свечки нескромного любопытства».

Таким образом, стремление к метафоризации связано с убеждениями писателя в неспособности выразить простым словом затаенное, скрытое. Только метафорические конструкции способны передать все нюансы душевных движений.

В подтверждение этому находим высказывание главного героя романа: «Самым тонким движениям насущного души нашей я смог бы придать как вразумительную, так и приличную форму».

  1. Аристотель. Риторика // Античные риторики. – М. : Просвещение, 1978. – 235 с.
  2. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. – М. : Просвещение, 1998. – 243 с.
  3. Ахманова О.С. Очерки по общей и русской лексикологии. – М. : Наука, 2000. – 295 с.
  4. Баранов А.Н. Очерк когнитивной теории метафоры // Баранов А.Н., Русская политическая метафора (материалы к словарю). – М : Просвещение, 1991.
  5. Бельский А.А. Сборник статей. – Пермь : Пермский гос. универ. им. А.М. Горького. 1989. – 235 с.
  6. Блэк М. Метафора // Теория метафоры / Н.Д. Арутюнова, М.А. Журинская. – М. : Прогресс, 1990. – С.153-173.
  7. Будагов Р.А. Введение в науку о языке. – М. : Добросвет, 2003. – 544 с.
  8. Гак В.Г. Метафора : универсальное и специфическое // Метафора в языке и тексте. –- М. : Просвещение, 1999. – 178 с.
  9. Грин А. Бегущая по волнам. – М. : Академия, 2000. – 201 с.
  10. Дэвидсон Д. Что означают метафоры // Теория метафоры – М. : Прогресс, 1990. – С.173-194.
  11. Калинин А.В. Стилистические очерки. – М. : Изд-во МГУ. 1979. – 195 с.
  12. Михайлова Л.А. Грин. Жизнь, личность, творчество. – М. : АСБ, 2000. – 99 с.
  13. Ожегов С.И. Словарь русского языка. – М. : Просвещение, 1999. – 456 с.
  14. Потебня А.А. Теоретическая поэтика. – М. : Просвещение, 1990. – 234 с.
  15. Скляревская Г.Н. Метафора в системе языка : Монография Изд. 2-е. – СПб : Филологический факультет СПбГУ, 2004. – 166 с.
  16. Язикова Ю.С. Анализ метафор стиля повести М. Горького «В людях». – М. : Просвещение, 1999. – 127с.

Грин «Бегущая по волнам»: описание, анализ, краткое содержание

Знаменитый роман Александра Грина, написанный в 1928 году. Произведение относится к фантастическому жанру. В нём присутствует и романтика, и драматические моменты. Главный герой молодой человек Томас Гарвей пытается найти свою мечту, совершает ошибки, мимолётно влюбляется. Чем-то он напоминает самого автора.

Роман А.Грана «Бегущая по волнам» в Википедии

Роман описывает свободная энциклопедия Википедия:

  • Вкратце раскрывается сюжет.
  • Экранизации романа.
  • Информация о романе.
  • Примечания других авторов о романе.

Читать онлайн «Бегущая по волнам» можно на различных сайтах, можно прослушать аудиозапись произведения, ознакомиться с пересказом. Но лучше взять в руки настоящую книгу, пахнущую типографской краской, не спеша перелистывать страницы и наслаждаться изумительным слогом повествования русского классика.

Главные персонажи

  • Томас Гарвей – ищет свою мечту, стремится к идеалу.
  • Капитан Гез — неприятный человек, высадил Гарвея в открытое море.
  • Бутлер – матрос на судне «Бегущая по волнам».
  • Филатр – друг Томаса и Дези.
  • Биче Сенюэль – мимолётная любовь Гарвея.
  • Дези – будущая жена Томаса Гарвея.
  • Фрези Грант – девушка, спасавшая моряков.

Краткое содержание

Молодой человек по имени Томас Гарвей вынужден был задержаться в городе Лиссе по причине тяжёлого заболевания. Как-то вечером Гарвей зашёл к своему знакомому Стерсу немного развлечься и поиграть в карты. Во время игры ему послышался негромкий голос женщины, произнёсший фразу: «Бегущая по волнам». Кроме него, голос никто не слышал. Перед этим событием Гарвей видел, как с корабля в порту сошла необыкновенная девушка. Она держалась с таким достоинством и величием, что казалось, может подчинить себе весь окружающий мир. Томас попытался выяснить, кто эта очаровательная незнакомка. Ему удалось узнать её имя – Биче Сениэль.

