×

Анализ сказки Бедный волк Салтыкова-Щедрина

Анализ сказки Бедный волк Салтыкова-Щедрина

Сказка «Бедный волк» относится к позднему периоду творчества. Рассказы аллегории, где героями выступают сознательные животные, не редкость у Салтыкова, но сказка о бедном волке отличается особо тяжелым содержанием. В ней писатель размышляет о жестокости и ее причинах, о людях угодных и неугодных для общества, но к определенности так и не приходит. Так почему же волк – образ зла и жестокости, наречен автором бедным?

История создания

В России после 1830-х годов в либеральное народное движение активно проникают идеи социализма. Теория равенства и всеобщего блага не осталась писателем без внимания и он создает несколько сказок на эту тему, таких как «Карась-идеалист», «Самоотверженный заяц» и «Бедный волк», причем две последние сказки связаны, это можно понять по словам автора в экспозиции.

Сюжет

Волк самый жестокий зверь в лесу. Его все проклинают за душегубства, а он не может не есть мяса: то овцу задерет, то мальчишку. На волка стенает весь лес.

Однажды медведь изловчился поймать серого и задумал его судить. Но, поговорив с волком, косолапый отпустил его, так как понял, что не может осудить его за то, что он добывал себе пропитания. Пока волк был молод он много убивал и ел.

Но постарел он, оплешивел, стал ни на что негодный. В конце концов измученный зверь, не способный загнать и зайца, выходить к охотникам, чтобы принять смерть.

Образ волка

Так повелось, что в русском фольклоре волка не любят. Над ним потешается хитрая лиса, его лупят охотники, да даже поросята поджигают хвост. Серый волк – главный мерзавец или реже глупец, с которым любо дело разделаться.

Салтыков-Щедрин рассмотрел этот образ иначе. Он сосредоточил внимание на том, что единственная пища для волка мясо, и, чтобы выжить, ему приходиться убивать. И тогда ненависть окружающих неоправданна, потому что волк хоть и делает много худого, но не знает об этом: «Он думает, что живет –только и всего».

Но не один волк злодействует в сказке. Наравне с ним в жестокости писателем поставлены люди. Они убивают животных на охоте, но почему-то не осуждают друг друга. Вот и получается, что волка выбрали объектом ненависти, и всю жизнь он вынужден мириться с враждебностью, не имея возможности изменить это. Поэтому волк и назван бедным.

Идея

В этой сказке Салтыков-Щедрин борется с таким пороком людей как предосуждение. Часто, дав определение человеку, мы словно навешиваем на него ярлык, совершенно забывая, что у любой вещи две стороны медали. Поэтому нельзя разделять людей на добрых и злых, ведь это бесполезно.

2 вариант

Салтыков-Щедрин в сказке «Бедный волк» продолжает идею произведения «Самоотверженный заяц» о том, что все поступки и поведение человека в обществе так или иначе влияет на других людей, их поступки.

Во всеобщем сознании волк – это хищник, злодей, пожирающих других зверей. В этом произведении волк предстает тем же хищником, но только мы видим волка с другой стороны. Он вынужден убивать, для того, чтобы выжить. Отсюда и сочувствие «бедный» волк. И это не насмешка, не своеобразный юмор. Волк действительно лишен выбора, он убивает своих жертв не ради получения богатства, это не доставляет ему удовольствия. Если он не поест – будет выть от голода, пугая не только зверей, но и людей.

Выходя на охоту – он не знает, вернется ли живым сам. Люди устраивают ловушки, охотятся на него, да и можно попасться в лапы более крупного зверя. Однажды так и случается, его ловит медведь. Медведь дает ему выбор – отказывайся от убийств и я тебя отпущу. На что волк ему отвечает – а как же я откажусь? Я ведь по-другому не могу жить? Отказавшись от убийств, я умру от голода сам. Медведь жалеет волка, ведь сам он может питаться медом, малиной и жить припеваючи. Но говорит волку – лучше –мереть, чем жить так.

Волк живет дальше, но эта мысль не дает покоя ему. Состарившись, он сам решает пойти на смерть, ведь так жить ему уже действительно невозможно. Он страдает от внутренних противоречий, от непонимания того, почему его сотворили именно таким. Волк не выбирал быть ему убийцей или нет, за него всё решили. И к тому же, он не нашел понимания у других зверей. И вот, волк принял решения самому выйти к охотникам, и, не сопротивляясь, сдаться в лапы смерти.

В произведении «Бедный волк» четко прослеживается отсылка к взаимоотношению людей в нашем обществе. Если ты «не такой», тебя задирают, обзывают, изгоняют из общества, всячески избегают. Изгои не понимают, за что с ними так, ведь они не выбирали, быть им такими или не быть. Очень часто таких людей посещают мысли о самоубийстве, а некоторые доводят эту мысль до исполнения.

Важно помнить, что на месте «бедного волка» может оказаться любой, и проявлять сочувствие и доброту, попытаться взглянуть на мир глазами этого человека.

Также читают:

Картинка к сочинению Анализ сказки Бедный волк Салтыкова-Щедрина

Популярные сегодня темы

Очень правильно, я считаю, что появился день и пожилого человека. Есть женский день, мужской… День детский тоже есть – летом. А вот про день стариков я слышу впервые. Да, и название правильное – лучше, чем старик, звучит.

Распространение слуха о сумасшедшем состоянии главного персонажа произведения возникает в третьем действии пьесы на званом балу в фамусовском доме из-за случайно оброненной фразы Софьи Фамусовой.

