×

Анализ романа Гаргантюа и Пантагрюэль (Франсуа Рабле)

Роман Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль»: композиция, система образов, фантастический гротеск. М. Бахтин о романе.

Франсуа Рабле́ (фр.François Rabelais; 1494, Шинон — 9 апреля1553, Париж) — французский писатель, один из величайших европейских сатириков-гуманистов эпохи Ренессанса, автор романа «Гаргантюа и Пантагрюэль».

«Гаргантюа́ и Пантагрюэ́ль» (фр.La vie très horrifique du grand Gargantua, père de Pantagruel) — сатирический роман французского писателя XVI века Франсуа Рабле в пяти книгах о двух добрых великанах-обжорах, отце и сыне. Роман высмеивает многие человеческие пороки, не щадит современные автору государство и церковь. Основным объектом для сатиры Рабле является церковь, белое духовенство и монашество. Автор «Гаргантюа и Пантагрюэля» в молодости сам был монахом, однако иноческая жизнь пришлась ему не по душе, и с помощью своего покровителя Жоффруад’Этиссака Рабле смог без неприятных последствий покинуть монастырь.

В романе Рабле высмеивает, с одной стороны, многочисленные притязания церкви, а с другой — невежество и лень монахов (зная последний предмет не понаслышке). Рабле красочно показывает все пороки католического духовенства, которые вызывали массовый протест во время Реформации — непомерное стремление к наживе, претензии пап на политическое господство в Европе, ханжеское благочестие, прикрывающее развращённость служителей церкви. Сильно достаётся средневековой схоластике — оторванным от реальной жизни размышлениям о месте Бога в земном бытии — и известным философам-схоластам в частности.

Отдельных насмешек удостоены некоторые места из Библии. Например, эпизод с воскрешением ЭпистемонаПанургом пародирует библейское сказание о воскрешении ЛазаряИисусом Христом, а рассказ о великане Хуртали высмеивает легенду о Ноевом ковчеге. Рождение Гаргантюа через левое ухо матери Рабле объясняет всемогуществом Господа Бога, а тех, кто отказывается этому верить, объявляет еретиками (здесь пародируется религиозный фанатизм и слепая вера в евангельские чудеса, восходящие к Тертуллиану — «верую, ибо абсурдно»). Неудивительно, что все книги «Гаргантюа и Пантагрюэля» были осуждены богословским факультетом Сорбонны как еретические.

В своём романе Рабле не только борется со «старым миром» при помощи сатиры и юмора, но и провозглашает новый мир так, как он его видит. Средневековой косности и бесправию Рабле противопоставляет идеалы свободы и самодостаточности человека. Наиболее полно своё видение этих идей на практике автор «Пантагрюэля» изложил в эпизоде с Телемским аббатством, которое брат Жан организует с разрешения Гаргантюа. В аббатстве отсутствуют принуждение и предрассудки и созданы все условия для гармоничного развития человеческой личности. Устав аббатства состоит из одного правила: «Делай что хочешь»

Главы о Телемском аббатстве, а также о воспитании Гаргантюа под руководством Понократа, являются законченным воплощенем принципов гуманизма. В этом отношении «Гаргантюа и Пантагрюэль» — ярчайший литературный памятник эпохи Возрождения, когда происходил слом одной культурной парадигмы — средневековой, и возникновение другой — ренессансной.

Излюбленный приём Рабле — гротеск, гипербола («супергипербола», по выражению А. Дживелегова). Это связано с личностями главных героев — великанов Гаргантюа и Пантагрюэля. Подчас они спокойно уживаются с обычными людьми (едят с ними за одним столом, плывут на одном корабле), но далеко не всегда. Гаргантюа садится отдохнуть на собор Парижской Богоматери и принимает пушечные ядра за мух, Пантагрюэля приковывают к колыбели цепями, служащими для перекрытия гаваней. Кульминации этот приём достигает, когда Пантагрюэль, высунув язык, укрывает от дождя свою армию, а один из его приближённых случайно попадает в рот своему господину и обнаруживает там города и деревни.

Много места в романе уделяется грубоватому юмору, связанному с человеческим телом [1] , много говорится об одежде, вине, еде и венерических заболеваниях (пролог первой книги начинается со слов «Достославные пьяницы и вы, досточтимые венерики (ибо вам, а не кому другому, посвящены мои писания)!»). Это совершенно нетипично для средневековой романистики, считавшей перечисленные темы низкими и не достойными упоминания.

Характерная особенность «Пантагрюэля» — обилие крайне подробных и в то же время комичных перечислений блюд трапез, книг, наук, законов, денежных сумм, животных, смешных имён воинов и тому подобного. Объёмные и скрупулeзные перечни порой образуют целые главы (книга IV, глава LX «О том, какие жертвы приносили своему богу гастролатры в дни постные» и т. д.).

«Гаргантюа и Пантагрюэль» неразрывно связан с народной культурой Франции позднего Средневековья и Возрождения. Из неё Рабле позаимствовал и своих главных героев, и некоторые литературные формы (например, блазоны или так называемые coq-à-l’âne — словесные бессмыслицы), и, главное, сам язык повествования — со множеством непристойных словесных оборотов и комических аллюзий разнообразных священных текстов, язык, проникнутый атмосферой весёлого народного праздника, откуда гонят всякую серьёзность. Этот язык разительно отличался от того, которым были написаны средневековые схоластические трактаты или латинизированные богемные сочинения некоторых современников Рабле (подражание латыни высмеяно в главе о лимузинце второй книги романа).

После Рабле его основные приёмы использовали другие французские писатели XVI века: БонавентураДеперье, НоэльдюФайль и другие.

Бахтин: «Из всех великих писателей мировой литературы Рабле у нас наименее популярен, наименее изучен, наименее понят и оценен.А между тем Рабле принадлежит одно из самых первых мест в ряду великих создателей европейских литератур. Белинский называл Рабле гениальным, «Вольтером XVI века», а его роман – одним из лучших романов прежнего времени. Западные литературоведы и писатели обычно ставят Рабле – по его художественно-идеологической силе и по его историческому значению – непосредственно после Шекспира или даже рядом с ним. Французские романтики, особенно Шатобриан и Гюго, относили его к небольшому числу величайших «гениев человечества» всех времен и народов. Его считали и считают не только великим писателем в обычном смысле, но и мудрецом и пророком. Вот очень показательное суждение о Рабле историка Мишле:«Рабле собирал мудрость в народной стихии старинных провинциальных наречий, поговорок, пословиц, школьных фарсов, из уст дураков и шутов. Но, преломляясь через это шутовство, раскрывается во всем своем величии гений века и его пророческая сила. Всюду, где он еще не находит, он предвидит, он обещает, он направляет. В этом лесу сновидений под каждым листком таятся плоды, которые соберет будущее. Вся эта книга есть «золотая ветвь». (Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса)

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: Для студентов недели бывают четные, нечетные и зачетные. 9654 – | 7533 – или читать все.

194.79.20.246 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.

Отключите adBlock!
и обновите страницу (F5)

очень нужно

«Великая инвентаризация» мира вещей: экфрасисы в романе Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль»

Земляницына Б.В.

«. B книге моей вы обнаружите совсем особый дух и некое, доступное лишь избранным учение, которое откроет вам величайшие таинства и страшные тайны, касающиеся нашей религии, равно как политики и домоводства».

