×

Анализ рассказа Джамиля Айтматова

Полисемантическая структура произведений Чингиза Айтматова

Статья посвящается анализу полисемантической структуры произведений Чингиза Айтматова: повести «Джамиля», романов «Плаха» и «Буранный полустанок». Названные произведения объединяют, по словам автора, творческие искания героев, творческое использование художником мифов, созданных народом, в которых заключены немалые художественные возможности.

В статье анализируется повесть «Джамиля», которую Луи Арагон назвал «самой прекрасной повестью о любви» которую перевел на французский язык, и это произведение стало читаемой во многих странах мира.

Тема настоящей любви нерасторжимо сплетена в повести с темой настоящего искусства, вливающего в человека новые силы, открывающего ему подлинную красоту и правду.

Научное наблюдение творческой лаборатории Чингиза Айтматова при написании романа «Плаха» посвящено анализу кризиса нравственности, этой всеобщей беде человечества, расшатавшего собственные опоры существования. Три разные по композиции части романа раскрывают нравственные устои человечества.

Заключительной частью статьи является показ полисемантической структуры романа «Буранный полустанок» Чингиза Айтматова, где затронуты три цикла из жизни: картины жизни маленького железнодорожного полустанка, его немногочисленных обитателей, беззаветных, честных тружеников, заброшенных судьбой за границу Сары-Озекских пустынных земель; миф о Найман-Ане и её сыне-манкурте; фантастическая история космонавтов с американо-советской орбитальной станции «Паритет».

Художественный мир Чингиза Торекуловича Айтматова во всей его возможной полноте исследования пока что никому не удавалось описать ни тем, кто брался лишь за эстетический анализ, ни тем, кто собирался проследить эволюцию творчества писателя.

Трудность, думается, составляет передача доли человеческой личности, которая живет одновременно и в произведениях, и за пределами художественно зафиксированной формы, тем более сам Чингиз Айтматов сказал, что «за пределами книги обычно остается еще много такого, что живёт в нас в ожидании своей формы, своего образного выражения» [2, 13].

Произведения Чингиза Торекуловича Айтматова принадлежат к числу самых читаемых и почитаемых не только в независимых государствах Народов Содружества, но и во всем цивилизованном мире.

Казалось бы, поколением, предшествующим Айтматова, затронуты все темы и вроде исчерпаны все художественные методы и способы литературного отражения мира. Следует подчеркнуть, что писатель, обращаясь, казалось бы, к тем же проблемам и темам, используя, в целом, те же художественные методы, заново пересмотрел, существенно дополнил литературу, открытые классиками – единомышленниками, и это «дополненное» в контексте общечеловеческой эстетической культуры налагает на его творчество свою печать, выдвигает его вперёд как знамя глубокой передовой мысли.

В этом «открытий» прежде всего и состоит новизна творений Чингиза Торекуловича Айтматова.

В произведениях писателя кардинальные проблемы человечества ставятся на повестку дня по-новому: в ней воспевается величавость Человека, благодатность Природы и вечность Жизни.

В произведениях писателя изображается действительность, повседневность, в которой проходит наше бытие, но сквозь неё про-

сматривается совершенство жизни, к которому мы стремимся.

Художник реалистично описывает его как в простом, так и в сложном процессе, прослеживает разные срезы и слои жизни в их противоречии и диалектической взаимосвязи: бездушие и нравственность, горе и радость, поражение и победу, горькие слезы и счастливые улыбки, плутовство и честность.

Главное не в финалах произведений, трагических и счастливых, главное в том, что художник заставляет читателей переживать, сочувствовать героям произведения – и тем самым он как бы возлагает на них ответственность за все, что делается на земле.

Плеяда писателей, литературоведы и критики справедливо отмечают, что творчество Чингиза Торекуловича Айтматова стало подлинным образцом мастерства, оно внесло весомый вклад в развитие литературы многих народов, и прежде всего в аспекте межлитературного взаимодействия и взаимообогащения.

Свое творческое кредо писатель сформулировал следующим образом: «Самые возвышенные и самые простые материи, которым оперирует литература, в конечном счете, должны возрождать всё лучшее в нас, в людях. А это значит способствовать воспитанию в человеке добра, раздумий о разумном и справедливом устройстве жизни на земле, раздумий о судьбе современного человека, о его настоящем и будущем» [3, 202].

«Учитывая это, можно понять, почему видный французский писатель Луи Арагон не только перевел на свой язык повесть «Джамиля» молодого тогда Айтматова, но и с полемическим задором назвал её в предисловии «самой прекрасной на свете повестью о любви». Эта высокая оценка небольшого произведения, повествующего о том, как киргизская женщина, красавица, нарушив вековые обычаи, ушла из дому, ушла с хромым солдатом Данияром, вызвана прежде всего тем, что в «Джамиле» поэтически концентрированно выразилось самое существо новой этики и новой эстетики…

Не случайно столь большое место в повести о любви Джамили и Данияра занимает образ повествователя – подростка, младшего брата Садака.

Мальчик – повествователь вырос, стал художником. Бывают у него неудачи, тяжелые минуты. Тогда подолгу смотрит он на свою дипломную работу – картину, на которой изображены, уходящие в даль по осенней степной дороге Данияр и Джамиля…

«Я смотрю на них и слышу голос Данияра. Он зовет меня в путь-дорогу – значит, пора собираться. Я пойду по степи в свой аил, я найду там новые краски.

Пусть в каждом мазке моем звучит напев Данияра! Пусть в каждом моем бьется сердце Джамили!» [1, 143].

Так кончается эта повесть. И в высшей степени символично, что тема настоящей любви нерасторжимо сплетена в ней с темой настоящего искусства, вливающего в человека новые силы, открывающего ему подлинную красоту и правду» [4, 304].

В многочисленной критической литературе, вызванной появлением романа «Плаха» Чингиза Айтматова, при всей разноречивости оценок, дискуссионности мнений и т.д., одно соображение как было, так и до сих пор остается общим и неизменным: проблематике и героям, но и по жизненному материалу, темам. В этом сходились и в 1986 году, когда роман печатался в «Новом мире», и в 1987-м, когда его прочитало большинство.

Роман заставлял думать не о внутрилитературных проблемах, не о композиции, а о больных, общечеловеческих ценностях, о тех вечных темах, над которыми издавна билось мировое искусство и, может быть, в особенности русская литература. Не по этой ли причине всякий чисто литературный разговор, начатый о «Плахе», неизменно соскальзывал в круг внелитературной проблематики – от экологии и наркомании до проблемы гибели цивилизации, или по терминологии одного из героев романа: конца света, второго пришествия и страшного суда.

Публицистичностью романа на первых порах объясняли чуть ли не все его особенности, в том числе и чисто романную структуру – способ подачи материала, композиционную разорванность, словарь, отдающий, по словам

одного из критиков, «газетой» даже тогда, когда изображаются сцены из библейской истории. Тот незначительный и малопоказатель-ый, по словам самого Айтматова, чисто случайный, что вторая часть романа была напечатана не вслед за первой, а через номер, лишь укреплял во мнении о крайней спешке написания романа, то есть опять-таки о его газетной природе. Именно в этой связи почти все говорили о композиционной неслаженности произведения, поскольку три сюжета, из которых он состоит (тема волков и их гибели, история Авдия, а затем Бостона) существуют как бы раздельно друг от друга, в некоем почти безразличном порядке.

Это обстоятельство дало повод одному из критиков назвать роман «кентавром» [5, 12], а одному из участников читательской конференции именовать его «химерой», неким чудищем о трех головах, глядящих в разные стороны.

Появлению, написанию, непосредственному, выражаясь старинным слогом, «акту творения», в результате которого появился роман, предшествовала боль художника, уви-девшего воочию «пожар в собственном доме» в доме своей страны и в общем доме чело-вечества.

Конечно, не анашисты, надо думать, были первым толчком, побудившим создать романпризыв, роман-тревогу, роман-предостережение.

Поэтому уместно, что в романе не могло не иметь значения то, что одурманивающее зелье, ставшее как бы символом всемирного зла, заключающегося в беспамятстве, произрастает не где-то за морями, за горами, в иноземных странах, издавна услаждающих себя гашишемопиумом, а в родных степях Киргизии, на Моюнкумских просторах, богатых, как оказалось, буйными зарослями травы, считавшейся простым сорняком, но вдруг обнаружившей свое родство с далекой и экзотической марихуаной.

Вот почему, одна из важнейших фабульных (но не сюжетных) линий в романе связана, как мы знаем, именно с добыванием дикой конопли – необычайно прибыльным делом, которым занялся преступный мир.

По общему мнению критиков, в композиции, идейно-смысловом движении романа центральную, кульминационную роль играет вторая, средняя часть произведения. В ней сосредоточен наиболее важный и, по видимости, наиболее взрывчатый идеологический и философский комплекс, связанный с Христом, идеей возмездия, распятием и гибелью Авдия и быстро приближающейся к развязке трагической историей волков.