Петро Мелехов – старший брат Григория Мелехова, главного героя романа-эпопеи М.Шолохова «Тихий Дон». Он во многом напоминает мать, совсем непохож на своего брата турецкой крови. Нет в нем и тех черт характера, которые были присущи роду Мелеховых.

Комедийная пьеса «Горе от ума» стала настоящим выдающимся достижением Александра Сергеевича Грибоедова, самобытной классикой русской литературы первой половины XIX века

Александр Андреевич Чацкий – главный герой произведения А. С. Грибоедова и один из самых известных и противоречивых персонажей всей русской литературы

Анализ сказки Салтыкова-Щедрина Бедный волк

Главный герой этой сказки – «злодей» волк, чей характер и раскрывается тут. В очеловеченном и современном Салтыкову-Щедрину обществе зверей волк оправдан лишь автором. Писатель объясняет, что волку ничего в жизни и не остаётся, кроме убийств и грабежей. Он ведь хищник, травой питаться не может, а кормиться, приносить еду волчице и своим детям – надо! А ещё он не самый сильный зверь в лесу, всё-таки. И слышит он лишь «проклятый разбойник», от чего только злей становится.

Милосердие, понятно, волку совсем не свойственно – не может он так просто отпустить свою добычу. Приходится и рисковать ему, и не доедать. Один раз овцу повезёт утащить, так ему и его детям ещё это будут поминать.

От рассуждений об абстрактном волке автор переходит к конкретному герою – матерому волку. Вот он никогда не голодал, все время охотился, прилагал усилия, считай, работал усердно. Но и от природы был тот волк ловким и сильным.

Однажды попал он в лапы к медведю. Топтыгин знал, что от волков медведям тоже иногда достаётся. Например, стая может потрепать одинокого медведя. И вообще, как главный в лесу, медведь понимал, что этого хищника никто не любит. Убивать его толку нет – даже у шкуры ценности никакой. Задумался Мишка – не хотелось лап марать, а ещё, раз уж Природа создала волка, то есть и от него какая-то польза, а не только зло. Мишка спрашивает волка, а есть ли у него совесть. Какая совесть, если выживать приходится? Волк оправдывается, приводит в пример Лису, которая подлей его. Отпустил медведь волка, но сказал, что на его месте не стал бы дорожить жизнью.

Когда этот волк стал стареть, ослабевать, даже трусить, вспомнил он эти слова. А ещё один раз унёс он ягнёнка. Маленький и ещё наивный ягненок стал просить волка о пощаде. Никогда ни одна покорная овца не делала этого… И впервые волк проявил милосердие! Он отпустил ягненка, а сам решил уморить себя голодом. Дело в том, что своей жизни, роли, общей ненависти он был не рад. Он стал звать смерть, и она освободила «душегуба» от зверей и людей, от него самого. И сама очеловеченная смерть пожалела бедного волка.

Язык сказки стилизован лексикой под девятнадцатый век: «корысть», «разбойничать», «шибко», «клясть» и так далее.

Философская сказка, где волк – страдалец, почти лирический герой. Конечно, речь здесь не о животном царстве, а о людском обществе, о злодеях «волею судьбы». Но каждый может стать на путь исправления.

2 вариант

М.Е. Салтыков-Щедрин начал писать свои сатирические сказки в шестидесятые годы 19 века, отразив в них все основные проблемы современного гражданского общества. Основная идея произведения «Бедный волк» проста и очевидна: волк, рожденный хищником, никогда не станет травоядным, природу невозможно изменить. Под образом волка читатель, безусловно, угадывает фигуру чиновника, стоящего у власти.

Автор вначале оправдывает животное, говоря о том, что волк жесток не по своей воле: чтобы жить, он должен есть, а есть он ничего, кроме мяса, не может. С этой точки зрения его даже можно и пожалеть, утверждает писатель. Ведь не каждый зверь желает стать чьей-то добычей, а значит, чтобы прокормиться, волку надо проявить чудеса охоты, поэтому зачастую он ходит голодный и битый. От того и воет по вечерам, наводя ужас на человека и зверье своим жалобным стоном. Но слышится всем в его плаче не тоска и печаль, а угроза их спокойной жизни. И дня не проходит, чтобы кто-то не помянул в сердцах хищника. Овца ли у человека пропала, гнездо ли чье-то разорено – во всех бедах винят волка. И от мертвого хищника никому никакой пользы нет: мясо у него жесткое, шкура не нужная. В общем, со всех сторон жизнь волка незадачливая. Жить, не убивая, он не может, да и не задумывается о том, что как-то иначе существовать надо.

Но так было до поры до времени, пока один волк из всего хищного отродья не решил, что живет он как-то неправильно, немилосердно. Смолоду он нагрешил много, никогда голодным не сидел, а под старость лет, когда матерым сделался, попал в лапы к медведю. Топтыгин, рассуждая про себя, что ему теперь с этим хищником делать, решил пока призвать его к совести, мол, не стыдно было всю жизнь душегубом жить. А волк ему и ответил, что ничего противного своей природе не совершает и одно только мясо и ест: вся малина и мед медведю достается.

Задумался Топтыгин над справедливостью волчьих слов и отпустил его на свободу, добавив на прощанье, что с такой грешной жизнью волку надо о легкой смерти мечтать. Волк сначала словам этим значения не придал, а когда совсем уже старым стал, поймал маленького ягненка, умолявшего его отпустить к маме-папе, и припомнились тут вдруг слова медведя. И задумался волчара о бессмысленности своей жизни, и захотелось ему одного – быстрее счеты с ней свести. И до самой последней своей минуты так и жил-мучился, мечтая о смерти и проклиная себя, что не может не убивать.