Роман Ф. Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» является выдающимся произведением Ренессанса. На протяжении многих лет ученые неоднократно обращались к творению писателя-гуманиста, выходили исследования по истории корабельного дела, писали о проблеме воспитания, о состоянии медицины в эпоху Возрождения, о взглядах Рабле на архитектуру и живопись. Попытаемся и мы, рассматривая функционирование декоративно-прикладного искусства в эпоху Ренессанса, обратиться к роману «Гаргантюа и Пантагрюэль». Почему именно этот роман? Потому что Ф. Рабле наиболее полно осветил быт простого горожанина, тогда как большинство гуманистов отдавало предпочтение показу светской жизни аристократии. Декоративно-прикладное искусство еще не отделилось от ремесла, но его произведения стали неотъемлемым атрибутом светской жизни. Наличие у индивида той или иной вещи, а чаще богатство костюма определяло его место на иерархической лестнице. Отношение же к вещи бедных слоев населения никогда не рассматривалось, тогда как именно в этот период изделия декоративно-прикладного искусства значительно расширили свои функциональные границы. Например, во Франции XVI века в домах простых людей появляется посуда из олова для повседневного обихода, а также «парадная, которую выставляли на показ для гостей и обычно не употребляли». Кроме того даже неискушенный читатель обратит внимание на большое количество экфрасисов (описаний произведений искусства) в тексте романа. Мир вещей в контексте смеховой народной традиции, а также значение экфрасисов и будет предметом нашего исследования.

В произведении Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» предметно-бытовая среда рассматривается с двух позиций. Первая – это народно-площадная культура (1, 2, 3 книги романа). Показ пиршеских образов, обилие еды, посуды, одежды создает атмосферу излишества, избыточности, чрезмерности. Например, эпизод из описания костюма «маленького» Гаргантюа: «на камзол пошло 1800 локтей синего бархата, очень яркого с вышитыми вокруг прелестными виноградными лозами, а посередине с кружками из серебряной канители, перепутанными золотыми кольцами со множеством жемчуга. Этим хотели отметить, что в свое время он будет хорошим пьяницей». Столь же пышно описаны и другие детали одежды: шляпа, башмаки, плащ, гульфик, пояс, кошелек.

Перегруженность в украшениях – одна из отличительных черт декоративно-прикладного искусства Возрождения. Изобилие декора мы встречаем в архитектуре, в витражной живописи. Часто гармоничная и тонкая орнаментация подменяется громоздкими рельефными композициями. Культ роскоши привел к повсеместному распространению ювелирного дела. В моду вошла золотая посуда, которая украшалась драгоценными камнями и цветными эмалями. Немецкие ювелиры создают оригинальный тип кубков для вина с красивым чеканным узором и рельефным Изображением воина или мифологического героя. Французский двор щеголял нарядами, эскизы вышивок к которым по заказу Франциска I делал Рафаэль. Впоследствии Генрих II был вынужден издать указ, направленный против роскоши, который, впрочем, не возымел действия. Мода заняла одно из первостепенных мест в повседневности индивида. Вопросы двойственного характера моды нашли отражение в трудах просветителей: с одной стороны мода вносила гармонию, красоту в бытовую среду индивида, с другой — овладевала всеми его помыслами, манипулировала человеком. В своем сочинении Рабле не только высмеивает наряды, которые были сшиты по тогдашней моде, его смех носит откровенно инвективный характер. Особенно ярко это прослеживается в сценах с Панургом: «. у него был карман, набитый мелко натертым молочаем, в этот же карман он клал прекрасной работы носовой платок. Находясь в дамском обществе, он заводил речь о белье. А затем вытаскивал свой носовой платок и говорил: – Посмотрите, вот это так работа! Это шитье Фунтиньяна или Фонтараби! — И встряхнув его у самого носа дамы, заставил ее чихать без отдыха часа четыре. А он в это время. как жеребец, а прочие дамы со смехом говорили ему: — Что с вами, Панург? Ну и звуки!

– А это я контрапунктом вторю музыке носа этой дамы, — отвечал он».

Платок служил приманкой для модниц, а затем следовало наказание. С этим же героем связан еще один интересный эпизод. Панург затеял судовой процесс против дам: «. городские модницы этого города — по внушению дьявола, — придумали такие высокие воротники или шали, которые закрывают им всю грудь, так что нельзя даже руку просунуть, так что застежка сзади, а спереди все закрыто, чем любовники и вздыхатели и созерцатели не были довольны». Автор не просто высмеивает громоздкость и пышность нарядов, он не пишет о том, что это неудобно или некрасиво. Рабле, сообщая наряду функцию обольщения, кокетства, показывает его неуместность и нелепость как орудия соблазна.

Идеалом для Ф. Рабле служат одежды монахов и монахинь Телемской обители. Писатель дает подробнейшее описание всех деталей туалета женщин и мужчин. Вот лишь небольшой отрывок: «Башмаки, бальные ботинки и туфли — яркого лилового или красного бархата; сверх рубашки надевали корсет из шелкового камлота, поверх которого надевали кринолин из белой, красной, серой или каштанового цвета тафты, сверху — юбку из серебряной, с золотыми прошивками, тафты в рубчиках, или, по желанию и в соответствии с погодой, из атласа, из шелка, дама или оранжевого, коричневого, зеленого, пепельного, синего, желтого, светло-желтого, красного, кирпичного, белого бархата, из парчи золотой и серебряной, с канителью и вышивкой, соответственно праздникам. ». Далее автор, характеризуя головные уборы, подчеркивает, что в основном «все строго следовали французской моде, ибо она солиднее других и целомудреннее». Для Рабле хороший вкус в одежде, утонченная обстановка неразрывно связаны с этикетом, с хорошими манерами. Вульгарно одетый человек смешон, и поведение его вызывает смех. В Телемском аббатстве «и мужчины и дамы так симпатизировали друг другу, что те и другие ежедневно одевались одинаково». Таким образом костюм помимо своей утилитарной нагрузки (костюм — как одежда), активно участвует в межличностном общении индивидов (костюм — как знак).

Обилие наименований блюд, одежды, кухонной утвари тесно связано с политическими процессами, происходящими в XV-XVI вв. во Франции. Возрождение, начавшись в Италии, стремительно распространяется на другие страны. В искусстве, в быту это проявлялось в подражании итальянскому стилю. Как правило, многие предметы, изделия декоративно-прикладного искусства попросту заимствовались. Включаясь в функционирование они существенно преобразовывали традиционную готическую обстановку. Старые вещи получали новый статус. Эта процессы тоже отражены в романе, Рабле превращает вещь в подтирку, перекладывая на предмет не свойственные ему функции. «Однажды я подтерся бархатным кашне одной дамы и нашел это неплохим, потому что мягкость шелка доставила очень большое наслаждение. Другой раз шапочкой — то же самое. Третий раз — шейным платком; затем — атласными наушниками; но чертова куча золотых шариков ободрала мне весь зад», затем в перечислении следует мартовская кошка, шляпа пажа и т.д. Таким образом автор помогает читателю по-иному воспринимать форму предмета, материал, его размер. Разрушая стереотип, соотнося вещь с материально-телесным низом, Рабле заставляет читателя ценить изделие прежде всего за его качество: мягкость шелка, атлас наушников. В зависимости от новой функции происходит дифференциация шляп: гладкие, шерстистые, ворсисто-бархатные, шелковистые, атласные (более подробно этот эпизод разбирается у М.М. Бахтина). «Это одна из страниц той великой инвентаризационной описи мира, которую производит Рабле на конец старой и начало новой эпохи мировой историй».

Если в первых трех книгах романа перечисляются названия изделий декоративно-прикладного искусства, то в последних автором даны очень подробные экфрасисы. Последние две книги описывают путешествие Пантагрюэля и его товарищей к оракулу Божественной Бутылки. Первый остров, который посетили путешественники — остров Медамоти (то есть Несуществующий). Друзья сразу попадают на ярмарку, где продаются картины, гобелены, а также все, что «интересно своим взором и зрелищностью. Правит островом король Филофан (в переводе — любитель являть себя чужим взорам), вместе с братом своим Филотеамоном (любитель посмотреть, жадный до зрелищ). Каждый из путешественников сделал покупку по своему вкусу. Пантагрюэль купил трех единорогов и таранда, а также серию шпалер (78 штук), изображающих жизнь и деяния Ахиллеса, юность его, описанная Папинием, затем — деяния и ратные подвиги, прославленные Гомером; смерть и погребение, описанные Овидием и Квинтой-калабрийцем. Наконец изображалось появление его тени и жертвоприношение Поликсены, согласно описанию Еврипида». Шпалеры в XVI веке во Франции — одно из самых распространенных украшений дворцов и замков. Действительно Франциск I всячески покровительствовал мастерам, изготовляющим шпалеры, при Фонтенбло была создана шпалерная мастерская. В конце 1690-х годов Фонтенбло перестраивается. Итальянские художники совместно с французскими создают один из самых значительных памятников французского Возрождения — галерею Франциска I. Еще в начале XVI века в искусстве Франции господствовали ветхозаветные и новозаветные сюжеты. Все убранство галереи свидетельствует о произошедшем сдвиге. Фрески изображают сцены из греко-римской мифологии, причем тема флоры и фауны оттеснена на второй план, центральное место в произведениях занимает человек. Между фресками Фонтенбло и шпалерами Рабле много общего.