Третья, заключительная глава обычно трактуется как наиболее традиционная для творчества Чингиза Айтматова. И действительно, после иерусалимских сцен, после достаточно экзотической истории с анашистами и страниц, посвященных истреблению сайгаков, после распятия Авдия, мы знакомимся с жизнью людей, занятых обыкновенной работой на чабанских пастбищах, живущих в обычном для тех мест поселке, погружённых в немудренный быт и повседневные хозяйственные и производственные заботы. И сами фигуры кажутся нам достаточно знакомыми, почти примелькавшимися, поскольку передовых рабочих, болеющих за своё дело, консервативных, бюрократичных начальников мы не раз встречали не только у Чингиза Айтматова, но и у других писателей. Есть и новый, правда, тоже уже знакомый конфликт, связанный с бригадным порядком, с необходимостью усиления личной заинтересованностью и т.д., словом, после теологических и философских дискуссий и тех забот, которыми был обуреваем Авдий, жизнь Бостона, его стычки с Базарбаем, с директором Чотбаевым и парторгом Кочкорбаевым кажутся резко приземленными, накрепко привязанными к быту, к повседневному существованию. Степи и предгорья, где пасутся отары овец чабана Бостона, составляют одно целое с великой Моюнкумской саванной. Всё, что произошло в первых двух главах, случилось не за тридевять земель, а совсем рядом. Тому одно из первых свидетельств – волки, Акбара и Ташчайнар, пришедшие к горам, где чабанит Бостон, чтобы снова вывести волчат, погибших при облаве на сайгаков. Акбара, надо думать, только что видела распятого Авдия и, может быть, слышала, обращенные к ней прощальные слова: «Ты пришла…» [1, 239]. Акбара помнит человеческую ласку и уже знает человеческую беду, удивительно сходную с её собственной болью. Общая боль и страдания как бы породнили их перед лицом жестокого мира. Она не могла забыть, как доверчиво и ласково Авдий играл с волчатами. Акбару и Ташчайнара хорошо знали местные чабаны – эта великолепная пара время от времени появлялась в их краях. Так неожиданно смыкается мир, такой, казалось бы, несоединимый: животный и человеческий. Писатель тем самым связывает в одно целое все три главы своего лишь внешне разорванного произведения. Трагический мотив гибели животных, начавшийся в первой части и надрывно и болезненно прозвучавший во второй перешел теперь в заключительную часть произведения, чтобы ещё раз, знаменательно и символично сомкнуться с темой человеческой вины и неотвратимости возмездия.

В романе «И дольше века длится день» Чингиза Айтматова затронуты три цикла из жизни: картины жизни маленького железнодорожного полустанка, его немногочисленных обитателей, беззаветных, честных тружеников, заброшенных судьбой за границу Сары-Озекских пустынных земель; миф о Найман-Ане и её сыне-манкурте; фантастическая история космонавтов с американо-советской орбитальной станции «Паритет». Мотив памяти, тревожное предостережение против бездумной утраты нравственных традиций народа звучат в романе «Буранный полустанок» (1980).

Таким образом, полисемантическая структура повести «Джамиля» характеризует то лучшее, что присуще этике нового общества и эстетике новой литературы. Любовь в ней показана во всей её силе, но не сведена лишь к неистребимой жажде плоти; любовь в ней возвышена, но не вознесена в бесцветные сферы абстрактных построений, равно пригодные для всех времен и народов, Жаркая и живая любовь – как дитя возрождения, принесенного социальной революцией, и как одна из могучих сил этого возрождения, так решает эту вечную тему Чингиз Айтматов.

Роман «Плаха» посвящен анализу кризиса нравственности, этой всеобщей беде человечества, расшатавшего собственные опоры существования.

Волчица Акбара, снова лишившаяся волчат, украденных из её логова Базарбаем, мучимая материнским инстинктом, крадёт маленького Кенджеша, ребёнка Бостона и Гулюхан. В погоне за волчицей Бостон стреляет и вместо волчицы убивает сына, После этого ему ничего не остается, как убить Базарбая, ставшего виновником всей трагедии.

Как видим, гибнут и правдоискатель Авдий, последовавший подобно своему великому предшественнику на плаху, гибнет и Бостон, хотевший спасти волчат, вернуть их волчице, но убивший сына, гибнет Акбара, гибнут прекрасные животные саванны – сайгаки. Не гибнет ли мир? – вот вопрос, который подготовлен всеми тремя трагическими главами – фресками, как бы развернувшими перед нами широкую и трагическую панораму всемирной истории человечества.

Роман «И дольше века длится день» выявила трагедию многочисленных народов, оказавшихся в бывшем Союзе на грани языковой, геохозяйственной, культурно-исторической катастрофы. Сопротивление манкуртизации стало для них вопросом неприходящей актуальности. Иначе говоря, сошедшая с айтматовских уст горькая правда жизни, пусть изложенная техникой художественного вымысла, встряхнула и вызволила нации и народности из наркотического опьянения. И в наши дни, проблема манкуртизма в своем модернизированном и выросшем до государственного уровня, согласитесь, существует.

Следует подчеркнуть, что все вышеназванные произведения посвящены кризису нравственности, этой всеобщей беде человечества, расшатавшегося собственные опоры существования.

Литература

  1. Чингиз Айтматов.Полное собрание сочинений в 8-ми томах. – Т.3. – Алматы, 2008.
  2. Бочаров А.Г. Современная русская советская литература.– В 2-х частях. – Часть 2. – Москва: Просвещение, 1987.
  3. 3 Шошин В.А. Литература народов СССР. – Москва: Просвещение, 1982.
  4. Андреев Ю.А. Советская литература.– Москва: Просвещение, 1988.
  5. 5 Анненский Л. Скачка кентавра // Дружба народов. – 1986. – № 12.

Конспект урока “Я буду рисовать Джамилю и Данияра (Ч.Т. Айтматов. Повесть «Джамиля». Образы главных героев.)”, 9 класс
план-конспект урока по литературе (9 класс) на тему

Открытый урок “Я буду рисовать Джамилю и Данияра (Ч.Т. Айтматов. Повесть «Джамиля». Образы главных героев.)”, 9 класс”

(Ч.Т. Айтматов. Повесть «Джамиля». Образы главных героев.)

Тип урока: урок –мастерская

Урок был проведён в рамках муниципального Фестиваля открытых уроков “Молодые – молодым”.

Скачать:

ВложениеРазмер
konspekt_uroka_aytmatov_s_tselyami.docx35.33 КБ

Предварительный просмотр:

Я буду рисовать Джамилю и Данияра

(Ч.Т. Айтматов. Повесть «Джамиля». Образы главных героев.)

Тип урока : урок –мастерская

Материалы : листы заданиями по вариантам и цитатами из текста повести, презентация.

Образовательная: познакомить учащихся с повестью Ч.Айтматова «Джамиля»; формировать знания определенных понятий (антропонимика, архетип, лейтмотив); показать нетрадиционные эффективные способы и методы анализа текста.

Развивающая: способствовать совершенствованию умений и навыков словесного рисования при анализе образов; умений и навыков анализа семантики отдельных (ключевых) слов, умений применять теоретические знаний из теории архетипов, антропонимики, культуры России и Киргизии на практике; развивать ассоциативное мышления, творческие способности учащихся.

Воспитательная: способствовать формированию интереса учащихся к другой стране, другой культуре (Киргизии); ориентировать на толерантность в восприятии обычаев других народов; развивать умение слушать и слышать друг друга, учить уважать, понимать и принимать мнения других людей.

– Здравствуйте, садитесь. Сегодня на уроке мы знакомимся с произведением киргизского, русского, мирового писателя – Чингиза Айматова.

2 . Актуализация необходимых чувств, создание фона для дальнейшей работы:

– И начнем мы наш урок с прослушивания киргизской колыбельной. Смотрим на меняющиеся слайды с видами Киригзии, кто хочет глазки можно закрыть. (презентация)

– Вспоминаем, думаем, мечтаем.

– Кто готов поделиться увиденным с закрытыми глазами? Своими мыслями, мечтами? О чём вам думалось?

(создается фон для дальнейшей работы – атмосфера доверия, откровенности)

– Кто поёт колыбельную? Кому? Какие чувства испытывает мать к ребёнку? (любовь, нежность, доверии, теплоту, заботу и т.д.)

– Да, мы будем говорить о любви, о нежности. И будем рисовать. Словом.

– Как думаете кого? ( Джамилю и Данияра )

Я БУДУ РИСОВАТЬ ДЖАМИЛЮ и ДАНИЯРА – на доску на цветной бумаге на магнитной ленте.