Анализ сказки Салтыкова-Щедрина Бедный волк

Несколько интересных сочинений

Здоровье – это ключевое понятие данной поговорки, уже столько много времени «гуляющей» среди народа. Сейчас она как нельзя кстати злободневна.

Гончаров, Иван Александрович, величайший русский критик и писатель, который стал известен, благодаря своим работам

Вера Розальская. Молодая особа, основное действующее лицо «Что делать?», с помощью сновидений которой, писатель трактует собственные рассуждения и мировоззренческие мысли

Здравствуй, Антон. Прошло пол года, как ты переехал в другой город. С того времени как ты уехал многое в классе поменялось

Живет этот сказочный персонаж на всем готовом, гордясь собой и потакая собственным прихотям. Только ему и невдомек из чего складывается блаженное существование. Крестьян, которым на самом деле всем обязан

Бедный волк

Другой зверь, наверное, тронулся бы самоотверженностью зайца, не ограничился бы обещанием, а сейчас бы помиловал. Но из всех хищников, водящихся в умеренном и северном климатах, волк всего менее доступен великодушию.

Однако ж не по своей воле он так жесток, а потому, что комплекция у него каверзная: ничего он, кроме мясного, есть не может. А чтобы достать мясную пищу, он не может иначе поступать, как живое существо жизни лишить. Одним словом, обязывается учинить злодейство, разбой.

Не легко ему пропитание его достается. Смерть-то ведь никому не сладка, а он именно только со смертью ко всякому лезет. Поэтому кто посильнее – сам от него обороняется, а иного, который сам защититься не может, другие обороняют. Частенько-таки волк голодный ходит, да еще с помятыми боками вдобавок. Сядет он в ту пору, поднимет рыло кверху и так пронзительно воет, что на версту кругом у всякой живой твари, от страху да от тоски, душа в пятки уходит. А волчиха его еще тоскливее подвывает, потому что у нее волчата, а накормить их нечем.

Нет того зверя на свете, который не ненавидел бы волка, не проклинал бы его. Стоном стонет весь лес при его появлении: “Проклятый волк! убийца! душегуб!” И бежит он вперед да вперед, голову повернуть не смеет, а вдогонку ему: “Разбойник! живорез!” Уволок волк, с месяц тому назад, у бабы овцу – баба-то и о сю пору слез не осушила: “Проклятый волк! душегуб!” А у него с тех пор маковой росинки в пасти не было: овцу-то сожрал, а другую зарезать не пришлось. И баба воет, и он воет. как тут разберешь!

Говорят, что волк мужика обездоливает; да ведь и мужик тоже, как обозлится, куда лют бывает! И дубьем-то он его бьет, и из ружья в него палит, и волчьи ямы роет, и капканы ставит, и облавы на него устраивает. “Душегуб! разбойник! – только и раздается про волка в деревнях, – последнюю корову зарезал! остатнюю овцу уволок!” А чем он виноват, коли иначе ему прожить на свете нельзя?

И убьешь-то его, так проку от него нет. Мясо – негодное, шкура жесткая – не греет. Только и корысти-то, что вдоволь над ним, проклятым, натешишься, да на вилы живьем поднимешь: пускай, гадина, капля по капле кровью исходит!

Не может волк, не лишая живота, на свете прожить – вот в чем его беда! Но ведь он этого не понимает. Если его злодеем зовут, так ведь и он зовет злодеями тех, которые его преследуют, увечат, убивают. Разве он понимает, что своею жизнью другим жизням вред наносит? Он думает, что живет – только и всего. Лошадь – тяжести возит, корова – дает молоко, овца – волну, а он – разбойничает, убивает. И лошадь, и корова, и овца, и волк – все “живут”, каждый по-своему.

И вот нашелся, однако ж, между волками один, который долгие веки все убивал да разбойничал, и вдруг, под старость, догадываться начал, что есть в его жизни что-то неладное.

Жил этот волк смолоду очень шибко и был одним из немногих хищников, который почти никогда не голодал. И день, и ночь он разбойничал, и все ему с рук сходило. У пастухов из-под носу баранов утаскивал; во дворы по деревням забирался; коров резал; лесника однажды до смерти загрыз; мальчика маленького, у всех на глазах, с улицы в лес унес. Слыхал он, что его за эти дела все ненавидят и клянут, да только лютей и лютей от этих покоров становился.

– Послушали бы, что в лесу-то делается, – говорил он, – нет той минуты, чтоб там убийства не было, чтоб какая-нибудь зверюга не верещала, с жизнью расставаясь, – так неужто ж на это смотреть?

И дожил он таким родом, промежду разбоев, до тех лет, когда волк уж “матерым” называется. Отяжелел маленько, но разбои все-таки не оставил; напротив, словно бы даже полютел. Только и попадись он нечаянно в лапы к медведю. А медведи волков не любят, потому что и на них волки шайками нападают, и частенько-таки слухи по лесу ходят, что там-то и там-то Михайло Иваныч оплошал: в клочки серые вороги шубу ему разорвали.