Литература и искусство того времени часто обращались к аллегорической форме, Ронсар в «Гимне осени» советует «уметь завуалировать суть вещей под сказочным покровом, который их окутывает». А Рабле отмечает, что «суть сладостных книг спрятана, подобно мозгу в кости» и приглашает разгрызть кость, чтобы «добраться до сути пифагорейских символов». Непосредственно в составлении программы фресок писатель не участвовал, но общность замыслов настолько красноречива, что роман «можно назвать комментарием к фрескам, подобно тому, как фрески Фонтенбло помогали понять замысел и стиль созданной Рабле необычной эпопеи». Не случайно фреска «Воспитание героя кентавром Хироном» имеет свой аналог в романе. Для писателя воспитание, основанное на гуманистических идеалах — важнейшее условие становления человека. Покупка Пантагрюэлем шпалер, изображающих подвиги античного героя, Должна была навести читателя на мысль об их сходстве. Но для Рабле, Пантагрюэль — не копия Ахиллеса, это человек нового мировоззрения. Идею разумной преемственности античного наследия — вот что хотел показать автор. Сам же остров Мадамоти является аллегорией чистого, правдивого искусства.

Заезжают телемиты и на остров г-на Гастэра, первого в мире мастера искусств, который «делает добро миру тем, что изобретает для него все искусства, ремесла, всякие приборы, машины, приспособления. И все ради желудка». С первых строк характеристики правителя острова ясно, что его страна — страна лживого искусства. Но Рабле усиливает акцент, вводя в повествование описание одежд обитателей острова. «Обычно они ходили в масках, наряженные и в таких странных одеяниях, что просто диво». Далее автор остроумно сравнивает изобретательность природы при сотворении раковин и цветов с изобретательностью в одежде придворных г-на Гастэра, и то и другое «приводит в удивление». Как видно из текста, костюмы островитян описаны очень бегло, но наличие маски (аллегория лжи) и саркастический тон подтверждают нашу догадку. Остров г-на Гастэра — аллегория искусства, служащего низменным целям, обману и надувательству.

Затем на своем пути среди множества островов герои посещают остров Фриз, на котором расположена Атласная страна, «где ни деревья, ни трава никогда не теряли ни листвы, ни цветов. ибо были они из дамасской ткани и дамасского бархата». Правил страной уродливый, слепой, со множеством ушей старикашка — Наслышка. Обо всех вещах он судил бгратный ковер с изображением листьев мяты (здесь присутствует игра слов: menthe по-французски мята», mentir – «лгать»). Пенявшая этот «лживый ковер» возле Наслышки автор дает ключ к правильному прочтению данной аллегории. Мнимое великолепие не ввело в заблуждение героев: «Я долго здесь насыщал свое зрение, но от этого отнюдь не чувствую себя сытым: желудок мой прямо бесится от голода». Атласная страна олицетворяет уходящую эпоху в искусстве, это аллегория живописи суеверных языческих представлений.

Самое большое количество экфрасисов у Рабле посвящено храму Божественной Бутылки. Повествование начинается с подробнейшего описания дверей: «Обе половины дверей были медные, в роде коринфских, массивные, с маленькими выпуклыми виньетками, изящно эмалированные в согласии с требованиями скульптуры. ». Как видно из описания, двери у Рабле выполнены в лучших традициях ренессансного искусства. Пол в храме был вымощен удивительным узором (орнаментом) из камней. В эпоху Возрождения очень ценили драгоценные и полудрагоценные камни, но для Рабле они прежде всего – символ богатства недр Земли, напоминание о природе, как первоисточнике красоты. «Под портиком рисунок пола был сделан из маленьких камешков, каждый натурального цвета, служивших для изображения фигур эмблемы: как будто на вышеназванный пол высыпали в беспорядке охапку виноградных лоз. и эта замечательная листва была повсюду». Изображение было настолько достоверным, что Пантагрюэль и его спутники «. из страха повредил, себе нош, шагали большими шагами». Наконец пантагрюэлисты увидели мозаику, изображающую йоту Бахуса с индийцами, покрывающую все своды и стены подземного храма. Рабле посвящает этому экфрасису две главы. Вакхические сцены были распространенной темой декоративной живописи Ренессанса, но мозаика Рабле иная – «его мозаика есть аллегория победы разума над инстинктами, цивилизации нал варварством, человеческого над звериным, духовного над телесным». В следующих двух дается подробнейшее описание «чудесной лампы, освещающей храм» и фантастического фонтана. Рабле значительно расширяет функциональное поле предмета изобразительного искусства. Если раньше вещь отображала процессы модификации предметной среды, то в последних двух книгах автор вводит в текст изображения предметов с целью правильной трактовки аллегорий, а также посредством экфрасисов знакомит читателя с собственной концепцией нового ренессансного искусства. Изображение предметно-вещной среды в романе не только помогает писателю лучше раскрыть характеры своих героев, но и передать атмосферу, парящую во Франции в XVI веке. Даже незначительная бытовая подробность, поданная Рабле в контексте смеховой народно-праздничной культуры, может многое рассказал, о нравах, о вкусах, об обычаях того времени, точнее передать дух эпохи. Негативные проявления в повседневности высмеяны писателем со свойственным ему сарказмом. Подвергая резкой критике отрицательные моменты в искусстве (остров г-на Тостера, остров Фриз), автор излагает свои взгляды, достойно представленные в экфрасисах.

Искусство, как оно трактуется Рабле, «Не просто реалистическая достоверность среды, в которой действуют его герои, – она внутренне связана с их характерами и поведением, с их мировоззрением и переживаниями; она воплощаете себе тот круг идей, который утверждает Рабле. Станковые картины, фрески, мозаики, декоративная парковая и интерьерная скульптура предстают в «пятикнижье» Рабле как «тезисы» эстетики и этики, философской антропологии и историософии. ». Возрожденческое движение во Франции не знало такого расцвета, как в Италии. Его путь был нелегок и тернист. Как герои Рабле, путешествуя от острова к острову, открывая новые страны, знакомясь с их жителями, разочаровываясь, огорчаясь, но – самое главное – жизнеутверждающе смеясь, находят ответы на свои вопросы в храме Божественной Бутылки, так и французские гуманисты, переосмысливая опыт античности, изучая опыт ренессансного искусства, создают свою собственную художественно-эстетическую программу. Впоследствии, во времена абсолютизма, это помогло Франции стать одним из главных художественных центров Западней Европы.

Л-ра: Философские перипетии. – Харьков, 1999. – С. 130-133.

Ключевые слова: Франсуа Рабле,François Rabelais,Гаргантюа и Пантагрюэль,экфрасисы,Ренессанс,эпоха Возрождения,критика на творчество Франсуа Рабле,критика на произведения Франсуа Рабле,скачать критику,скачать бесплатно,французская литература 16 в

“Гаргантюа и Пантагрюэль” – краткое содержание романа Франсуа Рабле

История создания и концептуальные основы

Известный французский роман Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» был написан в 1533 году (именно тогда была опубликована первая оконченная автором книга). Сатирическое произведение рассказывается читателю о двух добряках-великанах, приходящихся друг другу отцом и сыном. Главная цель столь длинной истории — высмеивание человеческих пороков старой Франции и церкви.