– Обратимся к цитате, которая у каждого из вас есть на листочках (перед каждым учащимся листочек с необходимыми для урока цитатами из текста и заданиями по вариантам)

Ученик (мальчик) читает цитату:

– Я буду рисовать Джамилю и Данияра. Я зажмурил глаза и очень точно представил себе Данияра и Джамилю такими, какими я их изображу. Казалось, бери кисть и краски и рисуй.

(эта цитата из текста пойдет лейтмотивом через весь урок)

4. Работа по вариантам:

– Не секрет, это давно известно, что имя человека несёт в себе гораздо больше информации, большую нагрузку, чем кажется, выполняет не только назывную фунцию. Значение имени часто таит в себе информацию о его обладателе, оказывает влияние на его судьбу.

Занимается этим наука антропонимика (на доску на тонированной бумаге на магнитах) . Это наука, изучающая собственные имена людей.

– Знаете ли вы, что означает ваше имя? ( ответы, примеры: Андрей – мужественный, отважный, Сергей (с римского) – высокий, высокочтимый, Николай – победитель народов, Даниил – мой судьбы Бог (Бог мне судья), Валерия (с лат.)– крепкая, здоровая, бодрая, Ангелина – благая вестница, Кристина (с латинского) – посвященная Христу, христианка

4.1. Объяснение задания:

1 вариант девочки :

-Опишите девушку, имя которой в переводе с арабского означает «красивая», «красавица», «прекрасная» (Словарь личных имен), которая заряжает энергией, обаятельна, но нуждающаяся в поддержке. Какая она?

(Это Джамиля , но дети об этом не знают)

2 вариант девочки:

– Ваша задача описать девушку, чье имя восходит к мужскому имени, что с арабского означает «раб аллаха». Какая она? Оказывает ли влияние на ее жизнь то, что имя производное от мужского?

(Это Джамалтай (как называл Джамилю Данияр), но дети об этом не знают)

Мальчики 1 вариант:

– Это мужчина, имя его в переводе с тюркского значит – с тюрксого «дар солнца», «обладатель знаний». Каким он мог бы быть? Внешность, привычки, характер?

(Это Данияр, но дети об этом не знают)

Мальчики 2 вариант:

– значение имени этого мужчины в переводе с арабского «истинный», а также «верный, преданный, искренний, чистосердеченый». Как вы себе его представляете?

(Это Садык, но дети об этом не знают)

4.2. Работа с женскими образами, словесное рисование:

– Делимся словесными портретами, пытаемся НАРИСОВАТЬ образ.

1 вариант (примеры ответов): нежная, доверчивая, нуждающаяся в заботе, очень красивая, длинные волосы, светлые глаза, возможно, работает в сфере медицины, оказывает помощь людям, животным, и сама нуждается в помощи.

2 вариант: сильная, гордая, самодостаточная, уверенная в себе, вероятно, одинокая, карьеристка, красивая, стройная, не нуждается в защите, но доверчивая.

5. Фронтальная работа с классом:

– У нас получились два противоположных женских образа.

– Совсем разные девушки, так? (соглашаются)

– Открою секрет – девочки 1 и 2 варианта описывали одну и туже девушку – Джамилю .

Джамалтай её называл Данияр.

– Обратимся к тексту (среди прочих цитат на листочках у каждого учащегося)

– О чём может говорить наличие в человеке, в женщине двух противоположностях, сочетание мужских и женских качеств?

5.1 Актуализация знании из теории архетипов :

– Помните, на прошлом уроке мы говорили о женских архетипах? (женщина-мадонна, женщина-вакханка)

– В чём разница между ними? Кто такая женщина-мадонна? Женщина-вакханка? В Джамиле они оба имеют место быть.

– Но! Давайте разберемся, откуда взялось это противоречие? Какова истинная природа Джамили?

6. Фронатльная работа с классом, работа с текстом:

(фрагменты текста есть на распечатках)

1) «Джамиля с детства гоняла с отцом табуны, — она у него была одна, и за дочь и за сына, — но в характере у нее проявлялись какие-то мужские черты, что-то резкое, а порой даже грубоватое. И работала Джамиля напористо, с мужской хваткой. С соседками ладить умела, но если ее понапрасну задевали, никому не уступала в ругани, и бывали случаи, что и за волосы кое-кого таскала».

– Откуда появились у Джамилия мужские черты? (из детства, когда гоняла с отцом табуны и была у него за сына и за дочь)

2) «Мать (свекровь, байбиче) видела в Джамиле, в ее прямодушии и справедливости равного себе человека и втайне мечтала когда-нибудь поставить ее на свое место, сделать ее такой же властной хозяйкой, такой же байбиче, хранительницей семейного очага.

— Благодари аллаха, дочь моя, — поучала мать Джамилю, — ты пришла в крепкий, благословенный дом. Это твое счастье. Женское счастье — детей рожать да чтобы в доме достаток был. А у тебя, слава богу, останется все, что нажили мы, старики, — в могилу ведь с собой не возьмем. Только счастье — оно живет у того, кто честь и совесть свою бережет. Помни об этом, соблюдай себя. »

Параллельно с работой учащихся учитель на доску прикрепляет (тонированная бумага с магнитами на обратной стороне) в ДВА СТОЛБИКА:

– НА РОЗОВОЙ БУМАГЕ СЛОВА: «КРАСИВАЯ», «ДЖАМИЛЯ », «МАДОННА» «БЛАГОСЛОВЕННЫЙ ДОМ», «ДЕТЕЙ РОЖАТЬ»

– НА БЛЕДНО-ГОЛУБОЙ БУМАГЕ: «ВАКХАНКА», «ДЖАМАЛТАЙ»,«РЕЗКАЯ», «ГРУБАЯ», «ХВАТКА», «СНОРОВИСТАЯ»)

+ позже «РАБ АЛЛАХА»

– Какой женский архетип реализуется в данном случае? (женщина-мадонна) В чём счастье женщины, следуя этой логике? ( детей рожать да чтобы в доме достаток был)

– Можно ли говорить о том, что Джамиля сама этого желает?

– Чьё это желание? Кто Джамиле навязывает эту женскую позицию? (байбиче – свекровь)

– Женский образ свекрови, байбиче к какому женского архетипу можно отнести? (женщина-мадонна)

– Для киргизского народа, какой вариант женского архетипа будет являться традиционным, приемлемым?

– Какой можем сделать вывод?

Изначально, с детства для Джамили характерны мужские черты, «что-то резкое, порой грубоватое».

– Но, вспомним, что хотела, о чем мечтала девушка из ваших словесных портретов со значением имени «красивая» и нуждающаяся в поддержке? (сильного мужчину рядом, любви, опоры) .

– Опять возникает противоречие: не увязывается образ, созданный по имени с образом Джамили сюжетной.

– Вспомним, кто называет Джамилю Джамалтай? (Данияр)

– А кто ОНА для НЕГО? ( любимая, родная, он её понимает как никто другой и это взаимно)

– Имя Джамалтай, несмотря на то, что восходит к мужскому имени и реализует как раз ту «мужскую» сторону Джамили, в переводе с арабского, мы помним, означает «раб аллаха».

– А раб это…? (человек покорный, готовый служить, человек переступивший через своб гордость)

(+ НА ДОСКУ ДОБАВИТЬ «РАБ АЛЛАХА» на РОЗОВОЙ БУМАГЕ и СТОЛБИКИ СМЕШАТЬ, СДЕЛАТЬ ОДИН), чтобы продемонстрировать как в одном образе умещаются противоположности.

7. Работа с мужскими образами, словесное рисование.

– Вновь обратимся к цитате, с которой начали урок:

– Я буду рисовать Джамилю и Данияра. Я зажмурил глаза и очень точно представил себе Данияра и Джамилю такими, какими я их изображу. Казалось, бери кисть и краски и рисуй.

– Мы почти нарисовали ДЖАМИЛЮ, будем рисовать мужской образ…

– Мальчики 2 вариант, которые создавали портрет мужчины, чье имя в переводе с арабского означает «истинный», а также «верный, преданный, искренний, чистосердеченый». Какой он?

(слушаем варианты словесных портретов: крепкий, широкоплечий, невысокий, добрый, готовый помогать и т.д.)

– Догадываетесь ли вы, какого героя из повести Айтматова «Джамиля» описали сейчас? (варианты Данияр, кичине бала, Садык и др., вероятнее всего Данияр)

– Почему Данияр? (он искренний, это можно проследить по его песням, по отношению с Джамилей)

– оставим его имя пока в тайне.

– мальчики 1 вариант, которые описывали мужчину, имя которого в переводе с тюркского значит – с тюрксого «дар солнца», «обладатель знаний». Какой он? Кто он?

(слушаем варианты словесных портретов: уверенный в себе, возможно он учитель или коуч, он загадочный, таинственный, красивый, высокий и т.д.)

Вероятно, тоже Данияр, следуя логики разбора имени Джамиля.

– Почему Данияр? (он знает некую истину, знает многое о земле родной, о войне, о людях и т.д.)