Держит медведь волка в лапах и думает: “Что мне с ним, с подлецом делать? ежели съесть – с души сопрёт, ежели так задавить да бросить – только лес запахом его падали заразишь. Дай, посмотрю: может быть, у него совесть есть. Коли есть совесть, да поклянется он вперед не разбойничать – я его отпущу”.

– Волк, а волк! – молвил Топтыгин, – неужто у тебя совести нет?

– Ах, что вы, ваше степенство! – ответил волк, – разве можно хоть один день на свете без совести прожить!

– Стало быть, можно, коли ты живешь. Подумай: каждый божий день только и вестей про тебя, что ты или шкуру содрал, или зарезал – разве это на совесть похоже?

– Ваше степенство! позвольте вам доложить! должен ли я пить-есть, волчиху свою накормить, волчат воспитать? какую вы на этот счет резолюцию изволите положить?

Подумал-подумал Михайло Иваныч, – видит: коли положено волку на свете быть, стало быть, и прокормить он себя право имеет.

– А ведь я, кроме мясного, – ни-ни! Вот хоть бы ваше степенство, к примеру, взять: вы и малинкой полакомитесь, и медком от пчел позаимствуетесь, и овсеца пососете, а для меня ничего этого хоть бы не было! Да опять же и другая вольгота у вашего степенства есть: зимой, как заляжете вы в берлогу, ничего вам, кроме собственной лапы, не требуется. А я и зиму, и лето – нет той минуты, чтобы я о пище не думал! И все об мясце. Так каким же родом я эту пищу добуду, коли прежде не зарежу или не задушу?

Задумался медведь над этими волчьими словами, однако все еще попытать хочет.

– Да ты бы, – говорит, – хоть полегче, что ли.

– Я и то, ваше степенство, сколько могу, облегчаю. Лисица – та зудит: рванет раз – и отскочит, потом опять рванет – и опять отскочит. А я прямо за горло хватаю – шабаш!

Еще пуще задумался медведь. Видит, что волк ему правду-матку режет, а отпустить его все еще опасается: сейчас он опять за разбойные дела примется.

– Раскайся, волк! – говорит.

– Не в чем мне, ваше степенство, каяться. Никто своей жизни не ворог, и я в том числе; так в чем же тут моя вина?

– Да ты хоть пообещай!

– И обещать, ваше степенство, не могу. Вот лиса – та вам что хотите обещает, а я – не могу.

Что делать? Подумал, подумал медведь, да наконец и решил.

– Пренесчастнейший ты есть зверь – вот что я тебе скажу! – молвил он волку. – Не могу я тебя судить, хоть и знаю, что много беру на душу греха, отпуская тебя. Одно могу прибавить: на твоем месте я не только бы жизнью не дорожил, а за благо бы смерть для себя почитал! И ты над этими моими словами подумай!

И отпустил волка на все четыре стороны.

Освободился волк из медвежьих лап и сейчас опять за старое ремесло принялся. Стонет от него лес, да и шабаш. Повадился в одну и ту же деревню; в две, в три ночи целое стадо зря перерезал – и ништо ему. Заляжет с сытым брюхом в болоте, потягивается да глаза жмурит. Даже на медведя, своего благодетеля, войной пошел, да тот, по счастию, вовремя спохватился да только лапой ему издали погрозил.

Долго ли, коротко ли он так буйствовал, однако и к нему наконец старость пришла. Силы убавились, проворство пропало, да вдобавок мужичок ему спинной хребет поленом перешиб; хоть и отлежался он, а все-таки уж на прежнего удальца-живореза не похож стал. Кинется вдогонку за зайцем – а ног-то уж нет. Подойдет к лесной опушке, овечку из стада попробует унести – а собаки так и скачут-заливаются. Подожмет он хвост, да и бежит с пустом.

– Никак, я уж и собак бояться стал? – спрашивает он себя.

Воротится в логово и начнет выть. Сова в лесу рыдает, да он в болоте воет – страсти господни, какой поднимется в деревне переполох!

Только промыслил он однажды ягненочка и волочет его за шиворот в лес. А ягненочек-то самый еще несмысленочек был: волочет его волк, а он не понимает. Только одно твердит: “Что такое? что такое. “

– А я вот покажу тебе, что такое. мммерррза-вец! – остервенился волк.

– Дяденька! я в лес гулять не хочу! я к маме хочу! не буду я, дяденька, не буду! – вдруг догадался ягненочек и не то заблеял, не то зарыдал, – ах, пастушок, пастушок! ах, собачки! собачки!

Остановился волк и прислушивается. Много он на своем веку овец перерезал, и все они какие-то равнодушные были. Не успеет ее волк ухватить, а она уж и глаза зажмурила, лежит, не шелохнется, словно натуральную повинность исправляет. А вот и малыш – а поди как плачет: хочется ему жить! Ах, видно, и всем эта распостылая жизнь сладка! Вот и он, волк, – стар-стар, а все бы годков еще с сотенку пожил!

И припомнились ему тут слова Топтыгина: “На твоем бы месте я не жизнь, а смерть за благо для себя почитал. ” Отчего так? Почему для всех других земных тварей жизнь – благо, а для него она – проклятие и позор?

И, не дождавшись ответа, выпустил из пасти ягненка, а сам побрел, опустив хвост, в логово, чтобы там на досуге умом раскинуть.

Но ничего ему этот ум не выяснил, кроме того, что он уж давно знал, а именно: что никак ему, волку, иначе прожить нельзя, как убийством и разбоем.

