×

Сочинение Анализ рассказа Весна Тэффи

Анализ рассказа Тэффи Весна

В рассказе, на самом деле, чувствуется приход весны. Из балконных дверей достали вату, свежий воздух наполняет комнаты, светло-тепло. И в воздухе этом что-то необычное.

Даже Лиза (почти взрослая девушка, которой через несколько лет уже шестнадцать) чувствует волнение. Ей бы хотелось влюбиться, она ищет “объект” чувства.

Ее подруга Катя уже не просто влюблена, а уже у нее даже роман с кадетом. Наверняка, он старше ее! И они уже целовались, а еще… Но подробности она расскажет только завтра. Вот Лиза и тоскует.

А еще Катя спросила, в кого влюблена Лизочка. Та не в кого! Но стесняется признаться.

То есть в рассказе написано, что даже нет мальчишек рядом.

У нас вот тоже нет, то есть нет нормальных. Нельзя ведь влюбляться в непонятно кого…

Лиза даже думает влюбиться в жениха Кати. Хотя она его не видела толком, но слышала ведь о нем много хорошего. В итоге она не решается, чтоб не обидеть Катю.

То есть это я так поняла. Нехорошо влюбляться в одного парня на двоих, ссоры будут, ревность.

Выискивает Лиза объект любви с балкона, но так никого и не находит. Тут заглянул друг брата. Какой-то весь непонятный, хилый. И она в него влюбляется!

Не совсем верно, по-моему. Неподходящий кандидат!

Но он ее похвалил (бантик), а она уже готова отдать сердце и руку. Совсем не логично: похвалил бант – похвалил ее – влюблен – влюблена… Такая схема!

И Лиза все, кроме первого пункта, придумала.

Но это все влияние вены, видимо. Там написано, что Лиза, хотя и некрасивая, в веснушках и с крысиной косой, но кажется себе неотразимой красавицей. Крутится перед зеркалом, хвастается.

Даже грязная ленточка кажется ей красивой. Просто неадекватность какая-то!

Любовь в этом рассказе прямо в каждой строке. Любовь к противоположному полу, к себе… Но в этом я вижу иронию.

Надеюсь, что с героини (и с героя самого – студента Егорова) сойдет это опьянение.

Кстати, там еще мне понравился эпизод, когда Катя рассказывала, что в нее влюблен Саша. Оказалось, что это мальчишка восьми (или двенадцати) лет. Лиза разочарована, ее совсем не убеждает аргумент Кати, что мальчик из-за нее в воду бросался.

Думаю, что, наверное кадет тоже не так уж хорош, как рассказывает та Катя.

Твір на тему: Анализ рассказа Тэффи Весна

Related posts:

Анализ рассказа Тэффи ДуракиЭто интересный рассказ – рассуждение. И немного психологический портрет типа людей. Просто – дураков. Автор говорит, что дураки – вовсе не такие, к которым мы привыкли. Не умственно отсталые! Наоборот.

Анализ стихотворения Баратынского Весна, весна! как воздух чистЭто светлое стихотворение часто на конкурсах читают дети. Восторженный, оптимистический настрой, радость наполняют первые же строки. Здесь много восклицаний, повторений… Показано восхищение природой, возрождением жизни. Яркие цвета, все в солнечных.

Анализ стихотворения Е. Баратынского “Весна, весна! Как воздух чист!”Передо мною стихотворение Е. Баратынского ” Весна, весна! Как воздух чист!”. Это произведение написано одним из самых значительных русских поэтов первой половины XIX века. С первых же секунд прочтения чувства.

Анализ рассказа Куприна ТаперЭтот рассказ мне очень понравился тем, что он похож на живую биографию известного человека. И я так понимаю, что это правда. Специально я не узнавал, но мне хочется в это.