– Итак, это действительно так: последний мужской образ это Данияр – мужчина имя которого переводится как «дар солнца», а вот предыдущий образ – это Садык . Законный муж Джамили. Тот самый, который в самом конце письма с фронта «вроде бы второпях, Садык приписывал: «А также шлю привет моей жене Джамиле…»

– Как реализуется в этом образе семантика имени «истинный», а также «верный, преданный, искренний, чистосердеченый».

– обратимся к тексту:

Вот то-то и оно. А чем Садык не муж, чем не хозяин? Первый джигит в аиле!

— Изменник! — крикнул мне в лицо Садык. (крикнул кичине-бала, когда увидео его рисунок с изображением Джамили и Данияра)

Писать письма на имя жены просто неудобно, даже неприлично. Так считает не только Садык, но и каждый уважающий себя мужчина. Да тут и толковать нечего, так уж было заведено в аиле, и это не только не подлежало обсуждению.

-Итак, как реализуется значение имени «Истинный»? (в контексте повести значит «настоящий», «законный» муж Джамили»)

– Верный и преданный? Кому или чему верен Садык?

( «преданный» и «верный» традициям своего народа, киргиз, джигит, это, в том числе, следует из его письма родным)

– Вернемся к Данияру. Его имя переводится как «дар солнца» и «обладатель знаний».

– Сейчас я прошу вас написать свои ассоциации со слово «солнце»

– Ассоциации со словосочетанием «дар солнца»

НА ДОСКЕ СТОЛБИК рядом со столбиком Джамили НА Т.СИНЕЙ БУМАГЕ : ДАНИЯР, «ДАР СОЛНЦА», «ОБЛАДАТЕЛЬ ЗНАНИЙ», «МУДРЫЙ», «ДОБРЫЙ», «ВЛАСТНЫЙ», + позже «АЛЛАХ)

– Ассоциации со словом «солнце»? (варианты, которые звучали: свет, тепло, предводитель, непостижимое, бог) . «Дар солнца»? (варианты : тепло, пища, жизнь)

– Киргизы в большинстве своём представители какой конфессии? (мусульмане)

– Мусульмане называют как называют Бога? (аллах)

НА ДОСКУ В СТОЛБИК к «Данияру» – «АЛЛАХ»

– Смотрим на доску (на столбик в Джамилей) – «раб аллаха». Одно из значений имени Джамалтай, имени, которым называл Джамилю Данияр – это «раб аллаха».

– Какую видите связь между эти двумя образами: Джамиля и Данияр? Пока на уровне семантики имён. (Он – Бог, аллах. Она – раб аллаха. Они идеально подходят друг другу. Возможно, они предназначены друг друга судьбой, на небесах)

– И снова обратимся к нашей повторяющейся лейтмотивом цитате (мальчик):

– Я буду рисовать Джамилю и Данияра. Я зажмурил глаза и очень точно представил себе Данияра и Джамилю такими, какими я их изображу. Казалось, бери кисть и краски и рисуй.

НА ДОСКУ: ЦВЕТНЫЕ ПОРТРЕТЫ ДЖАМИЛИ из фильма Ирины Поплавской «Джамиля» (1969 год).

8. Рефлексия с выводами (в рамках урока-мастерской):

– Мальчик, кичине-бала нарисовал свою «джене» – Джамилю. Это мы узнаем из текста повести и из фильма Ирины Поплавской «Джамиля» (1969 год).

НА ДОСКЕ: ЦВЕТНЫЕ ПОРТРЕТЫ ДЖАМИЛИ ИЗ ФИЛЬМА

– Нарисовал он и ту картину, «о которой давно мечтал. Нетрудно догадаться, что на этой картине изображены Данияр и Джамиля. Они идут по осенней степной дороге. Перед ними широкая светлая даль» и…?

– эта цитата есть у вас на листочках – она последняя. Завершающая.

– Дорисуем эту картину. Какие они НАШИ Джамилия и Данияр? Что окружает их? Какие краски, цвета? Как они идут? Держатся за руки? Разговаривают? О чём? Поёт ли Данияр? О чём его песня?

НА ФОНЕ – киргизская колыбельная, которая звучала в начале урока.

(слушаем ответы, среди вариантов: они идут вместе, плечом к плечу, лицом к нам, мы видим, что Дамиля улыбается, Данияр что-то нежно говорит ей; они шли вместе, но вдруг Джамиля в свойственной ей манере, вдруг побежала в сторну, по лугу, Данияр догоняет ее, они свободны, они бегут и смеются; они идут спиной к нам, вдаль по дороге, держатся за руки; краски еленые, желтые, голубое небо; цвета приглушенные и т.д.)

Сегодня на уроке мы с помощью словесного рисования создали свои картины: портреты Джамили и Данияра по отдельности и вместе (пейзаж с двумя фигурами как у Ренуара?) . Картины наши получились объемными, глубокими, многоцветными, с использованием разных материалов, красок, текстур. Такими, какими создал своих героев в повести «Джамиля» Чингиз Айтматов и такими, какими увидели и воссоздали мы.

«Джамиля» – рождение любви из музыки

Первоначально повесть «Джамиля» Чингиза Айтматова называлась «Обон», то есть «Мелодия». Действительно, музыка в ней – главный смыслобразующий элемент.

Перефразируя Ницше, назвавшего свою книгу «Рождение трагедии из духа музыки», о повести Айтматова можно сказать как о рождении любви из музыки. А сам кыргызский писатель был редким даже среди людей, приверженных духом и душой именно к музыке, звуку, полифонии, контрапункту.

В повести и Джамиля, и Сейит влюбляются в угрюмого, нелюдимого Данияра – ведь он так прекрасно поет! Поет о земле, о родине, о красоте. Но песня Данияра ими воспринимается как голос его внутреннего мира, манифестация его личностных качеств, как сигнал вовне. И этот сигнал с большой готовностью воспринимается обоими. Вместе с тем Айтматов организует структуру повести так, что читатель почти ничего не знает, что думает о Джамиле Данияр, а она о нем. Мы наблюдаем за происходящим с одной только точки зрения, видим все глазами Сейита, которому отведена роль некоего хора в древнегреческой трагедии, если использовать понятия театральной эстетики. В этой связи вспоминается тонкое наблюдение того же Ницше, полагавшего, что именно хор, то есть музыка, «равная по своей силе самому Гераклу», служит основным способом выражения авторской мысли в античном греческом театре.

Тут мне хочется поразмыслить о том, что значила музыка вообще для Айтматова. А значила она очень многое, хотя по моим личным наблюдениям, писатель не казался никак меломаном, рыдающим над хроматизмами Листа и Шуберта или Патетической симфонии Чайковского. Вообще, я поостерегся бы называть его знатоком музыкальной классики. Так сложилось его детство, так сложилась его жизнь. Но музыка проникала в его душу весьма своеобразным способом: он улавливал ее глубинную суть как бы с лёту, ухватывая из ее тонко организованной структуры именно то, что было нужно ему.

Мне кажется, что само литературное мышление Айтматова было организовано очень музыкально, почти по закону контрапункта. Вместе с тем, назвать это мышление сонатным, например, было бы явным упрощением, хотя кто осмелится заявить, что «Аппассионата» Бетховена или его же «Буря» – это простые по структуре произведения?

В текстах Айтматова, как в контрапункте, действуют несколько героев, чьи жизненные интересы или позиции (голоса) и поведенческие модели изначально разнонаправленны, потому и конфликтогенны. Но они обычно связаны друг с другом так плотно, а пространственно–временные пласты накладываются один на другой так, что образуют взаимодополняющее торжество разных элементов – голосов. Поэтому айтматовские романы ­­– это настоящие симфонии, и абсолютно прав был выдающийся кыргызский эстет Азиз Салиев, определивший природу таланта Айтматова как «бетховенскую».

А выдающийся русский критик Юрий Суровцев назвал композицию романа «И дольше века длится день» как контрапунктическую (контрапункт —одновременное сочетание двух или более самостоятельных мелодических голосов в музыке). Неслучайно поэтому, что по айтматовским текстам написаны и балеты. Например, балет «Асель» Владимира Власова поставлен в Большом театре в Москве еще в 70-е годы, Калый Молдобасанов написал балет-ораторию «Материнское поле», на языке музыки прозвучали и «Белый пароход», и Легенда о Манкурте и т. д.

В публицистическом наследии Айтматова есть несколько интересных материалов о музыкантах. Например, он оставил очень трогательный портрет–воспоминание о великом Дмитрии Шостаковиче, который очень любил повести кыргызского прозаика. Есть заметка о Стравинском, который, как писал Чингиз Торекулович, всегда интересовался и профессионально увлекался простыми по форме, но глубокими по содержанию народными мелодиями.