Лег он плашмя на землю и никак улежать не может. Ум – одно говорит, а нутро – чем-то другим загорается. Недуги, что ли, его ослабили, старость ли в разор разорила, голод ли измучил, только не может он прежней власти над собой взять. Так и гремит у него в ушах: “Проклятый! душегуб! живорез!” Что ж в том, что он за собой вольной вины не знает? ведь проклятий-то все-таки не заглушишь! Ох, видно, правду сказал медведь: только и остается, что руки на себя наложить!

Так ведь и тут опять горе: зверь – ведь он даже рук на себя наложить не умеет. Ничего сам собой зверь не может: ни порядка жизни изменить, ни умереть. Живет он словно во сне, и умрет – словно во сне же. Может быть, его псы растерзают или мужик подстрелит; так и тут он только захрапит да корчей его на мгновенье сведет – и дух вон. А откуда и как пришла смерть – он и не догадается.

Вот разве голодом он себя изведет. Нынче он уж и за зайцами гоняться перестал, только около птиц ходит. Поймает молодую ворону или витютня – только этим и сыт. Так даже и тут прочие витютни хором кричат: “Проклятый! проклятый! проклятый!”

Именно проклятый. Ну, как-таки только затем жить, чтобы убивать и разбойничать? Положим, несправедливо его проклинают, нерезонно: не своей волей он разбойничает, – но как не проклинать! Сколько он зверья на своем веку погубил! сколько баб, мужиков обездолил, на всю жизнь несчастными сделал!

Много лет он в этих мыслях промучился; только одно слово в ушах его и гремело: “Проклятый! проклятый! проклятый!” Да и сам себе он все чаще и чаще повторял: “Именно проклятый! проклятый и есть; душегуб, живорез!” И все-таки, мучимый голодом, шел на добычу, душил, рвал и терзал.

И начал он звать смерть. “Смерть! смерть! хоть бы ты освободила от меня зверей, мужиков и птиц! Хоть бы ты освободила меня от самого себя!” – день и ночь выл он, на небо глядючи. А звери и мужики, слыша его вой, в страхе вопили: “Душегуб! душегуб! душегуб!” Даже небу пожаловаться он не мог без того, чтоб проклятья на него со всех сторон не сыпались.

Наконец смерть сжалилась-таки над ним. Появились в той местности “лукаши” [“Лукаши” – мужички из Великолуцкого уезда Псковской губернии, которые занимаются изучением привычек и нравов лесных зверей и потом предлагают охотникам свои услуги для облав. (Прим. М. Е. Салтыкова-Щедрина.) ] и соседние помещики воспользовались их прибытием, чтоб устроить на волка охоту. Лежит однажды волк в своем логове и слышит – зовут. Он встал и пошел. Видит: впереди путь вехами означен, а сзади и сбоку мужики за ним следят. Но он уже не пытался прорваться, а шел, опустив голову, навстречу смерти.

И вдруг его ударило прямо между глаз.

– Вот она. смерть-избавительница!

Впервые — ОД, 1883, сентябрь, № 55, стр. 6—9, в качестве третьего номера (подробнее см. выше, стр. 450). В России впервые — ОЗ, 1884, № 1, стр. 270—275, под номером вторым.

Сохранилась черновая рукопись ранней редакции (ИРЛИ).

Сказка написана в январе 1883 года (см. стр. 451), набрана для февральского номера ОЗ, но по цензурным соображениям из него изъята.

При подготовке сказки для публикации в ОЗ Салтыков провел стилистическую правку и исключил из текста фразу «Не то, чтобы он виноват, а сама его жизнь — ад кромешный», заключавшую абзац «И вот нашелся. » (см. стр. 40).

Сказка «Бедный волк» продолжает сказку «Самоотверженный заяц». Это подтверждается как указанием писателя на то, что между названными сказками «есть связь», так и первой фразой сказки о «бедном волке».

В «Бедном волке» Салтыков воплотил одну из своих постоянных идей о социально-исторической детерминированности поведения человека. Эту идею писатель затрагивал в «Губернских очерках» (см. в наст. изд. т. 2, стр. 302), в последней главе «Господ Головлевых», в «Круглом годе» (т. 13, стр. 505), в «Приключении с Крамольниковым» и во многих других произведениях, а в сказке дал ей наиболее глубокую философскую разработку. «Xищник» не может изменить своей природы. Отсюда своеобразная модификация главного образа сказки под пером Салтыкова. В фольклорной традиции многих народов «волк» — это символ зла. Салтыков придает «волку» эпитет «бедный» и заставляет «бедного волка» с облегчением воскликнуть в момент, когда его убивают: «Вот она. смерть избавительница!» Зоологическая, «волчья» параллель к эксплуататорам с исключительной рельефностью обрисовывала могущество власти общего «порядка вещей» над душами и поступками людей. Некоторые критики усмотрели в сказке пессимистическую «философию фатальности взаимного пожирания». Между тем Салтыков не был сторонником абсолютного детерминизма, в решении социальных проблем он придавал большое, а порой и преувеличенное значение моральному фактору, он предпочитал и считал возможным путь «бескровного» движения к «социальной гармонии». Чуждаясь насильственных методов борьбы, Салтыков постоянно сомневался в возможности обойтись без них. Трагические раздумья писателя о выборе путей борьбы с социальным злом выразились в «Бедном волке» как и в «Карасе-идеалисте» особенно сильно. Окончательного выбора в позитивной форме Салтыков не сделал. Но всем смыслом объективной картины, показывающей, что «ничего сам собой зверь не может: ни порядка жизни изменить, ни умереть», «Бедный волк» разоблачал несостоятельность наивных надежд на милосердие и великодушие эксплуататоров, на их мирное и добровольное социально-нравственное перерождение.