Анализ рассказа Чехова БелолобыйЭто, по-моему, очень трогательный рассказ – о человечности у зверей. Все герои очень трогательные. Не милые, а именно трогательные. Например, волчица… Как же ее можно назвать милой? Она суровая мать-одиночка.

Анализ стихотворения Плещеева ВеснаАнализ №1 Это стихотворение оригинально сочетает в своих строках пейзажную, психологическую и социальную лирику. Рассказчик находится в той точке стихотворения и времени, когда уже ручьи бегут, тает снег, но еще.

Анализ стихотворения Весна в лесу ПастернакБ. Л. Постернак очень хорошо получалось в своих работах передавать образы окружающего мира, они выходили, поистине живы и ярки. Но автор никогда не любил преувеличить реальность, потому его произведения просты.

“Весна” анализ стихотворения ЛермонтоваСтихотворение М. Ю. Лермонтова “Весна” было первым произведением поэта, попавшим в печать. Его впервые опубликовали в 1830 г. в альманахе “Атеней”. Как утверждала возлюбленная поэта Сушкова Е. А., это стихотворение.

“Весна, я с улицы, где тополь удивлен…” анализ стихотворения ПастернакаСтихотворение “Весна” Борис Пастернак написал в 1918 году, а опубликовал спустя пять лет в сборнике “Темы и вариации”. Оно входит в цикл “Нескучный сад”, где образ весны представлен достаточно объемно.

Анализ рассказа Горького Старуха ИзергильМаксим Горький особенно любил путешествовать по родным просторам. Много чего было взято из данных путешествий, и автор создал собрание очерков. Именно это стало основой написания рассказа “Старуха Изергиль”. Рассказ был.

Анализ рассказа Бунина Сны ЧангаИ. А. Бунин представляет собой классического образца литераторов окончания столетия. Поэт – фаталист, творениям которого присуща пылкость, страсть и недоверие. Фольклор этого творца сочетает в себе тяжкость человеческой участи, а.

Почему дарование Тэффи можно определить как грустный смех?Надежда Александровна Лохвицкая, она же Тэффи, неожиданно ворвалась в мир юмористической литературы. С первых своих рассказов она сильно выделялась из большого числа юмористов. Прозу Тэффи критика встретила дружными похвалами. Говорилось.

Анализ рассказа Чехова МальчикиНаписанный в 1887 году, опубликованный в “Петербургской газете”, рассказ А. П. Чехова “Мальчики”, является продолжением знаменитого цикла рождественских рассказов. Как и многие произведения того периода он был издан под псевдонимом.

Анализ рассказа Аверченко ВечеромЭто очень милый рассказ. Главное здесь – контраст. Разница между серьезным дядюшкой (он же главный герой и, видно, сам автор) и Лизочкой (маленькая племянница). Она очень искренняя, непосредственная, милая… И.

Анализ рассказа Чехова РазмазняОбраз “маленького человека” нашел отражение в рассказе А. П. Чехова “Размазня”. В самом начале складывается впечатление, будто размазней является главный герой рассказа: хозяин дома, отец двоих детей, так как он.

Анализ рассказа Allez! Куприна сочинение по произведениюРассказ этот кажется мне довольно поучительным. Нора – хорошая девушка, но она привыкла подчиняться другим, а это не приводит ее к собственному счастью, конечно. Она – воздушная гимнастка из цирка.

Анализ рассказа Чехова КрыжовникРассказ “Крыжовник” А. П. Чехов опубликовал в 1898 г. Данный рассказ составляет трилогию с двуми другими произведениями писателя “О любви” и “Человек футляре”. В этих рассказах автор поднимает темы узости.

Анализ стихотворения Ф. И. Тютчева “Весна”Стихотворение было написано в 1838-1839 году. В этот промежуток времени в жизни Федора Ивановича происходит много неприятных событий. Жена и дети Тютчева чуть не погибли при пожаре на пароходе “Николай.