Помню как мы, кыргызская официальная делегация, в составе которой был и Чингиз Торекулович, посетили Стокгольмскую оперу во время государственного визита в Швецию и слушали бессмертную «Кармен». Между прочим я заметил, что писателю эта классическая опера в новаторской постановке Януса Педерсена не очень понравилась. Мне кажется, опера не была его страстью, балет, возможно, был ему ближе.

Но вернемся к «Джамиле», в которой Айтматов принес много дани именно музыке. В повести юный Сейит станет свидетелем, невольным соглядатаем взаимоотношений угрюмого и молчаливого фронтовика Данияра и веселой и жизнерадостной снохи, к которой он испытывает еще по-детски нежные чувства. А после побега возлюбленных он впадает в безотчетную тоску, чувствует невероятное опустошение. Что-то надо предпринимать, чем-то заглушить эту тоску и насполнить эту душевную пропасть. И он решает воспеть эту историю двух людей, воспроизвести ее в красках, стать художником. Это с одной стороны.

С другой, юношу отделяет от Джамили невидимая стена близкородственных связей, и он вынужден балансировать на лезвии ножа, тонкой грани, испытывая приступы смутного влечения, ревности и стыда. Тонко чувствуя это обстоятельство писатель такие сложные душевные движения героя целомудренно оставляет без подробного описания – он отдает предпочтение исключительно поэтической символике, интуитивным ощущениям, создавая дискурс недосказанности и нераскрытого контекста, хотя в конце повести Сейит все-таки решается назвать уходящую с Данияром Джамилю «любимой». Фрейд назвал бы это состояние «перверзными душевными движениями», то есть страданиями, причиняемыми определенными физиологическими симптомами.

«Я впервые почувствовал тогда, – исповедуется лирический герой, – как проснулось во мне что-то новое, чего я еще не умел назвать, но это было что-то неодолимое, это была потребность выразить себя. Да, выразить, не только самому видеть и ощущать мир, но и донести до других свое видение, свои думы и ощущения, рассказать людям о красоте нашей земли так же вдохновенно, как умел это делать Данияр. Я замирал от безотчетного страха и радости перед чем-то неизвестным. Но я тогда еще не понимал, что мне нужно взять в руки кисть.

…Мной овладело то самое непонятное волнение, которое всегда приходило с песнями Данияра. И вдруг мне стало ясно, чего я хочу. Я хочу нарисовать их». [1

И Айтматов нарисовал. Нарисовал свою Мону Лизу. Все это у него зародилось из духа музыки.

Нельзя сказать, что в повести описана какая-то совершенно исключительная жизненная ситуация, что уход женщины от нелюбимого мужа среди кыргызов является чем-то из ряда вон. Все было и есть. Но жизнь Джамили – это драма, а точнее, трагедия сильной, наделенной богатым душевным и физическим здоровьем женщины, только-только начинающей осознавать суть человеческого бытия и вкус жизни.

Всемирно известный русский литературовед Виктор Шкловский в своей книге «Художественная проза. Размышления и разборы», говоря о жизни толстовских героинь, тонко замечал: «В Анне Карениной нет ничего необыкновенного, но она одарена всем как бы чрезмерно; она – человек в его полной сущности, и именно это делает ее любовь трагической. Кроме полноты жизненности Анна ни в чем не виновата.

Наташа Ростова тоже охарактеризована тем, что ей дано слишком много, это должно ей принести несчастье.

Анна Каренина обыкновенна, воспитана, в ней нет ничего уклоняющегося от обычного, но она настолько сильна, что сламывает это обычное; ее несчастье типично, как трагедия полноценности».

Смею утверждать, что это наблюдение верно и по отношению к Джамиле, но с одним важным дополнением: этот образ далеко не такой одномерный, как кажется, он имеет минимум еще один дополнительный ракурс для более полного рассмотрения. Джамиля – вовсе не светская дама, следящая за каждым своим движением и скованная строгими правилами светской жизни, а женщина, воспитанная в духе кыргызского традиционного эпикурейства. С другой стороны, у нее есть одно важное преимущество – природный слух к слову, музыке, услышанной в невероятном контексте – на фоне величественных гор и степей.

В этом смысле можно только сожалеть, что никто еще не пробовал послушать, например, «Серенаду Хаффнера» Моцарта или 5-ю симфонию Малера под звездами и в окружении гор Тянь-Шаня. Правда, есть один уникальный пример, но в кинематографе: в фильме Стэнли Кубрика «Космическая одиссея 2001» классический вальс Иоганна Штрауса звучит на фоне бесконечного космоса и мириад звезд. И звучит божественно. «Так сказал Заратустра» Рихарда Штрауса тоже раздается на фоне какого-то лунного ландшафта и циклопических каменных глыб. Ощущение поистине невероятное.

Итак, можно сказать, что музыка способна переломить судьбу и подтолкнуть человека к реальному действию в жизни? Айтматов говорит, что может. А если кто-то осмеливаются на какой-либо жизненный шаг или поступок из-за музыки или не в последнюю очередь из-за нее, то он, надо полагать, поистине является сверхчеловеком – высочайшего духа и подлинной свободы.

«Любовь включает в себя все, что дано природой, звездами, Космосом. Любовь — это симфония, точнее, мировая симфония”.

Джамиля

Чингиз Айтматов

Форма:повесть
Оригинальное название:Жамийла
Первая публикация:1957
Перевод:А. Дмитриева

Повесть о молодой киргизской женщине, которая наперекор отжившим патриархальным обычаям и вековым традициям смело идет навстречу любви. В ее манере держаться в доме мужа, которого она не любила, было что-то такое, что при всей ее скромности отличало ее от сверстниц и родственниц. В скромном, работящем Данияре, вернувшемся с фронта по инвалидности, Джамиля нашла друга, способного понять ее, человека, достойного большой любви.

Лучшая рецензия на книгу

Повесть – на полсотни страниц, а темы автор поднимает серьёзные, обширные, жизненные.
В первую очередь тема любви и внутреннего изменения двух главных героев (здесь любовь получилась действительно за душу берущая, чистая, романтическая, щемящая сердце, ненавистная соседям, родне и прочей общественности аула). Это все мы наблюдаем глазами мальчика Сеита, который под воздействием увиденного открывает в себе художественные задатки, преображается и его внутренне. Так, тему творчества Айтматов не прошёл мимо. И война, дошедшая до глухого горного аула: тут писатель показал и джигитов самовлюблённых, оставшихся в ауле, и женщин, работающих физически не хуже мужчин на благо армии, и пришедших раненых, для которых воспоминания о войне страшнее смерти.
Повесть очень понравилась. Особенно те моменты, когда Данияр пел, когда Джамиля признавалась ему в своих чувствах, когда вместе они уходили из аула и когда Сеит описывает картину. Очень тонко сумел передать автор эти особенные моменты повествования, поэтично. А больше всего хотелось бы знать,как сложилась их дальнейшая судьба.

Повесть – на полсотни страниц, а темы автор поднимает серьёзные, обширные, жизненные.
В первую очередь тема любви и внутреннего изменения двух главных героев (здесь любовь получилась действительно за душу берущая, чистая, романтическая, щемящая сердце, ненавистная соседям, родне и прочей общественности аула). Это все мы наблюдаем глазами мальчика Сеита, который под воздействием увиденного открывает в себе художественные задатки, преображается и его внутренне. Так, тему творчества Айтматов не прошёл мимо. И война, дошедшая до глухого горного аула: тут писатель показал и джигитов самовлюблённых, оставшихся в ауле, и женщин, работающих физически не хуже мужчин на благо армии, и пришедших раненых, для которых воспоминания о войне страшнее смерти.
Повесть очень понравилась. Особенно те… Развернуть

Кураторы

Поделитесь своим мнением об этой книге, напишите рецензию!

Рецензии читателей

Муж ушёл на войну, а молодая жена полюбила другого односельчанина и сбежала с ним.

Трогательная история о любви двух молодых людей во время войны. Широкие киргизские степи в рассказе описаны настолько ярко, что захотелось побывать там. Особенно после рассказов мальчика о песнях Данияра. И что бы ни говорили про Джамилю, я рада. Рада тому, что она послушала свое сердце и ушла из аила. Думаю, эти двое найдут свое счастье рядом друг с другом.

Я не люблю книги о любви. Они слишком сладкие и обязательно с хэппи-эндом. Вообще не мое. Эта история не стала исключением – не зацепила. Тем более любовь любовью, но иногда нужно думать головой и что ждет Джамилю в жизни после хэппи-энда к сожалению не написали.

Действительно, поэзия в прозе! Повесть получилась настоящей, живой. Всем героям веришь безоговорчно, так инкрустированно тонко прописаны их характеры и настроения.
И всё-таки остался у меня некий осадочек от сюжета. Не обойтись без спойлеров, извините.

Удивительно “вкусный” язык Чингиза Торекуловича преподносит маленькие сюрпризы. Я нашёл для себя несколько совсем новых слов, которых не знал до этого.
Повесть совсем небольшая, а радость от прочтения колоссальная! Это настоящая литература!