Гарвея беспокоило то, что никто, кроме него, больше не слышал загадочный голос. Ему казалось, что между девушкой, сошедшей с парохода, и случаем за игрой в карты, существует какая-то связь. Вечером, гуляя в порту, Томас увидел судно под названием, созвучным роману и его сомнения только подтвердились.

Молодой человек решил отправиться в путь на этом корабле, но капитан Гез отказался принимать его на борт судна без разрешения владельца. Гарвею удалось получить дозволение и он попал на борт. Команда моряков произвела на него неприятное впечатление, они не были похожи на мореплавателей.

Во время морского путешествия Гарвей выяснил, что первым хозяином корабля Нэд Сениэль, отец Биче. После разорения Неда, капитан Гез выкупил у него судно за гроши.

На очередной остановке на борт сели три женщины. Сидя у себя в каюте, Томас услышал как пьяный капитан угрожает одной из них. Молодой человек вмешался в ссору, и между ним и Гезом случилась драка. Капитан был в бешенстве и приказал посадить Гарвея в лодку и отпустить её в открытое море, обрекая его на верную гибель. Под насмешки команды, в лодку к Гарвею вскочила девушка.

Отплыв в море, девушка заговорила, и Томас понял, что это её голос он слышал за игрой у Стерса. Она назвала своё имя – Фрези Грант и попросила Гарвея плыть на юг, где его увидит другое судно. Гарвей пообещал никому не говорить о встрече с ней, после этого Фрези выскочила из лодки и побежала поверх волн. Через несколько часов Томаса действительно подобрал корабль. На нём он и услышал легенду о прекрасной девушке Фрези, которая является всем попавшим в кораблекрушение. На судне молодой человек знакомится с Дэзи.

Когда судно доплыло до Гель-Гью, Томас Гарвей вышел на берег и очутился в центре большого праздника. Смешавшись с толпой, он не заметил, как подошёл к памятнику, на котором увидел надпись «Бегущаяпо волнам». Как оказалось, основателем города был мореплаватель Вильямс Гобс, который потерпел кораблекрушение в этих местах. Тогда ему помогла Фрези Грант, она вывела его к берегу, позже он основал там поселение.

Возле памятника Гарвея позвала незнакомая женщина и заявила, что его ожидает незнакомка. У Томаса не было сомнений, что это Биче Сениэль, и он поспешил к ней навстречу. Но это была Дези. Разочаровавшись, что Томас назвал её по имени Биче, она ушла. Через несколько минут неожиданно появилась и сама Биче. Цель её приезда – выкуп корабля у капитана Геза.

На следующий день Гарвей отправился к капитану вместе с членом его команды Бутлером. Поднявшись к нему в гостиничный номер, они обнаружили, что капитан мёртв. Все подозрения пали на Биче Сениэль, но в убийстве сознался Бутлер. Как оказалось, капитан перевозил на корабле опий, и Бутлер пришёл к нему за своей долей прибыли. Но в номере стал свидетелем неприятной сцены. Капитан пришёл с барышней, между ними случилась ссора, и девушка выпрыгнула в проём на лестницу. В порыве ярости Гез накинулся на Бутлера, который и убил его.

Биче не захотела оставлять себе судно с подмоченной репутацией и продала его с аукциона. Гарвей поделился с ней историей встречи с Фрези Грант, но Биче не поверила ему. Томас же задумался о том, что Дези по-другому бы отнеслась к этой истории, но она помолвлена и искать с ней встречи нет смысла.

Прошло время, Гарвей и Дези случайно встретились. Вскоре они поженились и стали жить в доме на берегу.

Как-то в гости к ним заглянул доктор Филатр, который рассказал продолжение истории.

Корабль с загадочным названием по неизвестным причинам покинули все члены экипажа, и теперь судно ржавеет на берегу безлюдного острова. Биче Сенюэль вышла счастливо замуж.

В конце книги Дези сознаётся, что всегда верила в существование Фрези Грант и в ответ слышит голос с моря.