Анализ рассказа Чехова ХамелеонНе один свой рассказ посвятил Чехов теме человеческой глупости, грубости и тому, как раболепствовали и заискивали люди перед выше поставленными личностями. Представляет он в произведениях самые обычные, повседневные ситуации. Рассказывает.

Анализ рассказа Чехова ТоскаА. П. Чехов – психолог человеческих душ. Читая его произведения, понимаешь, какая тонкая материя – душа человека. Трагизм переживаний не зависит от социального статуса человека. Главный герой рассказа “Тоска” –.

“Красавица”, анализ рассказа Бунина, сочинениеНачиная анализ рассказа “Красавица”, нужно в первую очередь обратить внимание на время его написания Буниным – сентябрь 1940 года. В следующем месяце писателю исполнилось семьдесят: возраст, при котором так приятно.

“ВЕСНА! ВЕСНА. ” – Прийди, весна красная!Літературне читання 2 клас – И. Н. Лапшина – 2012 Прийди, весна красная. “ВЕСНА! ВЕСНА. ” Весна, весна! Как воздух чист! Как ясен небосклон! Своей лазурию1 живой Слепит мне очи он.

Анализ рассказа Горького КоноваловВ данном рассказе пишется о том, что в пекарню, где работал Максим, хозяин нанимает еще одного пекаря, которого зовут Александр Коновалов. Человек лет тридцати, но в душе ребенок. Коновалов рассказывает.

“Бирюк”, анализ рассказа Ивана Сергеевича ТургеневаОснову литературного произведения составляет сюжет – последовательность событий, в ходе развития которых проявляется характер героев. Сами же основные события автор подбирает, исходя из личных представлений о взаимоотношениях людей и опираясь.

Анализ рассказа Бунина КрасавицаРассказ под названием “Красавица” написан осенью в 1940 году великим писателем Буниным. Эта новелла относится к философскому типу написания. Произведение очень маленькое, писатель поместил его всего на одной странице. В.

Анализ рассказа Бунина Темные аллеиБунин творил в 19 и 20 веках. Его отношение к любви было особенным: в начале люди сильно любили друг друга, но в конце либо один из героев умирает, либо расстаются.

Анализ рассказа Пришвина ПаутинкаМ. Пришвин – писатель, который посвятил свою жизнь изучению природы и наблюдению за ее красотой. Он никогда не обделял своим вниманием даже самую незначительную и мелкую частичку природы. В своем.

Анализ рассказа Пришвина Ребята и утятаМ. Пришвин всегда с любовью и с уважением относился к природе. Рассказы этого писателя пронизаны бережным отношением ко всему живому на планете. Рассказ “Ребята и утята” не является исключением. Маленькая.

“Бурмистр”, анализ рассказа Ивана Сергеевича ТургеневаЛетом и осенью 1846 года Иван Сергеевич Тургенев жил в своем имении Спасское-Лутовиново, где часто охотился. Когда писатель вернулся в Петербург, к нему обратились из редакции “Современника” с просьбой заполнить.

Анализ рассказа Горького ДачникиМаксим Горький написал рассказ об определенном сорте людей. Они бегут от светской жизни на дачу. Герои стремятся жить красиво, но тихо, испытывая страх перед жизнью. Самое темное произведение писателя. Он.

Анализ рассказа Тэффи Весна

Анализ рассказа тэффи весна. Сочинение анализ рассказа весна тэффи

Ехать по железной дороге всегда было интересно, а тут еще это странное приключение…

Началось так: тетя Женя задремала. Лиза достала книгу – стихотворения Алексея Толстого – и стала читать. Стихи Ал. Толстого она давно знала наизусть, но держать в руках эту книгу было само по себе очень приятно: зеленая с золотом, а на внутренней стороне переплета наклеена бумажка ведомства Императрицы Марии, свидетельствующая, что «книга сия дана ученице второго класса Елизавете Ермаковой в награду за хорошее поведение и отличные успехи».

Лиза раскрывала наугад страницы и читала.