Действительно, поэзия в прозе! Повесть получилась настоящей, живой. Всем героям веришь безоговорчно, так инкрустированно тонко прописаны их характеры и настроения.
И всё-таки остался у меня некий осадочек от сюжета. Не обойтись без спойлеров, извините.

Удивительно “вкусный” язык Чингиза Торекуловича преподносит маленькие сюрпризы. Я нашёл для себя несколько совсем новых слов, которых не знал до этого.
Повесть совсем небольшая, а радость от прочтения колоссальная! Это настоящая литература! Развернуть

Очень поэтичная и трогательная повесть.
Джамиля, красавица и хохотушка, работящая и сильная, о такой невестке только мечтать. Жалко муж ей попался сухарь сухарем, а таких красавиц, как Джамиля беречь надо, ходить надо, любить надо, а не упоминать как бы невзначай в конце письма.
Ну вот так и получилось, что увел Джамилю хромоногий калека. А разве ж ей внешняя красота нужна была? Любовь ей нужна была, ласка и внимание, это же просто как дважды два. И не за что здесь бабу осуждать, совсем не за что. Счастья ей пожелать, простого женского счастья.

Какая же трогательная, лиричная, добрая и душевная повесть «Джамиля».
Искренний, живой, чарующий язык повествования в сочетании с напряженным драматизмом в описании характеров героев и ситуаций. Книга написана очень красиво, в ней много интересных фактов о жизни и обычаях киргизского народа, о любви, смелости, взрослении, свободе и мечте!
Это было моё первое знакомство с творчеством Чингиза Айтматова, и это тот случай, когда я хочу прочитать все его книги.

Помню как в школе читали отрывок из романа “Плаха” Чингиза Айтматова и как поразил меня живой язык автора и несправедливость того, что классику 18-19 века мы изучаем не по одному месяцу, а на современных писателей, которые ближе к нам, выделяют хорошо, если один урок литературы. И как хорошо, что в игре ТТТ мне посоветовали прочесть повесть “Джамиля” на что я с удовольствием сразу и согласилась.
Великолепное описание казахского быта, люблю произведения из которых можно почерпнуть что-то новое.
Повесть о выборе молодой женщины Джамили между патриархальными устоями и настоящей любовью. Стоит ли единожды сделав ошибку, приняв не верное решение, выйдя замуж без любви, расплачиваться за нее всю жизнь и продолжать жить как соседи? Ради чего тогда мы живем? Для того ли, чтобы тянуть лямку супружеского или любого другого долга или для того, чтобы быть счастливыми и нести свою любовь и радость в этот мир и постараться сделать счастливым того, кто действительно этого хочет и нуждается в тебе, как и ты в нем. Такие вопросы ставит перед нами автор. А Джамиля делает свой выбор, уходя из деревни тайком с любимым, и остается не понятой своим окружением (ее даже пытались найти и вернуть насильно), никем кроме «кичине бала» – младшим братом своего мужа. На глазах этого мальчика, по имени Сеит, зарождается история любви и он понимает почему она не могла поступить иначе. И как истинный художник подмечает момент и отражает его сначала в своих зарисовках, а позже уже и в своей картине, бережно хранимой им долгие годы.

Прочитана в рамках игры ТТТ Объем не более 100 страниц (любой жанр, любая форма), спасибо за рекомендацию Wandy

Помню как в школе читали отрывок из романа “Плаха” Чингиза Айтматова и как поразил меня живой язык автора и несправедливость того, что классику 18-19 века мы изучаем не по одному месяцу, а на современных писателей, которые ближе к нам, выделяют хорошо, если один урок литературы. И как хорошо, что в игре ТТТ мне посоветовали прочесть повесть “Джамиля” на что я с удовольствием сразу и согласилась.
Великолепное описание казахского быта, люблю произведения из которых можно почерпнуть что-то новое.
Повесть о выборе молодой женщины Джамили между патриархальными устоями и настоящей любовью. Стоит ли единожды сделав ошибку, приняв не верное решение, выйдя замуж без любви, расплачиваться за нее всю жизнь и продолжать жить как соседи? Ради чего тогда мы живем? Для того ли, чтобы тянуть лямку… Развернуть

Литературный обзор творчества Айтматова

Чингиз Айтматов (род. в 1928 г.) – одна из самых замечательных фигур современной советской литературы. Это писатель глубоко национальный, но с первых же шагов в литературе он стал известен во всем Союзе. В качестве одного из видных советских писателей он широко популярен за рубежом. Последние годы он часто выступает там с лекциями, интервью, на различных форумах.

Однако прежде чем к Айтматову пришел успех, он много и напряженно работал: искал свои темы, своих героев, свою собственную манеру повествования. С самого начала его произведения отличали особый драматизм, сложная проблематика, неоднозначное решение проблем. Таковы ранние повести: “Джамиля” (1957), “Тополек мой в красной косынке” (1961), “Первый учитель” (1963). На последней повести остановимся чуть подробнее. Сам автор говорил: “. в “Первом учителе” я хотел утвердить наше понимание положительного героя в литературе. Я постарался взглянуть на этот образ нашими, современными глазами, я хотел напомнить теперешней молодежи о ее бессмертных отцах”.

Образ учителя, изо всех сил стремящегося оторвать детей своих односельчан от невежества, до боли современен. Разве и сегодня жизнь учителей-сподвижников не направлена на то же? И разве не глубоко прав критик В. Панкин, что “уважать учителя – эта наука почему-то дается труднее других”.

Постепенно все шире и глубже становится охват жизни, писатель все больше стремится проникнуть в ее тайны, в суть острейших вопросов современности. При этом проза Айтматова становится более философской; противоречия, коллизии достигают очень большой силы. Усложняются способы повествования. Часто неразрывно сливаются размышления, внутренние монологи героя с авторской речью. Усиливается роль фольклорных элементов, в рассказ вплетаются лирические песни ( “Прощай, Гульсары!”),

Предания, мифы, легенды (“Белый пароход”, “Пегий пес, бегущий краем моря”). От этого образы приобретают особое, символическое значение, углубляется философская направленность произведений.

Некоторые критики выделяют три периода в творческом развитии Ч. Айтматова. “Джамиля”, “Верблюжий глаз”, “Тополек мой в красной косынке”, “Первый учитель”- произведения первого этапа. Второй образуют повести “Материнское поле” (1963 г.) и

“Прощай, Гульсары!” (1966г.). Третий же начинается с “Белого парохода” ( 1970 г.). Это также “Ранние журавли”, “Пегий пес, бегущий краем моря” и роман “Буранный полустанок”. “Личность и Жизнь, Народ и История, Совесть и Бытие – вот проблемные пары трех означенных ступеней восхождения Айтматова ко все более глубинным сутям”,- пишет исследователь творчества писателя Г. Грачев.

Не просто отдельные люди с их чувствами и думами, а Человек вообще становится в центре внимания писателя. Он стремится постигать законы бытия, смысл жизни. Так, нет конкретных примет времени, индивидуальности характеров в философской повести

“Пегий пес, бегущий краем моря”. Смысл ее в думах старика Органа: “. перед лицом бесконечности простора человек в лодке ничто. Но человек мыслит и тем восходит к величию Моря и Неба, и тем утверждает себя перед вечными стихиями, и тем он соизмерен глубине и высоте миров”. Всем своим содержанием эта повесть является подходом к роману “Буранный полустанок” ( другое название “И дольше века длится день” ). Главное в романе – это принципиально новое осмысление времени и пространства, это весь мир наш с раздирающими его противоречиями, мир на грани катастрофы. Произведение глубоко философично и художественно. Не могут не нравиться и люди труда, вечные труженики, которых с такой любовью изобразил автор.

Критик делил творчество писателя на три периода в 1982 году. Но, кажется, перестройка явилась возможностью для еще более высокого подъема мастерства писателя. С ее началом выходит в свет “Плаха”. Эта книга об отношениях Человека и Природы, о поисках смысла жизни, и о назначении религии в ее лучших проявлениях для нас, и о беде нашего времени – наркомании, и многом другом. По охвату тем, многоплановости, философскому подходу и глубине символики это произведение превзошло все ранее написанное.

Всемирно известный писатель Чингиз Торекулович Айтматов не нуждается в том, чтобы его представляли читателям — миллионы его почитателей живут по всему миру. Если же это все же нужно — обращайтесь к его книгам.

Есть писатели, каждое произведение которых становится событием в культурной жизни страны, предметом горячих споров и глубоких раздумий. Творчество Чингиза Айтматова убедительное свидетельство тому.

Появление в 1958 году в журнале «Новый мир» повести «Джамиля», небольшой по объему, но значительной по содержанию, яркой по образному мышлению и мастерству исполнения, было сигналом о том, что из киргизских степей пришел в литературу человек удивительно самобытного таланта.