Таково Грин «Бегущая по волнам» краткое содержание.

РОМАНТИЧЕСКАЯ УТОПИЯ А.ГРИНА («АЛЫЕ ПАРУСА», «БЕГУЩАЯ ПО ВОЛНАМ»).

Осмысление собственно революционных событий, их сущности и значимости постепенно сменяется размышлениями о путях развития общества, о формировании типа нового человека. Это стимулирует расцвет социальной утопии и научной фантастики, которая, как известно, существовала раньше в синкретическом единстве с социальной утопией.

Особое место в развитии утопии занимает творчество Александра Степановича Грина (наст. фамилия – Гриневский) (1880-1932).

На его прозу изначально оказал влияние европейский романтизм (Гофман, По). Однако романтические принципы долгое время незаметно отрабатывались в русле традиционно-описательной бытовой реалистической прозы. В его сборниках рассказов – «Шапка-невидимка» (1908), «Рассказы» (1910), «Знаменитая книга» (1915), «Загадочные истории» (1915), «Искатель приключений» (1916) – звучат подспудно романтические мотивы бунта против невыносимой скуки будней, человеческой заурядности, поиска выхода, мечты о сильном и благородном человеке. Обнаруживается в этих произведениях и влияние творчества Достоевского, и связанное с этим влияние массовой беллетристики 1910-х годов.

В полной мере романтическое мировидение писателя проявляет себя в послереволюционном творчестве – сборниках рассказов «Белый огонь» (1922), «Сердце пустыни» (1924), «Гладиаторы» (1925), повести «Алые паруса» (1923), романах «Блистающий мир» (1923), «Сокровища африканских гор», «Золотая цепь» (1925), «Бегущая по волнам» (1928), «Дорога в никуда» (1930). Интересно, что в начале 20-х годов писатель поселяется на юге, сначала в Феодосии, затем в Ялте. Именно в этих произведениях определились черты созданного писателем утопического мира, который исследователями был назван Гринландией. Географическая «изоляция», воображаемый характер созданного Грином мира и тенденция к реализации идеала делают Гринландию похожей на утопию. Грин жил в утопическую эпоху, в эпоху массовых деяний, рассчитанных на рациональную перестройку мира, в эпоху создания художественных утопий (пролеткультовской, крестьянской, чаяновской и т.д.), но не верил ни в Разум, ни в Технику, ни в массы и полагался лишь на духовные возможности человека, энергию человеческой души, которая для Грина, если воспользоваться удачным суждением писательницы М.Шагинян, была «единственной в мире энергией, могущей действовать разумно и целенаправленно» 98 . В отличие от статичного мира утопии, где время остановлено, ибо кем-то для всех найдено «прекрасное мгновенье», мир Гринландии динамичен, а предпочитаемые Грином ценности (духовная близость, чудо, открытость друг другу) должны быть обретены усилиями самих людей. Мир Гринландии исполнен удивительного, чудесного, которое прорывается сквозь оболочку обыденного существования. Верховные силы этого мира наделены сверхъестественными возможностями. Это величественная и таинственная Фрэзи Грант, это Бам-Гран – имя, которое «не зовет, но сзывает», – веселый шутник из Зурбагана, поднявшийся на вершину могущества и одухотворенности, верховная сила гриновской вселенной, властвующая над временем и пространством на всех широтах – от Ахуан-Скапа до Петрограда, определившая судьбу всех, кому приходится с ней столкнуться, – от угольщика из Каперны, которому померещились розы на прутьях его старой корзины, до петроградского жителя Александра Каура. Это Друд – человек, способный летать.

Внешние характеристики этого мира – яркость красок, присутствие музыки, такие пространственные доминанты, как море, лес и горы. В основе модели мира – принцип двоемирия. Образ обыденной действительности с присущим ей социальным неравенством создается через принцип монтажа реальных признаков разных социальных формаций (феодальной, капиталистической, постиндустриальной). Ей противостоит реальность внутреннего мира человека, обозначенного через такие важные для Грина философско-эстетические понятия, как «светлые страны», «синее сияние океана», «Цветущая пустыня» и др. То есть природа в своем благотворном влиянии на человека противопоставлена цивилизации. Эти понятия символизируют вечное движение человеческого духа по пути познания мира.