А против нее сидел чернобородый господин, «старый, наверное лет сорока», и внимательно ее рассматривал.

Заметив это, Лиза смутилась, заправила волосы за уши. А господин стал смотреть на ноги. Тут уж наверное все обстояло благополучно – башмаки были новые. Чего же он смотрит?

Господин опять перевел глаза на ее лицо, чуть-чуть улыбнулся, покосился на тетю Женю, снова улыбнулся и шепнул:

Тут Лиза поняла: он влюбился.

И сейчас же инстинкт, заложенный в каждом женском естестве, даже в таком, пятнадцатилетнем, потребовал: «Влюблен – доканать его окончательно!»

И, скромно опустив глаза, Лиза развернула книгу так, чтобы он мог видеть похвальный лист. Пусть поймет, с кем имеет дело.

Подняла глаза: а он даже и не смотрит. Не понимает, очевидно, что это за лист наклеен.

Повернула книгу совсем боком. Будто рассматривает корешок. Теперь уж и дурак сообразит, что недаром здесь казенная печать и всякие подписи…

Какой странный! Никакого внимания. Смотрит на шею, на ноги. Или близорукий?

Подвинула книгу на коленях к нему поближе.

Тетка проснулась, вытянулась вверх, как змея, и водит глазами с Лизы на бородача и обратно. И щеки у нее трясутся.

Лиза подняла брови удивленно и обиженно. Пересела.

Весна

Балконную дверь только что выставили. Клочки бурой ваты и кусочки замазки валяются на полу. Лиза стоит на балконе, щурится на солнце и думает о Кате Потапович.

Вчера, за уроком географии, Катя рассказала ей о своем романе с кадетом Веселкиным. Катя целуется с Веселкиным, и еще у них что-то такое, о чем она в классе рассказать не может, а скажет потом, в воскресенье, после обеда, когда будет темно.

А ты в кого влюблена? – спрашивает Катя.

Я не могу тебе сказать этого сейчас,- ответила Лиза.- Я скажу тоже потом, в воскресенье.

Катя посмотрела на нее внимательно и крепко прижалась к ней.

Лиза схитрила. Но что же оставалось ей делать? Ведь не признаться же прямо, что у них в доме никаких мальчиков не бывает, и что ей и в голову не приходило влюбиться.

Это вышло бы очень неловко.

Может быть, сказать, что она тоже влюблена в кадета Веселкина? Но Катя знает, что она кадета никогда и в глаза не видала. Вот положение!

Но, с другой стороны, когда так много знаешь о человеке, как она о Веселкине, то ведь имеешь право влюбиться в него и без всякого личного знакомства. Разве это не так?

Легкий ветерок вздохнул свежестью только что растаявшего снега, пощекотал Лизу по щеке прядкой выбившихся из косы волос и весело покатил по балкону клубки бурой ваты.

Лиза лениво потянулась и пошла в комнату.

После балкона комната стала темной, душной и тихой.

Лиза подошла к зеркалу, посмотрела на свой круглый веснушчатый нос, белокурую косичку – крысиный хвостик и подумала с гордой радостью:

«Какая я красавица! Боже мой, какая я красавица! И через три года мне шестнадцать лет, и я смогу выйти замуж!»

Закинула руки за голову, как красавица на картине «Одалиска», повернулась, изогнулась, посмотрела, как болтается белокурая косичка, призадумалась и деловито пошла в спальню.

Там, у изголовья узкой железной кроватки, висел на голубой ленточке образок в золоченой ризке.

Лиза оглянулась, украдкой перекрестилась, отвязала ленточку, положила образок прямо на подушку и побежала снова к зеркалу.

Там, лукаво улыбаясь, перевязала ленточкой свою косичку и снова изогнулась.

Вид был тот же, что и прежде. Только теперь на конце крысиного хвостика болтался грязный, мятый голубой комочек.