Концептуальную основу романа составляет церковь, которую и затрагивает авторская сатира. Писатель в ярких красках высмеивает белое духовенство, монахов. Примечательно, что Рабле сам в молодости принимал монашеский постриг. Но подобная подвижническая жизнь не пришлась по вкусу автору романа. Благодаря покровителю Жоффруа Франсуа покинул стены монастырской обители без особых проблем.

Сатирические авторские цитаты, вырванные из контекста произведения, высмеивают многие моменты:

  • церковные притязания;
  • невежество и лень иноков;
  • пороки католического духовенства;
  • стремление церкви к наживе;
  • желание пап господствовать во всей Европе;
  • ханжеское благочестие;
  • разврат среди настоятелей и монахов.

Помимо этого, автора задевают вопросы, касающиеся философского течения схоластики. Насмешек удостоились и некоторые библейские места — воскрешение Эпистемона Панургом, ассоциирующееся с аналогичным деянием из Библии, рассказ о великане Хуртане, олицетворяющий на бумаге сказание о ковчеге. Подобные размышления автора привели к осуждениям произведения со стороны богословского факультета Сорбонны. Франсуа Рабле прослыл еретиком.

Для своеобразной борьбы со старым миром Рабле использует такие художественные приемы, как сатира и юмор. Провозглашает новый мир автор романа «Гаргантюа и Пантагрюэль» своими словами, высказывая мысли, как он видит его сам. Он высмеивает средневековую косность и отсутствие прав, приводя в пример свободолюбивые взгляды и человеческую самодостаточность. Это ярко показывается в эпизоде о Телемском аббатстве, где царит главное правило — делай, что хочешь.

Качественный анализ произведения, как и самого автора, был озвучен Гизо в статье, посвященной книгам Франсуа Рабле. По словам ученого, создатель нашумевшего романа понял все недостатки педагогической теории того времени. А остроты произведению добавляют красочные иллюстрации Гюстава Доре.

Стилистика романа

О художественных приемах, использующихся Рабле, стоит говорить отдельно. В большей части им применяется гротеск и гипербола — максимальное преувеличение, что позволяет ярко раскрыть основных персонажей и передать четко мысль. Связано это напрямую с личностями главных героев — великанов Пантагрюэль и Гаргантюа.

Порой они спокойно чувствуют себя в обществе простых людей. В другое время они противостоят человеку. Например, в одном эпизоде Гаргантюа присаживается для отдыха прямо на собор Парижской Богоматери, видит пушечные ядра и принимает их за обыкновенных мух. Чтобы усмирить Пантагрюэля, его приковывают к колыбели корабельными цепями, способными перекрыть целую гавань. Нахождение целых поселений во рту великанов. Все эти гротескные и гиперболичные приемы позволяют максимально проникнуться сутью произведения.

Анализ «Гаргантюа и Пантагрюэль» позволяет оценить по достоинству несвойственный для романистики XVI столетия грубоватый юмор, высмеивающий человеческие пороки тела и все, что приводит к подобным последствиям. Например, большой живот, вино, еда, венерические заболевания и так далее.

При этом сюжет романа завязан на французской политической системе, народной культуре времен Средневековья и Возрождения. Оттуда и появились главные герои произведения, литературные формы, язык повествования с комическими аллюзиями. Подобный текст кардинально отличался от писаний схоластиков, богемных сочинений. После Рамбле аналогичную стилистику использовал Бонавентура Деперье и Ноэль дю Файдль.

Главные и второстепенные герои

Чтобы написать качественный пересказ романа о великанах Пантагрюэле и Гаргантюа, не нужно читать произведение полностью. В первую очередь нужно ознакомиться с характеристикой главных героев и второстепенных персонажей, чтобы максимально быстро проникнуться историей:

  • Гаргантюа — добродушный великан, являющийся королем утопической страны. Появляется персонаж в первой и третьей книге. Образ Гаргантюа олицетворяет эпоху Ренессанса и символизирует отказ от средневековых правил и интереса к искусству. Он свободен и независим от жизненных догм.
  • Пантагрюэль — сын Гаргантюа, главный наследник и принц Утопии. Появляется персонаж во второй книге. Он олицетворяет собой типичного человека эпохи Возрождения, интересующегося наукой и искусством.
  • Брат Жан Зубодробитель — инок, отличающийся жизнерадостностью. Молодой и отважный воин дружит с королем Утопии. Он служит ордену святого Бенедикта. Появляется персонаж во всех книгах, кроме второй. Жан прыткий и храбрый молодой человек, часто посещающий пиры, устраиваемые Гаргантюа.
  • Панург — студент, который не окончил обучение, родом из Турени. Появляется герой во второй книге. Настолько же весел и жизнелюбив, как брат Жан, в чем они и сходятся. Он обладает крючковатым носом, отличается обходительностью, несколько распутным характером. Совершенно беден.
  • Эпистемон — наставник и учитель Пантагрюа. Появляется в романе со второй книги. Достаточно образованный человек, постоянно пускающийся в рассуждения на отвлеченные темы. Отличный собутыльник, хотя знает, что выпивка — это порок, для Пантагрюэля и верный друг.
  • Грангузье и Гаргамелла — родители короля Утопии.

Многие имена персонажей автор придумал неспроста, они имеют аллегорический скрытый смысл и максимально глубоко охарактеризуют героев.

Примечательно, что, помимо выдуманных персонажей, Рабле при создании романа использовал образы реальных личностей, деятелей, знакомых. Многие географические названия были позаимствованы с карты Франции и слегка переименованы. Отдельными фрагментами упоминаются вопросы и проблемы, волновавшие общество в то время, например, засуха.

Краткое содержание

Весь роман состоит из пяти книг, издававшихся в разные годы. Читатели с задержанным дыханием ожидали продолжения неистовой истории, состоящей из множества глав. Сейчас прочитать произведение можно онлайн, но на это может уйти немало времени. Школьникам же проще ознакомиться с кратким содержанием романа «Гаргантюа и Пантагрюэль» или смотреть фильм с обзором важных моментов.

Условно весь рассказ можно разделить на пять важных частей:

  1. Повесть об ужасной жизни будущего короля Утопии по имени Гаргантюа.
  2. История о Пантагрюэле со всеми его ужасающими действиями и подвигами.
  3. Героические поступки и изречения подобревшего Пантагрюэля.
  4. Действия доблестного наследника престола Утопии.
  5. Продолжение плаванья и последние геройские поступки.

Следуя этому простому плану, можно кратко рассказать о каждой книге и всех историях, повествующихся в них.

В первой книге рассказывается о великом Гаргантюа, являющемся сыном короля-великана. Его отправляют на обучение к богословам, но он становится глупее, поэтому его перенаправляют в Париж. Там гигант устраивает настоящий кавардак, затапливая город и забирая себе большие купола с собора Парижской Богоматери. Он заставляет бить кобылу о землю копытами, чтобы у той начинали звенеть украденные колокольчики на шее. Учителем великана становится Панократ, развивающий его духовно и физически. Королевство Грангузье захватывает сосед-недоброжелатель Пикрохол. Возвращение Гаргантюа ознаменовывается победой над вражескими войсками.

Во второй книге у королевства великанов появляется наследник Пантагрюэль. Он растет и взрослеет, с успехом осваивает новые науки и обучается в Париже. Зная о большой значимости образования, он усердно познает новое. Свой ум и талант он доказывает, когда разрешает великие разногласия между сеньором Лижизадом и Пейвино. В Париже Пантагрюэль обретает друга по имени Панург. Известие о нападении на Утопию заставляет наследника вернуться, чтобы разгромить войска короля Анарха.