Герой-искатель ранних рассказов, живущий в дисгармонии с миром, преображается в этих произведениях Грина в героя-творца, способного силой действенного добра преобразить реальность.

Тема повести «Алые паруса» – тема достижимости счастья. Писатель обозначил жанр произведения как феерия, то есть аллегорическое столкновение неких сил, в данном случае мечты и косности. Однако произведение нельзя назвать аллегорией в чистом виде, так как писатель стремится проникнуть во внутренний мир человека. Характеры главных героев произведения – девушки Ассоль и капитана корабля Артура Грэя – не сформированы средой, их мечтательность, скорее, природное свойство натуры. Так о Грэе, росшем в аристократической семье, говорится, что он «родился с живой душой, совершенно несклонной продолжать линию фамильного начертания». Его любознательность, отзывчивость и энергия кажутся аномалией в чопорном родовом замке, а родители названы «надменными невольниками собственного положения». Однако столь же чужда окружающим и Ассоль со своим обособленным внутренним миром, хотя родилась она в глухой рыбачьей деревушке.

На формирование их внутреннего мира оказала влияние лишь одна грань действительности – поэтические предания о прошлом. Грэй знакомится с ними по книгам, Ассоль – по рассказам своего отца – Лонгрена. Путь героев, их взросление, с одной стороны, показаны в романтических традициях. Стремительное развитие сюжета связано с выделением лишь тех эпизодов, которые важны в духовном становлении героев: встреча Ассоль с собирателем сказок Эглем, заронившим в ее душу мечту о прекрасном принце на белоснежном корабле под алыми парусами, проверка Грэем себя на мужество и стойкость, сначала в замке, затем на корабле, лицезрение Грэем спящей Ассоли, рассказ об алых парусах, который он слышит в трактире. Взрослея, герои не столько утрачивают детское начало, сколько приобретают силы для воплощения мечты. Оба они всеми силами стремятся подсказать жизни «нечто существенное», то есть улучшить ее. Их мироощущение оказывается заразительным, например, мечтательность Грэя для его команды, стремление Ассоль всюду видеть чудесное для угольщика Филиппа.

Но, с другой стороны, отдельные эпизоды жизни героев описаны в духе неореализма. Грин стремится проникнуть в мир невидимых душевных движений, показать сложность внутренней жизни человека. Он умеет найти удивительно точные слова для обозначения работы сознания и характеристики подсознательных процессов.

В связи с этим особую важность приобретает у Грина образ природы. Его герои устремляются в мир природы: Ассоль – в лес, Грэй – в морские плавания. Но пейзажные метафоры, как мы уже говорили, используются и для обозначения душевных изменений. Еще одна функция обобщенносимволических природных образов, таких, как «синее сияние океана», – это обозначение радости и восторга истинно прекрасного человека перед истинно прекрасным миром.

«Бегущая по волнам»

В последующем творчестве конфликт реальности и духовного мира человека у Грина усложняется.

Тема: поиск мечты. Важное: герой находится в пути -> Томас Гарвей одержим стремлением к Несбывшемуся. Ощутима важность процесса: ему важно право “видеть то, что он хочет, так, как хочет”. Несбывшееся “может восстать только само”, задача героя (человека) – распознавать Несбывшееся, внимательно вглядываться в жизнь. Показывая сложность обнаружения Несбывшегося, Грин создаёт образ двоящейся реальности -> Появляются образы Двух Бегущих по волнам. Подлинная – Фрэзи Грант (девушка из легенды, которая сошла на воду с палубы корабля), аналог – статуя в городе. Неподлинный Бегущая по волнам – яхта с тем же названием. В романе она становится предметом раздоров и махинаций (в конце концов, как живое существо, гибнет). Снова две женщины: Биче Сэниэл и Дэзи Смит. Подчёркивается, что они удивительно похожи внешне, это впечатление усиливается, когда они надевают одинаковые костюмы на карнавале. Грину важно в романе не только развести героев по полюсам, но и увидеть как раскрываются разные начала в одном человеке. Здесь интересны образы капитана Геза (грубый интеллигент). К двойственности состояний человека обращается и сам главный герой.