Красавица! – шептала Лиза.- Ты рада, что ты – красавица?

Сердцем красавица,
Как ветерок полей,
Кто ей поверит,
Но и обман.

Какие странные слова! Но это ничего. В романсах всегда так. Всегда странные слова. А может быть, не так? Может быть, надо:

Кто ей поверит,
Тот и обман.

Ну, да! Обман – значит, обманут.

И вдруг мелькнула мысль:

А не обманывает ли ее Катя? Может быть, у нее никакого романа и нет. Ведь уверяла же она в прошлом году, что в нее на даче влюбился какой-то Шура Золотивцев и даже бросился в воду. А потом шли они вместе из гимназии, видят – едет на извозчике какой-то маленький мальчик с нянькой и кланяется Кате.

Как? Тот самый, который из-за тебя в воду бросился?

Ну да. Что же тут удивительного?

Да ведь он же совсем маленький!

А Катя рассердилась.

И вовсе он не маленький. Это он на извозчике такой маленький кажется. Ему же двенадцать лет, а старшему его брату – семнадцать. Вот тебе и маленький.

Лиза смутно чувствовала, что это – не аргумент, что старшему брату может быть и восемнадцать лет, а самому Шуре все-таки только двенадцать, а на вид восемь. Но высказать это она как-то не сумела, а только надулась, а на другой день, во время большой перемены, гуляла по коридору с Женей Андреевой.

Лиза снова повернулась к зеркалу, потянула косичку, заложила голубой бантик за ухо и стала приплясывать.

Лиза остановилась и покраснела так сильно, что даже в ушах у нее зазвенело.

Вошел сутулый студент Егоров, товарищ брата.

Здравствуйте! Что? Кокетничаете?

Он был вялый, серый, с тусклыми глазами и сальными, прядистыми волосами.

Лиза вся замерла от стыда и тихо пролепетала:

Нет… я… завязала ленточку…

Он чуть-чуть улыбнулся.

Что ж, это очень хорошо, это очень красиво.

Он приостановился, хотел сказать еще что-нибудь, успокоить ее, чтобы она не обижалась и не смущалась, да как-то не придумал, что, и только повторил:

Это очень, очень красиво!

Потом повернулся и пошел в комнату брата, горбясь и кренделяя длинными, развихленными ногами.

Лиза закрыла лицо руками и тихо, счастливо засмеялась.

Красиво. Он сказал – красиво. Я красивая! Я красивая! И он это сказал! Значит, он любит меня!

Она выбежала на балкон гордая, задыхающаяся от своего огромного счастья, и шептала весеннему солнцу:

Я люблю его! Люблю студента Егорова, безумно люблю! Я завтра все расскажу Кате! Все! Все! Все!

И жалко и весело дрожал за ее плечами крысиный хвостик с голубой тряпочкой.

“Весна”

Балконную дверь только что выставили. Клочки бурой ваты и кусочки замазки валяются на полу. Лиза стоит на балконе, щурится на солнце и думает о Кате Потапович.

Вчера, за уроком географии, Катя рассказала ей о своем романе с кадетом Веселкиным. Катя целуется с Веселкиным, и еще у них что-то такое, о чем она в классе рассказать не может, а скажет потом, в воскресенье, после обеда, когда будет темно.

А ты в кого влюблена? – спрашивает Катя.

Я не могу тебе сказать этого сейчас, – ответила Лиза. – Я скажу тоже потом, в воскресенье.

Катя посмотрела на нее внимательно и крепко прижалась к ней.

Лиза схитрила. Но что же оставалось ей делать? Ведь не признаться же прямо, что у них в доме никаких мальчиков не бывает, и что ей и в голову не приходило влюбиться.

Это вышло бы очень неловко.

Может быть, сказать, что она тоже влюблена в кадета Веселкина? Но Катя знает, что она кадета никогда и в глаза не видала. Вот положение!