Чехов писал: «Что талантливо, то ново». Эти слова полностью можно отнести к повестям Ч. Айтматова «Джамиля», «Белый пароход», «Прощай, Гюльсары!», «Тополек в красной косынке» и другим. Только исключительно одаренная натура может сочетать в себе истинно фольклорное начало и новаторское восприятие современной жизни. Уже повесть «Джами-ля», спетая писателем свободно, на одном широком дыхании, стала явлением новаторским.

Джамиля — образ женщины, никем до Ч. Айтматова так не раскрытый в прозе восточных литератур. Она живой человек, рожденный самой землей Киргизии. До появления Дани-яра Джамиля жила как ручеек, скованный льдом. Ни свекрови, ни мужу Джамили Садыку в силу вековых традиций «большого и малого дворов» и в голову не приходит, что в весеннюю пору солнце может разбудить и этот невидимый взору ручеек. И он может заклокотать, забурлить, закипеть и ринуться на поиски выхода и, не найдя его, не остановится ни перед чем, устремится вперед к вольной жизни.

В повести «Джамиля» по-новому, тонко и с большим внутренним тактом Ч. Айтматов решает проблему столкновения нового со старым, патриархального и социалистического уклада в жизни, быту. Проблема эта сложная, и когда ее старались решить прямолинейно, то герои получались схематичными, отсутствовала психологическая убедительность. Ч. Айтматов счастливо избежал этого недостатка. Сеит, от имени которого ведется повествование, с почтением относится к своей матери — опоре семьи. Когда все мужчины «большого и малого дворов» уходят на фронт, мать требует от оставшихся «терпения вместе с народом». Она в своем понимании вещей опирается на большой жизненный опыт и эпические традиции. В ее адрес автор не бросает ни единого упрека. А патриархальные устои, косность, обывательщина, покрытая плесенью благополучия, подтекстно высвечиваются автором, и в конечном счете читателю становится ясно, что все это давит на личность, лишает ее красоты, свободы и силы. Любовь Данияра и Джамили не только обнажила нравственные и социальные корни этой обывательщины, но и показала пути победы над нею.

Любовь в повести выигрывает битву в борьбе с косностью. Как в этом произведении, так и в последующих Айтматов утверждает свободу личности и любви, потому что без них нет жизни.

Сила воздействия настоящего искусства на душу человека ярко раскрыта в судьбе юного Сеита. Обыкновенный аильский подросток, отличающийся от своих сверстников, может быть, чуть большей наблюдательностью и душевной тонкостью, под влиянием песен Данияра вдруг начинает прозревать. Любовь Данияра и Джамили окрыляет Сеита. После их ухода он все еще остается в аиле Куркуреу, но это уже не прежний подросток. Джамиля и Данияр стали для него нравственным воплощением поэзии и любви, свет их повел его в дорогу, он решительно заявил матери: «Я поеду учиться. Скажи отцу. Я хочу быть художником». Такова преобразующая сила любви и искусства. Это утверждает и отстаивает Ч. Айтматов в повести «Джамиля».

В самом начале 60-х годов одна за другой появились несколько повестей Айтматова, в том числе «Тополек в красной косынке», «Верблюжий глаз». Если судить по художественному исполнению, они относятся ко времени творческих поисков писателя. И в той и в другой повести есть остроконфликтные ситуации как в сфере производства, так и в личной жизни героев.

Герой повести «Тополек в красной косынке» Ильяс довольно поэтично воспринимает окружающий мир. Но в начале повести, где эта поэтичность выглядит естественным проявлением духовных возможностей человека, окрыленного любовью, он кажется менее убедительным, чем потом, когда он страдает, ищет свою потерянную любовь. И все же Ильяс — это резко очерченный мужской характер среди окружающих его людей. Байтемир, который сначала приютил Асель, а потом и женился на ней,— человек добрый и отзывчивый, но в нем есть некий эгоизм. Может быть, это оттого, что слишком долго он жил в одиночестве и теперь молча, но упорно держится за счастье, которое так неожиданно, словно Божий дар, переступило порог его холостяцкого жилья?

Критики упрекали автора «Тополька в красной косынке» в недостаточности психологического обоснования поступков героев. Невысказанная словами любовь двух молодых людей и их скоропалительная свадьба, казалось, брали под сомнение. В этом есть, конечно, доля правды, но надо учесть и то, что творческому принципу Ч. Айтматова, равно как и любовной традиции его народа, всегда чужда многословность любящих друг друга людей. Как раз через поступки, тонкие детали и показывает Айтматов единение любящих сердец. Объяснение в любви — это еще не сама любовь.

Ведь Данияр и Джамиля тоже поняли, что любят друг друга, без многословных объяснений.

В «Топольке в красной косынке» Асель среди колес десятка других автомашин узнает следы грузовика Ильяса. Здесь Айтматов фольклорную деталь использовал очень к месту и по-творчески. В этом краю, где происходит действие повести, девушке, тем более за два дня до свадьбы, среди бела дня не вый – ти на дорогу, чтоб ждать нелюбимого человека. Ильяса и Асель на дорогу привела любовь, и здесь слова излишни, так как поступки их психологически оправданы. И все же в повести чувствуется какая-то спешка автора, стремление поскорее соединить влюбленных, ему скорее надо перейти на что-то более важное. И вот уже Ильяс говорит: «Жили мы дружно, любили друг друга, а потом случилась у меня беда». И дальше — производственный конфликт и в конечном счете разрушение семьи. Почему? Потому что Ильяс «не туда повернул коня жизни». Да, Ильяс человек горячий и противоречивый, но читатель верит в то, что он не опустится, найдет в себе силы преодолеть смятение в душе и обретет счастье. Для того чтобы убедиться в этом логичном превращении Ильяса, читателям достаточно вспомнить внутренний монолог этого уже достаточно побитого судьбою молодого человека, когда он во второй раз видит белых лебедей над Иссык-Кулем: «Иссык-Куль, Иссык-Куль — песня моя недопетая! . зачем я вспомнил тот день, когда на этом месте, над самой водой, мы остановились вместе с Асель?»

Ч. Айтматов не изменяет своей манере: чтоб доказать глубину переживаний Ильяса и широту его души, он снова оставляет его наедине с озером.

Этой повестью замечательный писатель доказал себе и другим, что для любого сюжета, любой темы он находит самобытное айтматовское решение.

Рецензии на книгу «Джамиля» Чингиз Айтматов

Прекрасно! И этим всё сказано.
Маленькая повесть, но такая поэтичная, пронзительная, живая.
Повесть о настоящей любви. Той, из-за которой ничего не страшно и можно решиться на невозможное.
Это повесть о душевных порывах и богатом внутреннем мире.
Звучит вот как-то казенно, но это именно так.
Как хорошо, что пятнадцатилетний мальчишка увидел перед собой такой вот пример. И понял. И принял такой исход событий. Пожалуй, единственный из всей деревни.

В рамках игры “Открытая книга”.

А не спеть ли нам песню о любви

Чингиз Айтматов очень красиво пишет о людях, о природе, о труде.
А эта повесть – совсем не большая, но поэтичная, выразительная песня о любви.
Вроде бы сложно все, и подло немного, и трагично от части.
А ты закрываешь последнюю страницу и понимаешь, как приятно просто порадоваться за чьё-то счастье.
Пусть сложное, с муками совести, с лишениями. но как же не пойти за человеком, который поет душой о своей любви. Который, может быть как никто другой, заслужил быть “крылатым”.
Правильно ли поступили герои, трудно судить, очень жаль тех, кто остался.
Но прекрасная пара Джамили и Данияр забирают сердца читателей с собой.

В моей домашней библиотеке очень много хороших новых книг, в красивой обложке и на белой бумаге. Но иногда меня как магнитом тянет взять что-нибудь с полок со старыми советскими изданиями. И вот какую книгу я вытянула на этот раз: “Литература народов СССР” 1970-го года издания.

У меня уже проскальзывали мысли почитать что-нибудь из творчества Чингиза Айтматова, и то, что оказалось в этой книге определило мой выбор – первой из четырех повестей в книге оказалась “Джамиля”. Я вообще ничего не ожидала от этого произведения. Может быть сказалось предвзятое отношение: автор – советский киргиз. Не хочу обидеть авторов ближнего зарубежья, ключевое слово здесь все-таки “советский”. Но как же приятно, когда ничего хорошего не ждешь, а тут раз! совершенное гениальное произведение хватает тебя за самое сердце, за душу, и с этого момента автору веришь абсолютно. Мне уже все равно, пусть действие произведений Айтматова разворачивается в советской Киргизии, и пусть там присутствует идеология, не важно. Главное, автор абсолютно честен, он оголяет душу, открывает новые стороны бытия. “Джамиля” зацепила за живое меня лично, как будто автор рассказывал свою историю мне, и я, непонятно почему, растрогалась до слез. Мне вдруг, всего от одной небольшой повести, стала понятна эта “степная” любовь к своей земле, к людям. Слушая (именно слушая, а не читая) песню Данияра, я побывала в неведомой стране и умудрилась полюбить ее. Я оказалась свидетелем обретения и потери рано повзрослевшим мальчиком двух самых близких ему людей. Это книга о счастье большом и маленьком, о детстве и о том, когда оно заканчивается, о бесконечной степи, о красоте, о выборе. И не забываем, что время действия книги Великая Отечественная война, хотя и без военных действий.