Грин как художник-романтик наследует романтическое видение мира как писатель XX века усваивает по-своему, в свете традиций и культуры эпохи, достижения русского реализма XIX века, романтизма молодого Горького, открытия русского символизма (особенно в творчестве А. Блока) и акмеизма. Грин не становится последователем ни одного из этих течений. У него свой путь. В то же время “воздух эпохи” был важным фактором, определявшим философско-эстетический круг идей и представлений писателя.Поэтому, на наш взгляд, гриновскому миропониманию, обусловившему его обращение к мифу, присущи элементы панэстетизма и пантеизма, которые были характерны в древности для архаически цельного синкретического восприятия мира.

Образы героев, как составляющее утопической реальности.

Герои гриновских произведений действительно намного сложнее тех упрощенных образов романтических мечтателей, какими представляло их официальное советское литературоведение. Миф о друге юных романтиков (так называли писателя во многих вступительных статьях) разбивается о тот факт, что гриновский герой не является оптимистом, уверенно смотрящим в будущее. Как правило, он погружен в себя и не доверяет внешнему миру, он часто замкнут на собственных рефлексиях и предчувствиях. Ему свойственна болезненная пограничность психики. Это герой-медиум, открытый иному, тонкому миру

Особое внутренне зрение заставляет его отказаться от рациональных способов постижения мира: гриновский герой становится адептом иррационального.

Гриновские герои, одаренные способностью видеть невидимое, оказываются в состоянии «духовной изоляции».

В своей интерпретации безумия Грин близок к философским установкам классического романтизма, трактовавшего сумасшествие как некое прозрение духа и тесно связавшего понятие душевной болезни и аномалии (галлюцинации, бреда и так далее) с творческим или мистическим началом.

Герой романа «» Гарвей – типичный гриновский герой-медиум, с ясным духовным зрением, которому доступны видения и галлюцинации: он доверяет им, как путеводным знакам. В одной из сцен романа Гарвей рассматривает названия судов в гавани Лисса: «Лондон», «Сидней», «Амстердам», «Тулон». Но для него это не названия реальных городов, а знаки Несбывшегося: «имена гаваней означали для меня другой «Тулон» и вовсе не тот «Сидней», какие существовали действительно; надписи золотых букв хранили неоткрытую истину»

Несбывшееся позовет нас, и мы оглядываемся, стараясь понять, откуда прилетел зов […] Между тем время проходит, и мы плывем мимо высоких, туманных берегов Несбывшегося, толкуя о делах дня (т.5, с.4). Взгляд внутрь и желание увидеть нечто, находящееся за пределами осязаемого мира – вот характерные черты персонажей Грина. Его герои могут быть аристократами или бродягами, миллионерами или матросами, музыкантами или преступниками – в любом случае поиск Несбывшегося делает их фигурами маргинальными, вне общества и вне пространства.

Встреча-невстреча с мечтой и стала темой романа Александра Грина, но соотношение реальности и мечты, чему так или иначе посвящены почти все его крупные произведения двадцатых годов, начиная с «Алых парусов», утрачивает в этом романе черты резкого противостояния и становится более взвешенным.

Если Томас Гарвей – человек исключительного благородства, культуры и самого возвышенного воспитания, если он – джентльмен в лучшем смысле этого слова, то Вильям Гез – хам, но хам не простой, а артистичный. Он щегольски одет, любит играть на скрипке, любит море и ветер, у него замечательная библиотека, наконец, он влюблен в ту же девушку и в тот же корабль. Гез – это не воинствующий обыватель и гонитель мечты, он по-своему тоже поэт, о нем моряки в лисских кабаках говорят прямо противоположные вещи: одни возносят до небес, другие низводят до преисподней. Да и на самого Гарвея он производит впечатление противоречивое.

В. Ковский: «Биче и Дэзи – как бы две стороны одного, не существующего в природе, идеального типа, гармонически сочетающего интеллектуальность с ясной простотой духовного облика, твердую определенность характера с чуткой восприимчивостью, трезвость с поэтичностью, сдержанность с экспансивностью, самостоятельность с уступчивостью».

В лице Биче Александр Степанович и дает синтетический образ встреченных и любимых им женщин, чуждых его душе. Они тоже были молоды и не желали и не могли, как и Биче, разрушить стройность своего внутреннего мира, принять мир Александра Степановича. Он был чужд им.