В третьей книге королевство становится мирным государством. Друг Пантагрюэля решает жениться, но сомневается в правильности своих намерений. Он обращается к колдунье за помощью. Затем отправляется к гадалкам, шутам, богословам. Все советы говорят ему о том, что счастливым в браке ему не быть. Так ему толкует верный товарищ Пантагрюэль. Сам Панург считает, что толкования положительные. Не приняв окончательного решения, товарищи отправляются в плавательное путешествие к оракулу Божественной Бутылки.

В четвертой книге автор рассказывает о начале путешествия, посещении различных островов, попадании в сильную бурю. Все эти истории позволяют максимально ярко раскрыть образы персонажей, ссылаясь на сатирически изложенные церковные порядки. В пятой книге путешествие продолжается. Мореплаватели оказываются на Звонком острове. Потом они направляются к острову Застенок и Апедевтов. Все заканчивается тем, что товарищи достигают цели и слышат заветное слово оракула Бутылки «Пей».

Хоть книга и велика по объему, а на ее создание у автора, биография которого до сих пор остается малоизвестной людям, ушло несколько десятилетий, она несет в себе конкретный посыл.

Люди постоянно страдают от религиозных суеверий, они теряют правдивость проповеднических слов и становятся настоящими фанатиками. Все это тянуло общество на дно, не давало развиваться людям полноценно. Именно эту идею Рабле пытался пронести сквозь каждую главу своего романа «Гаргантюа и Пантагрюэль».

Отзывы

Еще в школе, выжав последние силы, дочитала это произведение от начала до конца, но так и не смогла понять, о чем в нем шла речь. Недавно решила перечитать, думая, что смогу через время понять глубину мыслей и посыл автора. Но все тщетно. Спасибо за разъяснение по этой книге, теперь всем стало на свои места.

Несомненно, понять суть всего написанного очень сложно. Воспринимать это произведение Рабле стоит как икону того времени по написанию, как классику, которую нам спустя 500 лет понять довольно сложно, но вполне реально.

Местами читать было довольно интересно, потом становилось скучно, порой появлялось желание отложить книгу. Но в целом — неплохо. Держало до последнего только использование символичных имен, которые действительно были смешными.

Анализ романа «Гаргантюа и Пантагрюэль»

Автор: Guru · Опубликовано 29.10.2016 · Обновлено 08.10.2017

Франсуа Рабле — автор одного романа, зато какого! Его объемный и не поддающийся чтению труд стал манифестом новой эпохи, где человек становится вровень с его создателем, а не падает ниц, пресмыкаясь и боясь небесной кары. Книга подарила боязливо скукоженному миру образ человека ренессанса — возрождения к полноценной жизни.

Жанровые особенности

«Гаргантюа и Пантагрюэль» — это сатирический роман, созданный с помощью таких литературных приемов, как гротеск и гипербола. К сожалению, смысл многих саркастических выпадов Франсуа Рабле в настоящее время утрачен, поэтому объемный труд читается натужно, хоть и должен был развеселить публику, как ярмарочный балаган (по стилистике роман напоминает шутовские истории паяца, который злобно высмеивает уклад жизни, не боясь понести наказание).

Основные темы

Автор обличает извечные человеческие пороки и высмеивает слабости, недостатки и проблемы своего времени. Излюбленными объектами для насмешек Рабле являются церковь и католический институт монашества, что неудивительно — он знал о лени, невежестве, алчности, ханжестве и лицемерии духовного сословия не понаслышке, ведь сам в молодости жил в монастыре. Кроме того, известно, что Рабле был медиком, значит, имел рациональное мышление и живой ум, а не зашоренное сознание фанатика.

Досталось от его пера и средневековой схоластике, оторванной от той реальности, которую во всех ее проявлениях так любят главные герои. Слепая вера и религиозное лицемерие вызывали у Рабле такое неприятие, что он не постеснялся замахнуться даже на Священное писание, кое-какие эпизоды из которого ловко спародировал в романе. Так что, немудрено, что все части «Гаргантюа и Пантагрюэля» были осуждены богословским факультетом Сорбонны как еретические.

Кто такой Франсуа Рабле?

Франсуа Рабле — это первый певец Ренессанса, осмелившийся восстать против средневековой косности и бесправия здравого смысла. Бесчеловечным догмам он противопоставил идеалы свободы и гуманизма. Главы о Телемском аббатстве, а также о воспитании Гаргантюа под руководством Понократа, являются законченным воплощением гуманистических принципов. Поэтому «Гаргантюа и Пантагрюэль» — это самый объемный литературный памятник эпохи Возрождения.

О самом авторе известно крайне мало, так как он скрывался от властей за свои литературные изыскания. Он написал тогда, когда за свободу слова можно было поплатиться вечной неволей, а то и жизнью. Сохранились упоминания о том, что он в юношестве жил в монастыре, потому так хорошо знает внутреннюю сторону обычаев и грешком духовного сословия. Потом он сбежал из божьего храма, отчаявшись в намерении стать добродетельным католиком. С этих пор началась пора его скитаний, когда он овладел искусством врачевания и мастерством слова. Общаясь с пациентами, лекарь узнал множество легенд и сказаний о национальных героях ярмарочных балаганов — Гаргантюа и Пантагрюэле, которые впоследствии перекочевали в его книгу.

Комический эффект

Именно простых людей больше всего угнетала церковь, ведь этот институт был монополистом в области просвещения среди широких народных масс. Поэтому комический эффект в романе Рабле помещается в форме грубоватого юмора, понятного простому человеку. Шутки связаны с недостатками тела и физиологией, поглощением пищи и вина, половыми отношениями и венерическими заболеваниями. Все эти темы в романе «Гаргантюа и Пантагрюэль»были совершенно несвойственны средневековой литературе, которая была тесно связана с религиозной традицией.

В ходе исторического литературного процесса неоднократно предпринимались попытки «адаптировать» Рабле к меняющимся представлениям о морали и нравственности, но, как известно, из песни слова не выкинешь — «вычищенный» роман, без сомнения, уступает оригиналу.

Стилистика Рабле

Язык в романе «Гаргантюа и Пантагрюэль» изобилует непристойными словесными оборотами и карикатурно поданными выжимками из священных текстов. Текст неразрывно связан с народной культурой Франции позднего Средневековья и Возрождения. Образы главных героев, Гаргантюа и Пантагрюэля, имена которых взяты напрямую из французского фольклора, символизируют Ренессанс с его отказом от традиционных жизненных установок Средневековья. Главная идея эпохи Возрождения – возвращение интереса к светскому искусству и познанию мира, свободному от догм и ограничений.

Язык Рабле — причудливый, сложный, нагромождение оборотов и средств художественной выразительности сбивает читателя с толку, заставляет не раз перечитывать предложение в погоне за сутью.

Композиция

Гротескно-комическая структура романа «Гаргантюа и Пантагрюэль» имеет несколько функций. Она заманивает читателя, интересует его на протяжении всего повествования и облегчает восприятие глубоких мыслей в основе творческого метода Рабле. С другой стороны, она их маскирует, то есть служит щитом от въедливой цензуры. Шутовство и дуракаваляние образуют мощный комический эффект в средневековой литературе на пороге эпохи Возрождения. Композиция романа – это свободное чередование эпизодов и образов.

Скрепляющей основной идеей «Гаргантюа и Пантагрюэль» является гротеск народного характера. Не все мысли Рабле расшифрованы. Частный случай гротеска – размеры Гаргантюа в первых двух книгах. Это гиперболизированное стремление натуры освободиться от гнета средневековых норм.

Главная идея

Хоть книга и велика по объему, словно ее герой, она несет вполне себе конкретный посыл. Рабле видел, как люди страдают от засилья религиозного суеверия, воспринимая не умелые проповеди, как слово Божие, хотя именно в них теряется смысл любого религиозного культа. Народ же прозябал в невежестве и фанатизме, поэтому родители не хотели лечить и учить детей, считая любое вмешательство в ум и тело своего ребенка бесовским промыслом. Поэтому главная идея романа Рабле — показать приобщение к национальной французской культуре, ее истокам, а не рабское повиновение жутковатой демагогии католицизма. Он хотел, чтобы человек полагался на свой здравый смысл, а не на абстрактные и неверно истолкованные учения схоластиков. Теоретики были оторваны от жизни, сами на хлеб не зарабатывали, поэтому не могли учить народ, исходя из его надобностей.