Энциклопедия сказочных героев

Все о сказках для читательского дневника. Русские народные сказки, сказки народов мира, сказки русских и зарубежных писателей.

суббота, 7 декабря 2019 г.

Салтыков-Щедрин М. “Бедный волк”

Жанр: сатирическая сказка

Главные герои сказки “Бедный волк” и их характеристика

  1. Волк. Негодяй, душегуб, разбойник. Раскаялся.
  2. Топтыгин. Добрый и справедливый медведь. Наивный.

План пересказа сказки “Бедный волк”

  1. Особенности жизни волков
  2. Волк в лапах медведя
  3. Советы Топтыгина
  4. Ответы волка
  5. Старость пришла
  6. Ягненок и волк
  7. Мольбы о смерти
  8. Облава

Кратчайшее содержание сказки “Бедный волк” для читательского дневника в 6 предложений

  1. Тяжело жить волкам, все время приходится кого-то жизни лишать.
  2. За то и зовут их душегубами, за то проклинают, и ловушки ставят.
  3. Раз Топтыгин стал волка совестить, предлагал ему чужую жизнь ценить больше своей смерти.
  4. Волк не слушал Топтыгина, пока молод был, но постарел и задумался.
  5. Отпустил волк ягненка, только от сильного голода кого-то убивал.
  6. Молил волк о смерти, и пришла она в образе мужиков-загонщиков.

Главная мысль сказки “Бедный волк”
Всяк живет так, как ему от природы положено.

Чему учит сказка “Бедный волк”
Сказка учит тому, что нет единой правды, правды для всех. У каждого своя правда и каждый живет так, как считает правильным. Учит не навязывать другим свое мнение, свою волю. Учит не подходить к другим со своей меркой, оценивать чужие поступки со своей колокольни.

Отзыв на сказку “Бедный волк”
Это очень интересная, но тяжелая сказка, что вообще характерно для творчества этого писателя. Волк в сказке не виноват в том, что разбойничает, ведь иначе он не может выжить. Исправить его нельзя, можно только убить. Но смерть не является выходом, хотя и может иногда казаться избавлением.

Пословицы к сказке “Бедный волк”
В чужой монастырь со своим уставом не ходят.
Волк по утробе вор, а человек по зависти.
Волка кормят зубы, а зайца спасают ноги.
С волками жить – по-волчьи выть.
Чему быть, того не миновать.

Читать краткое содержание, краткий пересказ сказки “Бедный волк”
Волк меньше всего склонен к великодушию. И дело тут в том, что волк питается мясом, а чтобы мясо достать приходится других зверей убивать.
Никому смерть не мила и поэтому нелегко приходится волку добывать себе пропитание. От него защищаются как могут, и часто волк возвращается домой с побитыми боками, и долго воет на луну.
Никто не любит волка, все кричат ему вслед “Разбойник! Душегуб!”, а волк овцу дерет, потому что у него неделю во рту маковой росинки не было.
Мужик на волка облавы устраивает, ямы роет, с кольями идет, а разве волк виноват, если корову зарезал, ведь ему тоже жить хочется.
Но вот раз нашелся среди волков тот, кто под старость решил, что в его волчьей жизни что-то не так. Попал этот волк в лапы к медведю и Топтыгин решил отпустить волка, если поймет, что у того совесть есть.
Стал Топтыгин спрашивать волка про его разбой и убийства, а волк отвечает, что ему волчат кормить надо и самому что-то кушать.
Видит Топтыгин, что прав в этом волк, но просит его полегче быть.
А волк отвечает, что и так быстро горло рвет, почти без боли.
Опять думает Топтыгин про правоту волка, но отпустить его не может – разбойник. Требует от волка раскаяться. Но волк говорит, что не в чем ему каяться.
Предлагает Топтыгин волку обещать, но и обещать не может волк.
И отпустил его Топтыгин, но сказал напоследок, что должен волк чужой жизнь дорожить, а свою смерть за благо почитать.
Продолжил волк после этого разбойничать, и разбойничал пока старость не пришла. Тогда собак бояться стал. Вот раз потащил волк в лес ягненка, а тот его умоляет отпустить, на жалость давит.
Задумался волк, вспомнил совет Топтыгина, и отпустил ягненка. Долго думал волк над своим поведением, пытался пересилить себя и отказаться от прежней жизни. Но голод гнал его терзать и убивать, и снова, и снова волк слышал крики “Проклятый!”
И стал волк молить о смерти, стал ее призывать.
И вскоре устроил помещик облаву на волков. Услышал волк зов, встал и пошел на загонщиков, голову свесив. Так и шел, пока его смерть не взяла-избавительница.

Особенности сюжета и композиции в сказке салтыкова щедрина “бедный волк”? ребят срочно,прошу вас не проходите мимо !♥♥♥ даю 50 баллов.

Что ты хочешь узнать?