В роли путеводительницы выступает и Фрези Грант. Она указывает направление движения Гарвею, оказавшемуся один на один с океаном. Однако Бегущая по волнам охраняет не только жизни, но и души людей. К Гарвею она является для того, чтобы предотвратить отчаяние брошенного на произвол судьбы человека («Я была с вами потому, чтобы вам не было жутко и одиноко»). Собственно говоря, Фрези Грант направляет главного героя романа на протяжении всего повествования. Ее таинственные слова становятся отправной точкой путешествия Гарвея, полного приключений. Она помогает герою в его поисках родной души.

Дэзи Гарвей встречается в море. Она так же существует на грани двух миров, т. к. догадывается о присутствии в мире Фрези Грант. Любовь и знание о Фрези, голос которой они вместе с Дэзи слышат из своего дома, дает возможность героям создать земной дом со знаками сакрального присутствия и обрести гармонию в любви. Дом для влюбленных является завершающей точкой духовного пути ге- роев, поскольку здесь снимается противоречие между внешним и внутрен- ним. Человек создает из своего внутреннего мира мир внешний, организуя его по законам собственных духовных устремлений.

Карнавала, корабль, статую (символическая часть утопии Грина)

Описание празднования 100-летия Гель-Гью, связанного с легендами о Фрези Грант и ее скульптурным изображением, несет в повествовании особую смысловую нагрузку. Согласно концепции народно-смеховой культуры М. М. Бахтина, карнавал– всенародный праздник, организованный по своим законам, в котором жизнь и игра меняются местами. Он знаменует возрождение и обновление мира, «временное освобождение от господствующей правды и существующего строя, временную отмену всех иерархических отношений, привилегий, норм и запретов», возвращение к «подлинной человечности отношений»

Для А. Грина в карнавале особенно значимо его динамическое начало. Шумный городской праздник приобретает в романе символический характер. Карнавал в Гель-Гью представляет собой стихийное, «бесцельнее движение ради движени», осмысленность которому придает статуя Фрези Грант. Она не только является пространственным центром, по мере приближения к которому хаотическое движение становится все более направленным, но и центром духовным, организующим горожан на защиту памятника от кучки богачей, противников карнавала.

Еще одним динамическим образом в романе, создающим семантический комплекс «Бегущая по волнам», является корабль. История парусника Сениэлей играет важную роль в структурно-смысловой организации произведения. Образ корабля в гриновском романе подвергается двойной мифологизации.

С одной стороны, на протяжении всего повествования «Бегущую по волнам» сопровождают легенды, связанные с ее созданием: старинное предание о первых поселенцах – основателях Гель-Гью и поэтическая сказка, придуманная Нэдом Сениэлем для маленькой дочери. Парусник создавался по законам искусства. Его внешняя красота соответствовала внутренней одухотворенности, источником которой стала любовь Сениэля к своей жене. Ради нее было построено «судно – джентльмен», предназначенное для путешествий и названное в честь брига, на котором плыли ее предки.

С другой стороны, в истории корабля своеобразно преломляется сюжет о Летучем голландце. Параллелизм с популярной средневековой легендой легко заметить в образах капитана, бесстрашного моряка, но жестокой, демонической личности. (образ Геза). В чужих, нечистоплотных руках он превращается всего-навсего в грузовое судно.

Своеобразие Грина как художника-романтика состоит именно в том, что эстетическое требование “разности героев” он возводит в центральный творческий принцип, абсолютизирует его. Вся система образов его произведений зиждется на принципе контрастности.

Грин считал, что любой рассказ должен обязательно содержать жестокую борьбу добра со злом и заканчиваться посрамлением злого начала. Это подтверждается многими сюжетами писателя. В “Алых парусах” сбывается светлая мечта Ассоль, а жители деревни, ненавидящие чистую мечтательную девушку, посрамлены; в “Бегущей по волнам” побеждают те, кто бережет статую “Бегущей” как символ вечной красоты, а партия толстосумов, стремящихся уничтожить статую, терпит поражение.

В романах Грина на первом плане проблема идеального (один из основных компонентов романтической эстетики).

Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы

Ссылка на основную публикацию
×
×