“Джамиля” попадает в список моих самых любимых книг, а с произведениями Айтматова буду знакомиться дальше. Похоже я нашла очередного “своего автора” там, где и не думала найти.

Прекрасная маленькая повесть, трогательная и бесконечно красивая. Несмотря на совсем небольшой объем, она содержит в себе очень многое: красоту родной земли, войну, семейные узы, тоску живого сердца, уроки жизни и непростой выбор. И, конечно, любовь, во всех ее проявлениях: к женщине, к детям, к природе, к родным местам и даже такую, которая объединяет все это разом и так и рвется наружу, выражаясь то в сильной и берущей за душу песне, то в простой, но приковывающей взгляд картине. И написано все это замечательным языком, так что просто невозможно не наслаждаться каждой строчкой.

С Чингизом Айтматовым я хотела познакомиться давным-давно, да все как-то не выходило. И вот сейчас наступил тот самый момент, чему я очень рада. Знакомство получилось более чем удачным и, конечно же, я обязательно его продолжу. И начать мне почему-то хотелось именно с “Джамили”, несмотря на то, что мне иногда говорили, что это не самый удачный выбор (до сих пор недоумеваю, почему).

“Джамиля” – как повесть, так и героиня, чьим именем она названа – это сама жизнь. Жизнь, которая бьет ключом, не признает условностей и правил, которая хочет свободно высказывать свое мнение и подчиняться зову сердца. Джамиля – это и безудержное веселье, и природная сила духа, и глубоко чувствующее сердце. И непросто ей бывает с таким характером в тех условиях, где она родилась и выросла. От нее требуется молчать, слушать, подчиняться, радоваться тому, что у нее есть. Ведь, по всеобщему мнению, ей повезло как никому. Сломать судьбу? Ради чего? От добра добра не ищут.

Но ей нужно иное. И душа рвется и мечется, силясь выбрать между тем, что “правильно” и тем, что подсказывает сердце. И она свой выбор делает. И никому отчитываться не станет, гордая душа. Может быть, никто этот выбор не поймет и не одобрит. Кроме одного-единственного человека. Но это и не имеет значения.

А одному человеку эта история из детства словно откроет глаза на мир, научит отличать и ценить настоящее. И через всю жизнь он пронесет воспоминание о том лете, когда над ночной степью звучала прекрасная песня. И, в свою очередь, будет стараться выразить все то, что понял тогда и всю красоту, что почувствовал. А Чингиз Айтматов своей повестью передал частичку этой красоты и нам.

Прочитано в рамках игры “Открытая книга” (48 тур)
За совет спасибо be-free

А за подталкивание к знакомству с автором благодарю Таню Tarakosha Это было не зря))

Лейся, песня, лейся!

Возможно, в этом отзыве нужно было бы больше писать о том, что «Джамиля» – знаковое произведение в литературной карьере писателя, принесшее Айтматову поистине всенародную слову. Кстати, впервые повесть была издана сначала на родном языке писателя – киргизском, а потом в том же 1957 году – на французском (перевод осуществлял поэт Луи Арагон). И только после этого повесть издали уже на русском языке в небезызвестном журнале «Новый мир». Можно смело утверждать, что на следующий день после издания «Джамили» Айтаматов в буквальном смысле слова проснулся знаменитым.

Следует отметить, что «Джамиля» у профессионального литературного мира вызывала неоднозначные мысли. Так, Айтматов позже вспоминал, что критики неоднократно чихвостили его за якобы антикоммунистическое содержание повести: негоже показывать, что советская семья распадается по причине бегства супруги с любовником.

Конечно, можно было бы много написать о том, что «Джамиля» – красивая история любви, однако литература знала и знает не менее красивые истории. Поэтому на данной теме я тоже не вижу смысла долго останавливаться.

Да, безусловно, тему, затронутую Айтматовым в 60-е годы прошлого века, до сих пор можно считать противоречивой: с одной стороны, жена, не дождавшаяся с войны мужа, должна вызывать негодование; с другой стороны, любовь Джамили и Данияра – чиста и глубока, поэтому так восхищает читателя.

Однако в отзыве я буду писать совсем о другом. На мой взгляд, казалось бы, заурядное повествование о любви содержит еще и другой смысл, а именно – влияние музыки на жизнь человека. Кстати, изначально повесть называлась «Мелодия», но по дружескому совету А.Ф. Твардовского, работающего на тот момент времени главным редактором журнала «Новый мир», Айтматов изменил название на имя главной героини.

Если обратиться к сюжету произведения, то мы поймем, что с помощью песни влюбленные смогли объясниться. Ни шутки Джамили, ни молчаливость Данияра, ни поступки обоих не позволили им открыться друг перед другом. Только песня связала судьбы обоих, их сердца и мысли. Важно, что песня помогла и рассказчику истории – мальчишке-подростку, который понял, что хочет стать художником. Песня пробудила в нем творческое начало – ему страстно захотелось нарисовать двух влюбленных.

Пусть в каждом мазке моем звучит напев Данияра! Пусть в каждом мазке моем бьется сердце Джамили!

Кроме того, благодаря песне мы узнаем настроение героев: звонкая она, веселая или тихая, печальная. Даже отсутствие песни в какой-то момент тоже несет свой смысл…

Больше всего меня поразило, какой страстью, каким горением была насыщена сама мелодия. Я не знал, как это назвать, да и сейчас не знаю, вернее, не могу определить – только ли это голос или еще что-то более важное, что исходит из самой души человека, что-то такое, что способно вызвать у другого такое же волнение, способно оживить самые сокровенные думы.

Рискну предположить, что, если бы однажды Данияр не затянул мелодию, Джамиля бы так никогда по-настоящему и не полюбила, а наш рассказчик не стал бы художником. Может, это, конечно, и к лучшему, но слишком просто и обыденно, что ли…

Настоящую любовь никакие цепи не удержат

Может быть, заголовок моей рецензии – клише, но именно эта мысль о неудержимости истинной любви пришла мне в голову, когда я дочитала эту книгу. Когда любишь человека, не остановишься ни перед чем – ни перед разницей в возрасте, ни перед верой, национальностью, цветом кожи, бедностью. Не остановят и призраки прошлого, крепкие узы, связывающие с семьей или прошлым, со старой жизнью. Ради любви расстанешься со всем этим без попыток удержаться за прошлое – уйдут все старые расчеты, привязанности, перспективы на то, какое будет будущее, если оставить все как есть.

Я впервые читаю киргизского писателя. И знаете, эта короткая (52 страницы в ридере) пронзительная повесть, написанная простым и ясным, чарующим языком, поразила меня. Я обязательно прочитаю и другие книги Чингиза Айматова. Это действительно замечательный писатель.

История рассказывается от имени пятнадцатилетнего мальчика Сеита. Он живет в небольшом аиле (поселке) в Киргизии, недалеко от границы с Казахстаном. У его семьи большое хозяйство, а у отца сразу две жены – мать Сеита и “младшая мать” – та, что была женой дяди Сеита, но овдовела, а согласно обычаям, которые тогда соблюдались, вдову с сыном не принято было отпускать на сторону. Шел третий год войны. Три брата Сеита были на фронте и лишь один из них, Садык, был женат. Жена его, Джамиля, напоминала матери Сеита ее саму – такая же ладная, сильная и за словом в карман не полезет, любого на место поставит. Мать явно видела в ней свою преемницу – байбиче – хранительницу очага и хозяйства сразу двух подворий.

Сам Сеит, Джамиля и Данияр очень мне импонировали. Настоящие люди. Живые, с чувствами, с душой, добрые и работящие. Мне очень нравился сильный характер Джамили, погруженность в себя и вместе с тем наблюдательность Данияра. Очень тронул момент с этим треклятым семипудовым мешком! И тот, когда Данияр одной фразой дал Сеиту понять, что война – это не какая нибудь сказка на ночь и что лучше ее не знать, какова она.

Я очень порадовалась за Сеита и за его реализованную мечту стать художником. Но кто знает, почувствовал бы он свое первое вдохновение и яркость красок без этой истории? Настоящая любовь дарит крылья не только самим влюбленным, но и тем, кто попадает в облако света от их любви.

Прочитано в рамках Тура №47 “Открытая книга”. В подборке тура № 28. Спасибо за совет sleits , не знаю, когда бы я добралась до нее без этой игры!

Ссылка на основную публикацию
×
×