Характеристика главных героев

Анализ первой книги

В первой книге Гаргантюа – добрый, миролюбивый великан-король. Их вообще в романе три таких красавца: Грангузье, Гаргантюа и Пантагрюэль. Так же есть три главные темы:

  1. Воспитание Гаргантюа. Противопоставление средневекового и ренессансного воспитания. Но даже в такой серьезной теме автор использует пародийную игру (к примеру, преувеличение старательности, которую проявляют воспитатели-гуманисты).
  2. Война с Пикрохолом. Противопоставление Пикрохола и Гаргантюа – сравнение средневекового и гуманистического правителя.
  3. Телемская обитель. Это, во-первых, противопоставление средневекового монастыря и утопии нового мира. Брат Жан – это порождение монастырских стен и одновременно их насмешливое отрицание. Девиз обители – “Делай, что хочешь” – издевательский перевертыш монастырского устава. Люди там жутко образованные: знают 5-6 языков, могут сочинять на них стихи, но как они используют свои знания? Какая польза миру от их учености? Монахи не помогают мирянам стать лучше, они просто спасаются бегством от проблем, поощряя свой эгоизм, надеясь вымолить легкую долю в раю. Автор высмеивает эту позицию.

Анализ второй книги

Во второй книге Пантагрюэль — добрый великан, добрый малый, обжора и любитель выпить. Мотив жажды, которая сопровождает рождение Пантагрюэля, — алчность познаний и обычная жажда. Новый человек — «алчущий познаний», а не тупоголовый раб чьих-то домыслов. В то же время он весел и прост в обращении, в нем нет чопорности и замкнутости средневекового человека. Параллель выпивки и науки проходит через всю книгу. Письмо Гаргантюа к Пантагрюэлю — манифест ренессанса. В нем заключена апология наук, апология движения истории и развития культуры.

Бахтин считает, что третья книга – органическое продолжение первых двух. В ней меняются все пропорции: действие продолжается всего 30 дней, герой Пантагрюэль уже нормального размера.

Что хотел сказать автор в пятой и четвертой книгах?

Ближе к финалу стало больше серьезности, ослаблена народно-карнавальная основа. Острова в 4-5 книгах чаще всего символизируют социальные институты, ценности. Там уже нет главного героя, все путешественники. Пантагрюэль возвышен, Панург — напротив.

В трех первых книгах Панург бросает вызов старому застойному обществу, поэтому так симпатичен, а в последующих частях уже не везде, протест размывается, становится менее нарочитым. В тех эпизодах, которые появились в 48 главе, он прежний, а в тех, которые в 52 главе – подчеркнуто трусливый (например, эпизод с бурей, Колбасами).

Это, видимо, связано с тем, что Панург и Пантагрюэль – разные полюса Божественной природы. Пантагрюэль – идеальный человек, Панург — реальный. Но писатель разочаровывается в реальном человеке, оттого и происходит снижение образа.

Чем заканчивается роман?

А тем, что Бутылка изрекла: “Тринк”, что означает «пей» (и «выпивай», и пей из источника мудрости). Рабле воспроизвел плавание к истине, путешествие в поисках этого вожделенного сокровища. Правда, абсолютной истины нет, перед авантюристами всплывает лишь фата-моргана. Поэтому они пьют и радуются жизни без призрака смерти и сомнительных обещаний божественной милости в обмен на земное счастье.

3. 008 Франсуа Рабле, Гаргантюа и Пантагрюэль

3.008 Франсуа Рабле, Гаргантюа и Пантагрюэль

Франсуа Рабле
(ок. 1494—1553)

Среди писателей было немало врачей, но достигших в медицине и в литературе выдающихся высот — единицы. Самым ярким из них был французский медик и писатель Франсуа Рабле (ок. 1494—1553) — автор пяти книг, составивших единое произведение — неоконченный роман «Гаргантюа и Пантагрюэль».

«Гаргантюа и Пантагрюэль»
(1532—1552, кн. 5 — опубликована в 1564; не окончен)

Годы творчества Рабле пришлись на время правления Франциска I (1515—1547) и его сына Генриха II (1547—1559). Это был период Французского Возрождения. Свобода мысли способствовала распространению Реформации, что привело к религиозным войнам.

Первая книга романа «Гаргантюа и Пантагрюэля» — «Пантагрюэль, король дипсодов, показанный в его доподлинном виде, со всеми его ужасающими деяниями и подвигами, сочинение покойного магистра Алькофрибаса, извлекателя квинтэссенции» была опубликована автором в 1532 г. в Лионе, где писатель занимался наукой и работал врачом местного госпиталя.

Лион — кузница вольнодумства тех лет, а Лионский рынок — главный его кузнец. Любой желающий мог приобрести там народную книгу «Великие и неоценимые хроники о великом и огромном великане Гаргантюа», послужившую для Рабле источником вдохновения и подтолкнувшего его к написанию первой своей книги о великане Пантагрюэле, сыне Гаргантюа.

Книгу, вышедшую под псевдонимом Алкофрибас Назье (анаграмма имени и фамилии писателя), тут же запретили теологи Сорбонны.

Рабле запрет только раззадорил, и к августовской ярмарке 1534 г. он выпустил вторую книгу — «Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля, некогда сочиненная магистром Алькофрибасом Назье, извлекателем квинтэессенции». Исходя из хронологии, «Гаргантюа» стал первой книгой романа.

В 1546 г. писатель выпустил в Париже «Третью книгу героических деяний и речений доброго Пантагрюэля. Сочинение мэтра Франсуа Рабле, доктора медицины», встреченную теологами с еще большей яростью. Как писатель уцелел тогда (да и вообще на протяжении 20 лет, пока выходил в свет его роман), остается только удивляться.

После смерти Франциска I Рабле получил добро на печатание своих книг от Генриха II. Опять же в Лионе, за год до смерти писателя вышла «Четвертая книга героических деяний и речений доблестного Пантагрюэля, сочинение мэтра Франсуа Рабле, доктора медицины» (1552), тут же приговоренная парижским парламентом к сожжению.

«Пятая и последняя книга героических деяний и речений доброго Пантагрюэля, сочинение доктора медицины, мэтра Франсуа Рабле» была опубликована в 1564 г. По мнению специалистов, она была составлена на основе черновиков писателя либо написана кем-то по его плану.

В романе, который иногда называют «романом-эмбрионом», протороманом наравне с «Дон Кихотом» М. Сервантеса, речь идет о королях Гаргантюа и Пантагрюэле, двух великанах, которых и по сей день, несмотря на дистанцию чуть ли не в 5 веков видно лучше, чем других самых великих героев мировой литературы (отчасти еще и благодаря гению иллюстратора романа Г. Доре).

Родителей Гаргантюа, великанов Грангузье и его жену Гаргамеллу создал для короля Артура волшебник Мерлин. Гаргантюа был зело могуч и прожорлив, воинственен и порядочен, и отличался неуемной тягой к знаниям. Вместе со своим другом монахом Жаном Зубодробителем он в пух и прах расколошматил воинство короля Пикрохола, после чего построил для брата Жана Телемское аббатство, отменившее обет целомудрия, бедности и послушания, давшее каждому право сочетаться браком, быть богатым и пользоваться полной свободой. Устав телемитов состоял из единственного правила: делай что хочешь.

В возрасте 524 лет у Гаргантюа родился Пантагрюэль, который еще малюткой разорвал медведя на части. Образование он получил в Париже, где подружился с ловкачом Панургом. Пантагрюэль прославился своей ученостью и выступлениями на публичных диспутах. Не упускал он случая и потешиться в битве с рыцарями и великанами, коих уничтожил великое множество.