Ответ

Сказки Салтыкова‑Щедрина отличают не только едкая сатира и подлинный трагизм, но и своеобразное построение сюжета и образов. К написанию «Сказок» автор подошел уже в зрелом возрасте, когда многое было осмыслено, пройдено и детально обдумано. Обращение к самому жанру сказки также неслучайно. Сказка отличается иносказательностью, емкостью высказывания. Объем народной сказки тоже не очень большой, что позволяет сосредоточиться на одной конкретной проблеме и показать ее как бы через лупу. Мне кажется, что для сатиры сказка является практически идеальным жанром, поскольку даже эзопов язык совершенно не затрудняет прочтения и понимания «кто есть кто». Кроме того, иносказание помогает преувеличивать тот или иной порок, что ведет к ситуации гротеска. В свою очередь гротеск помогает взглянуть на проблему под другим углом и в увеличенном свете. Это помогает осознать всю нелепость ситуации.

Сказка имеет несколько определенных черт. Среди них можно отметить особенность сюжетных линий и сказочных образов. В любой народной сказке присутствует противостояние Добра и Зла. У Салтыкова‑Щедрина ярко выражена оппозиция «высшие слои общества» – крестьяне или интеллигенция, «угнетатели – угнетенные», но при этом авторская симпатия не всегда на стороне бедных. Автор вообще редко отдает предпочтение какому‑либо герою своих сказок. Исключением можно считать сказку «Христова ночь». Здесь подвергаются рассмотрению христианские истины и моральные ценности – нет пощады только предателям.

С другой стороны, не везде прослеживается и презрение к персонажам – волки злые и жадные только потому, что «конституция у них такая». Такова изначальная природа вещей, которую нельзя изменить. Автор выступает непредвзятым судьей, всего лишь рассказчиком, который не предлагает конкретного решения, а показывает реальные персонажи в сказочных декорациях.

Еще одним отличием сказки народной от сказки Салтыкова‑Щедрина можно считать правило хорошего конца. В произведениях Салтыкова‑Щедрина конец далеко не всегда благополучный, чаще всего он бывает трагическим. Почему писатель не пытается создать произведение в соответствии с канонами жанра? Мне кажется, что счастливый конец противоречил бы самим принципам Салтыкова‑Щедрина и не выполнял бы тех задач, которые поставил перед собой автор. Цель сказок заключается в том, чтобы задуматься над собственными пороками и недостатками, осознать их значительность и масштабность. Только большой страх мог бы хоть каким‑то образом помочь их исправить. Естественно, при счастливом конце весь смысл поставленной задачи теряется.

Персонажи сказок Салтыкова‑Щедрина делятся на животных, которые наделены человеческими качествами в традиции русской народной сказки; людей – представителей современной писателю эпохи, былинные и библейские образы. Каждый из этих образов очень четко прорисован, автор опирается на ассоциации читателя и, более того, уверен, в правильности прочтения и толкования. Такое доверие со стороны автора вызывает у меня своеобразную гордость.

Язык и стиль сказок поражают своей простотой, которая, как ни парадоксально, делает их еще более трагичными и яркими. Образы, созданные более века назад, сохраняют актуальность и по сей день. Всегда были и будут те, кто захочет пожить за чужой счет, слабые и пассивные люди, оправдывающие свои пороки долготерпением и выставляющие недостатки достоинствами. Всегда были и будут вечно уверенные в своей правоте начальники‑самодуры, безропотные подчиненные и просто лентяи, любящие поразмышлять о судьбах человечества, при этом ничего не делая для того, чтобы сделать жизнь прекраснее. Но в сказках есть и предостережение: не стоит забывать о том, что случается подмена общечеловеческих моральных ценностей на те качества, которые удобнее. Намного легче пройти мимо нуждающегося человека, чем протянуть ему руку помощи. Намного легче осудить человека, чем попытаться его понять. В конце концов, намного легче быть волком, медведем, зайцем, воблой, лисицей или карасем, чем просто человеком.

Основная проблематика сказок М. Е. Салтыкова-Щедрина

Книга Салтыкова-Щедрина “Сказки” включает тридцать два произведения. Сказки обычно определяют как итог его сатирического творчества.

Салтыков-Щедрин затронул в этих маленьких произведениях множество социальных, политических, идеологических и моральных проблем. Он широко представил и глубоко осветил жизнь русского общества второй половины XIX в., воспроизвел всю его социальную анатомию, коснулся всех основных классов и группировок.

Произведения щедринского сказочного цикла объединяются некоторыми общими идеями и темами. Эти общие идеи и темы, проникая друг в друга, придают определенное единство всему циклу и позволяют рассматривать его как произведение целостное, охватываемое общей идейно-художественной концепцией.

Самый общий смысл в проблематике “Сказок” заключается в развитии идеи непримиримости классовых интересов в обществе, в стремлении понять самосознание угнетенных, в пропаганде социалистических идеалов и необходимости общенародной борьбы.

Идея непримиримости классов и борьбы против социального неравенства особенно ярко выражена в сказках “Медведь на воеводстве”, “Орел-меценат”, “Карась-идеалист”, “Бедный волк” и др. Сатирик, с одной стороны, рисует картину классовых противоречий, произвола властей и страдания угнетенных, с другой – разоблачает и клеймит несостоятельность и вред всяких рецептов мирного урегулирования классовых интересов.
В художественном зеркале “Сказок” представлены: 1) сатира на правительственные верхи самодержавия и эксплуататоров; 2) сатира на поведение разных слоев интеллигенции; 3) положение народных масс; 4) моральные проблемы и проблемы революционного мировоззрения.