Колебания Панурга жениться или не жениться, сопровождаемым гаданиями по Вергилию, обращением к сивилле и пр. закончились путешествием к оракулу Божественной Бутылки. Пантагрюэль, Панург и их друзья снарядили флотилию и вышли в море. Повздорив с купцом Индюшонком, Панург купил у него из стада овец барана-вожака и бросил его за борт. Все стадо попрыгало в воду, увлекши с собой и беднягу-купца. С тех пор и пошло крылатое выражение «панургово стадо».

По пути к оракулу воинство на славу порезвилось, круша недругов и теша себя пьянством, обжорством и прочими неумеренностями. В конце концов, Пантагрюэль и его друзья прибыли в Фонарию и высадились на острове, где находился оракул Бутылки. Добившись от оракула невнятного «тринк», что означало «пей» (разумелось: знания), путешественники напились и отправились в обратный путь.

Не рассматривая каждую книгу романа в отдельности, хотя каждая из них посвящена своей особой теме, перечислим лишь главные его черты:

— это пародия на отживавшие жанры Средневековья: на рыцарские романы, жизнеописания королей и полководцев, на юридическую болтовню и схоластическую заумь;

— острая сатира на папство, паразитирующее монашество, судейское сословие и оголтелых клерикалов;

— утверждение нового, гуманистического мировоззрения, неотъемлемого права каждого человека на свободный выбор и духовную свободу, но и (!) обоснование под личиной гуманизма идеологии индивидуализма и безверия;

— создание собственной социальной утопии, в основе которой лежит образцовое государственное устройство королевства Грангузье — Гаргантюа — Пантагрюэля, где мудрый монарх печется о своих подданных;

— провозглашение «пантагрюэлизма» — эталона умеренности и золотой середины, удовлетворения, но не пресыщения;

— пособие по воспитанию государя, народного монарха, воспитанию вообще передового человека эпохи;

— и наконец, по мнению ряда филологов, этот роман создал не только новую французскую прозу, но и породил спустя много лет целое направление в литературе — постмодернизм.

У Рабле не было прямых подражателей, его гуманистический энциклопедизм сумел воспроизвести в иной форме лишь М. Монтень.

Несмотря на то, что У. Шекспир обзывал Рабле «пьяным дикарем», а Ф.-М. Вольтер — «пьяным философом», его творчество оказало огромное влияние на Ж. Мольера, Ж. Лафонтена, А. Лесажа, Ж. Рихтера, О. Бальзака, А. Франса, Р. Роллана…

На русском языке широкую известность получил адаптированный пересказ романа для детей, сделанный Н. Заболоцким (1936).

В 1940 г. М. Бахтин написал работу «Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса» (оп. в 1965 г.), в которой предпринял анализ романа, охарактеризовав его как шедевр, венчающий народную, «смеховую» и «карнавальную» культуру Средневековья.

Лучшими переводами романа на русский язык стали работы А.К. Дживелегова и Н.М. Любимова.

По роману Рабле российский режиссер В. Музыченков (сценарист Вл. Китт) выпустил полнометражный 3D-фильм «Сердце оруженосца». Нашел своего зрителя и анимационный музыкальный фильм по мотивам романа — «Карнавальные короли».

“Гаргантюа и Пантагрюэль или работа толстого кишечника”


Роман “Гаргантюа и Пантагрюэль” – самое значительное произведение великого французского писателя эпохи Возрождения Франсуа Рабле. Первая книга этого романа вышла в свет без малого пять сотен лет назад. К ней добавились еще четыре книги, и постепенно выстроилась целая династия обжор-великанов, любящих жизнь со всеми ее радостями: король Грангузье, его сын Гаргантюа и сын Гаргантюа Пантагрюэль. И с тех самых пор люди зачитываются, хохочут до слез или задумываются над этим великим романом, а произнося фразы “Аппетит приходит во время еды” или “Все приходит вовремя, если люди умеют ждать”, мы даже и не подозреваем, что первым их сказал именно он – Франсуа Рабле.

Когда-то в техникуме по предмету “Зарубежная литература” я изучала литературу Франции 16 века. Очень мне запомнился рассказ преподавателя о книге, основным объектом сатиры которой являлось высмеивание белого духовенства и монашества в Позднее Средневековье. Сам автор, Франсуа Рабле, в молодости был монахом, но покинул монастырь, так как жизнь в его стенах была ему не по душе. Из источников было выявлено то, что Рабле собирал фольклор, предания, истории, пословицы, шутки своего народа. Он хотел высмеять людскую глупость и тупость. Эпоха была карнавальная, где мат, восхваление низших страстей и потребностей тела было главным для людей. Своим произведением он призывает нас к тому, чтобы мы возвысились над своими страстями и пороками. Именно так можно достичь высокого духовного развития и самосовершенствовать себя. Стремления к идеалам, к тому, чтобы стать лучше, гармоничнее и благороднее – основа цели любого человека.

В романе он высмеивает многочисленные притязания церкви, пороки, невежество и лень монахов. Массовый протест в период Реформации вызывали: непомерное стремление к наживе, претензии попов на политическое господство в Европе, ханжеское благочестие, прикрывающее развращённость служителей церкви. Отдельным насмешкам удостоены некоторые места из Библии. В своём романе Рабле не только борется со «старым миром» при помощи сатиры и юмора, но и провозглашает новый мир так, как он его видит. Средневековой косности и бесправию Рабле противопоставляет идеалы свободы и самодостаточности человека.

Обращаясь к достославным пьяницам и досточтимым венерикам, автор приглашает их развлекаться и веселиться, читая его книгу, и просит не забыть за него выпить.

Каждая книга Рабле это эпизод из жизни главного героя, основным смыслом жизни которого является вкусно и до отвала поесть, попить, помолиться и испражниться. Особенно интересно путешествие совершаемое помощниками-очистителями по толстому кишечнику героя. Проникнув через его ухо внутрь они совершили большую внутреннюю работу по очищению и исцелению владельца тела.

К концу пятого года Грангузье, возвратившись после поражения канарийцев, навестил своего сына Гаргантюа. Обрадовался он ему, как только мог обрадоваться такой отец при виде такого сына: он целовал его, обнимал и расспрашивал о всяких его ребячьих делах. Тут же он не упустил случая выпить с ним и с его няньками, поговорил с ними о том о сем, а затем стал подробно расспрашивать, соблюдают ли они в уходе за ребенком чистоту и опрятность. На это ему ответил Гаргантюа, что он сам завел такой порядок, благодаря которому он теперь самый чистый мальчик во всей стране.

– После долговременных и любопытных опытов я изобрел особый способ подтираться, – отвечал Гаргантюа, – самый, можно сказать, королевский, самый благородный, самый лучший и самый удобный из всех, какие я знаю.

– Что же это за способ? – осведомился Грангузье.

– Сейчас я вам расскажу, – отвечал Гаргантюа.

Приведу Вам более 14 оригинальных способов гигиены после испражнения тела, эксперимент-анализ героя:

Бархатной полумаской одной из придворных, дам и нашел, что это недурно, – прикосновение мягкой материи к заднепроходному отверстию доставило мне наслаждение неизъяснимое.

В другой раз – шапочкой одной из помянутых дам, – ощущение было то же самое.

Затем атласными наушниками, но к ним, оказывается, была прицеплена уйма этих поганых золотых шариков, и они мне все седалище ободрали. Антонов огонь ему в зад, этому ювелиру, который их сделал, а заодно и придворной даме, которая их носила!

Боль прошла только после того, как я подтерся шляпой пажа, украшенной перьями на швейцарский манер.

Затем как-то раз я присел под кустик и подтерся мартовской кошкой, попавшейся мне под руку, но она мне расцарапала своими когтями всю промежность.

Оправился я от этого только на другой день, после того как подтерся перчатками моей матери, надушенными этим несносным, то бишь росным, ладаном.

Подтирался я еще шалфеем, укропом, анисом, майораном, розами, тыквенной ботвой, свекольной ботвой, капустными и виноградными листьями, проскурняком, диванкой, от которой краснеет зад, латуком, листьями шпината, – пользы мне от всего этого было, как от козла молока, – затем пролеской, бурьяном, крапивой, живокостью, но от этого у меня началось кровотечение, тогда я подтерся гульфиком, и это мне помогло.

Затем я подтирался простынями, одеялами, занавесками, подушками, скатертями, дорожками, тряпочками для пыли, салфетками, носовыми платками, пеньюарами. Все это доставляло мне больше удовольствия, нежели получает чесоточный, когда его скребут.

– Так, так, – сказал Грангузье, – какая, однако ж, подтирка, по-твоему, самая лучшая?

– Вот к этому-то я и веду, – отвечал Гаргантюа, – сейчас вы узнаете все досконально.

10. Я подтирался сеном, соломой, паклей, волосом, шерстью.

11. Бумагой, но —Кто подтирает зад бумагой, Тот весь обрызган желтой влагой*.

12. Потом я еще подтирался, – продолжал Гаргантюа, – головной повязкой, думкой, туфлей, охотничьей сумкой, корзинкой, но все это была, доложу я вам, прескверная подтирка! Наконец шляпами. Надобно вам знать, что есть шляпы гладкие, есть шерстистые, есть ворсистые, есть шелковистые, есть атласистые. Лучше других шерстистые – кишечные извержения отлично ими отчищаются.

13. Подтирался я еще курицей, петухом, цыпленком, телячьей шкурой, зайцем, голубем, бакланом, адвокатским мешком, капюшоном, чепцом, чучелом птицы.

14. В заключение, однако ж, я должен сказать следующее: лучшая в мире подтирка – это пушистый гусенок, уверяю вас, – только когда вы просовываете его себе между ног, то держите его за голову. Вашему отверстию в это время бывает необыкновенно приятно, во-первых, потому, что пух у гусенка нежный, а во-вторых, потому, что сам гусенок тепленький, и это тепло через задний проход и кишечник без труда проникает в область сердца и мозга. И напрасно вы думаете, будто всем своим блаженством в Елисейских полях герои и полубоги обязаны асфоделям, амброзии и нектару, как тут у нас болтают старухи. По-моему, все дело в том, что они подтираются гусятами, и таково мнение ученейшего Иоанна Скотта.


Книга эта изменила в своё время жизнь Европы. Внесла новую, живую, озорную струю в мир мрачного, пропитанного религиозным фанатизмом средневекового мировоззрения. Автор показал, что в жизни есть место не только подвигу во имя Господа, и радость бытия заключается не только в религиозном экстазе а в простых, доступных и повседневных вещах — хорошо поесть (и выпить) , хорошо поспать (и переспать) , хорошо похохотать над аскетическими монахами (и не только над ними) . Автор радовался жизни и хотел, чтобы окружающие тоже не зацикливались на мыслях о загробном мире, а поглядев вокруг увидели всю полноту вселенной скрытую церковными шорами. Он хотел возродить античное представление о предназначении человека на земле. Книга эта освободила дух, дала свободу разуму.
А может мы сейчас и мыслим-то так свободно благодаря Рабле.
Можно, конечно, придираться и к стилю и к фривольности и даже к откровенному литературному хулиганству. Ну и пусть. «Человечество расстаётся с прошлым смеясь. А над похождениями этих жизнелюбивых толстяков народ смеётся уже не один век.


Высмеивание: Момент воскрешением Эпистемона Панургом, пародирует известную библейскую легенду о воскрешении Лазаря Иисусом Христом, а повествование о великане Хуртали высмеивает сказание о Ноевом ковчеге. Слепая вера в божественное чудо и духовный фанатизм отражены в эпизоде рождения Гаргантюа из уха матери, всех кто не верит в возможность появления дитя из уха, по воле всемогущего Господа Бога, Рабле называет еретиками. Благодаря этим и другим богохульским эпизодам, все 5 томов «Гаргантюа и Пантагрюэля», были признаны богословским факультетом Сорбонны еретическими.

«Гаргантюа и Пантагрюэль» неразрывно связан с народной культурой Франции позднего Средневековья и Возрождения. Из неё Франсуа Рабле позаимствовал своих главных героев и некоторые литературные формы.
Автор призывает нас знать меру во всём, в еде и в удовольствиях тела. Не забывать о душе своей, заботиться о своей духовности, так как главная цель человека стать гармоничной личностью.

Чревоугодие (обжорство) – это пристрастие к вкусной, обильной и вредной пище, нарушение постов. Неумеренность и жадность в еде унижает достоинство человека. В античности считалось, что обжорство вызывает как телесное страдание, так и страдание души, так как предмет радости сластолюбца не является истинным благом. Борьба с пороком обжорства предполагает не столько волевое подавление позывов к еде, сколько размышление о её истинном месте в жизни.

Преподобный Авва Дорофей в «Душеполезных поучениях», разделял грех чревоугодия на две составляющие:

Гастримаргия (греч. чревобесие) — стремление человека просто наполнить своё чрево, не особенно уделяя внимание вкусу пищи.

Лемаргия (греч. гортанобесие) — стремление человека к наслаждению от потребления вкусной пищи, получение удовольствия от вкуса.

Чревоугодники возвышали всегда чувственное удовольствие, а не духовность. Это победа тела над духом, которая доводит человека до скотского состояния. Обжорство погружает человека в мрачную дремоту, делает его ленивым и тупым. Чтобы лечить болезнь нужно выяснить откуда она появилась и убрать факторы риска.

Рекомендации по излечению:

1. Начинаем контролировать размер порций еды. Ежедневно снижаем его понемногу.

2. Выпивать за 15 минут до еды стакан тёплой воды.

3. Начинаем соблюдать режим дня, совершаем прогулки и делаем зарядку.

4. Меняем рацион, состав пищи.

5. Приём пищи 5-6 раз в день, каждые 2-3 часа мини-порциями (две ладошки).

Смысл дробного питания заключается в разделении приемов пищи на 5-6 раз и уменьшении объемов порций. Разделив питание на 2,5 — 3 часа, можно сформировать привычку здорового питания, сбросив в неделю до 1,5 кг.

Слизистой желудка вырабатывается гормон грелин при длительных перерывах между трапезами. Он отвечает за чувство голода. Чем больше он вырабатывается, тем быстрее ощущается голод. Уменьшая промежутки времени в питании, добиваются того, что грелину не будет хватать времени для набора необходимой концентрации. Это позволит повысить уровень метаболизма, снизить вес и закрепить результат.
http://islimming.ru/9997/pitanie-malenkimi-portsiyami/

Нарушение нормального процесса работы кишечника приводит к запору, диареи. Микрофлору кишечника образуют лактобактерии, бифидобактерии, пропионобактерии, энтерококки, кишечная палочка.

Причины, способствующие нарушению работы кишечника:

стрессы, депрессия, психологические расстройства;

неправильное, несбалансированное питание;

малоподвижный образ жизни (работа в офисе, к примеру);

частые переезды (смена климатических условий);

заболевания — сахарный диабет, сбои в нервной системе, геморрой и т. д.;

некачественная, либо высококалорийная пища;

запоры. Трудности с опорожнением кишечника могут возникнуть на фоне употребления высокого количества белков, растительной пищи и воды;

лекарственные препараты — наркотические анальгетики, слабительные, антидепрессанты, препараты для сердца и лекарства, понижающие давление.

Чтобы стабилизировать работу кишечника нужно отказаться от вредных привычек, нормализовать своё питание и режим дня. Для этого потребуется большая сила воли и человеку самому порой не справиться. Сейчас создано много медицинских центров по оказанию помощи людям, которые нуждаются в психологической помощи по этому вопросу. Не затягивайте с этим! Берегите себя и своё здоровье!

Ссылка на основную публикацию
×
×