Словами и образами, полными гнева и сарказма, Щедрин изобличает в сказках принципы эксплуататорского общества, идеологию и политику дворянства и буржуазии. Резкостью сатиры против верхов самодержавия отличаются три сказки: “Медведь на воеводстве”, “Орел-меценат” и “Богатырь”. В сказке “Медведь на воеводстве” издевательски высмеиваются царь, министры, губернаторы, заметны признаки памфлета на правительство Александра III. Основной смысл этой сказки состоит в разоблачении жестоких невежественных правителей эпохи и монархии как антинародной деспотической государственной системы.

В сказке “Орел-меценат” писатель высмеивает деятельность царизма на поприще просвещения. Орел-меценат решил заняться водворением наук и искусств при дворе, учредить “золотой век” просвещения. В этом произведении Щедрин заклеймил холопство в народе и искусстве, показал, что монархический строй враждебен подлинному просвещению. Он допускает его только в таких пределах и в таком виде, которые потребны для услаждения паразитических верхов: “орлы для просвещения вредны”.

Карающий смех сатирика не оставляет в покое представителей массового хищничества – дворянство и буржуазию. Они выступают в сказках то в обычном социальном облике помещика (“Дикий помещик”), генерала (“Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил”), купца (“Верный Трёзор”), кулака (“Соседи”), то – и это чаще – в образах волков, лисиц, щук, ястребов и т.д.
Умение сатирика обнажать “хищные интересы” крепостников ярко проявилось уже в первых его сказках – “Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил” и “Дикий помещик”. Приемами остроумной сказочной фантастики Щедрин показал, что источником материального благополучия и дворянской культуры является труд мужика. Генералы-паразиты обнаружили повадки диких зверей, очутившись на острове без прислуги, одни: “В глазах их светился зловещий огонь, зубы стучали, из груди вылетало глухое рычание. Они начали медленно подползать друг к другу и в одно мгновение ока остервенились”. Только появление мужика спасло их от окончательного озверения и вернуло им обычный “генеральский” облик.

В повествовании же о диком помещике мужик не нашелся. И помещик одичал, с головы до ног оброс волосами, “ходил же все больше на четвереньках”, “утратил даже способность произносить членораздельные звуки”.

Щедрин высмеивает лицемерие хищников-тунеядцев и разных прекраснодушных апологетов разбоя. Волк обещал помиловать зайца (“Самоотверженный заяц”), другой волк однажды отпустил ягненка (“Бедный заяц”), орел простил мышь (“Орел-меценат”), добрая барыня дала погорельцам милостыню, а поп обещал им счастливую загробную жизнь (“Деревенский пожар”) – об этом пишут с восхищением другие. Салтыков ниспровергает все эти панегирики, усыпляющие бдительность жертв. Разоблачая ложь о великодушии и красоте “орлов”, он говорит, что “орлы суть орлы только и всего. Они хищны, плотоядны . хлебосольством не занимаются, но разбойничают, а в свободное время (от разбоя) дремлют”.

Еще больше внимания, чем верхам, сатирик уделил в своих сказках изображению быта, психологии, поведения “пестрых людей”, разночинной массы, разоблачению обывательского страха перед жизнью. В “Премудром пискаре” сатирик выставил на публичный позор малодушие той части интеллигенции, которая в годы реакции поддалась постыдной панике. Пискарь, чтоб не быть съеденным хищными рыбами, забился в глубокую нору, лежит и “все-то думает: кажется, что я жив? Ах, что-то завтра будет?” Он не заводил ни семьи, ни друзей. “Он жил и дрожал – только и всего”.

Щедрин в сказке “Самоотверженный заяц” иронизирует, с одной стороны, над наглыми волчьими повадками поработителей, а с другой – над слепой покорностью их жертв.

В сказке “Карась-идеалист” речь идет о тех идейных заблуждениях, утопических иллюзиях, которые были присущи части передовой интеллигенции, принадлежавшей к лагерю демократии и социализма. В ней звучит мотив наивного правдоискательства и критика утопических иллюзий о возможности достижении социальной гармонии путем морального перевоспитания эксплуататоров.

Скорбная дума о положении народа, о его судьбе, о его нуждах, любовь к нему и забота о его счастье проходят через все творчество Щедрина. Образ народа представлен во многих сказках и, прежде всего, в таких, как “Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил”, “Дикий помещик”, “Праздный разговор”, “Коняга”, “Кисель” и др. В них писатель воплотил свои многолетние наблюдения над жизнью закабаленного русского крестьянства, горькие раздумья над судьбой угнетенного народа и свои светлые надежды на силу народную.

Наряду с политическими и социальными проблемами Щедрин постоянно касался в своем творчестве и проблем моральных. Осмеянию лживой морали эксплуататоров и пропаганде революционно-демократической нравственности посвящены такие сказки, как “Пропала совесть”, “Добродетели и пороки”, “Дурак”, “Баран Непомнящий”, “Христова ночь”, “Приключение с Крамольниковым”. В них сатирик показывает полное извращение всех нравственных категорий в паразитическом обществе, где совесть превращена в “негодную тряпицу”, добродетели легко уживаются с пороками на почве лицемерия, подлинное человеческое достоинство признают ненормальным, опасным и подвергают гонению.

Особое место в творчестве Щедрина занимают сказки о правдоискателях (“Христова ночь”, “Рождественская сказка”, “Путем-дорогою”). В них раскрывается трудность борьбы за правду и все-таки необходимость ее.

Внести сознание в народные массы, вдохновить их на борьбу за свои права, пробудить в них понимание своего исторического значения – в этом состоит основной идейный смысл “Сказок” Щедрина, и к этому он призывает своих современников.

Ссылка на основную публикацию
×
×