Но, с другой стороны, когда так много знаешь о человеке, как она о Веселкине, то ведь имеешь право влюбиться в него и без всякого личного знакомства. Разве это не так?

Легкий ветерок вздохнул свежестью только что растаявшего снега, пощекотал Лизу по щеке прядкой выбившихся из косы волос и весело покатил по балкону клубки бурой ваты.

Лиза лениво потянулась и пошла в комнату.

После балкона комната стала темной, душной и тихой.

Лиза подошла к зеркалу, посмотрела на свой круглый веснушчатый нос, белокурую косичку – крысиный хвостик и подумала с гордой радостью:

“Какая я красавица! Боже мой, какая я красавица! И через три года мне шестнадцать лет, и я смогу выйти замуж!”

Закинула руки за голову, как красавица на картине “Одалиска”, повернулась, изогнулась, посмотрела, как болтается белокурая косичка, призадумалась и деловито пошла в спальню.

Там, у изголовья узкой железной кроватки, висел на голубой ленточке образок в золоченой ризке.

Лиза оглянулась, украдкой перекрестилась, отвязала ленточку, положила образок прямо на подушку и побежала снова к зеркалу.

Там, лукаво улыбаясь, перевязала ленточкой свою косичку и снова изогнулась.

Вид был тот же, что и прежде. Только теперь на конце крысиного хвостика болтался грязный, мятый голубой комочек.

Красавица! – шептала Лиза. – Ты рада, что ты – красавица?

Сердцем красавица, Как ветерок полей, Кто ей поверит, Но и обман.

Какие странные слова! Но это ничего. В романсах всегда так. Всегда странные слова. А может быть, не так? Может быть, надо:

Кто ей поверит, Тот и обман.

Ну, да! Обман – значит, обманут.

И вдруг мелькнула мысль:

А не обманывает ли ее Катя? Может быть, у нее никакого романа и нет. Ведь уверяла же она в прошлом году, что в нее на даче влюбился какой-то Шура Золотивцев и даже бросился в воду. А потом шли они вместе из гимназии, видят – едет на извозчике какой-то маленький мальчик с нянькой и кланяется Кате.

Как? Тот самый, который из-за тебя в воду бросился?

Ну да. Что же тут удивительного?

Да ведь он же совсем маленький!

А Катя рассердилась.

И вовсе он не маленький. Это он на извозчике такой маленький кажется. Ему же двенадцать лет, а старшему его брату – семнадцать. Вот тебе и маленький.

Лиза смутно чувствовала, что это – не аргумент, что старшему брату может быть и восемнадцать лет, а самому Шуре все-таки только двенадцать, а на вид восемь. Но высказать это она как-то не сумела, а только надулась, а на другой день, во время большой перемены, гуляла по коридору с Женей Андреевой.

Лиза снова повернулась к зеркалу, потянула косичку, заложила голубой бантик за ухо и стала приплясывать.

Лиза остановилась и покраснела так сильно, что даже в ушах у нее зазвенело.

Вошел сутулый студент Егоров, товарищ брата.

Здравствуйте! Что? Кокетничаете?

Он был вялый, серый, с тусклыми глазами и сальными, прядистыми волосами.

Лиза вся замерла от стыда и тихо пролепетала:

Нет. я. завязала ленточку.

Он чуть-чуть улыбнулся.

Что ж, это очень хорошо, это очень красиво.

Он приостановился, хотел сказать еще что-нибудь, успокоить ее, чтобы она не обижалась и не смущалась, да как-то не придумал, что, и только повторил:

Это очень, очень красиво!

Потом повернулся и пошел в комнату брата, горбясь и кренделяя длинными, развихленными ногами.

Лиза закрыла лицо руками и тихо, счастливо засмеялась.

Красиво. Он сказал – красиво. Я красивая! Я красивая! И он это сказал! Значит, он любит меня!

Она выбежала на балкон гордая, задыхающаяся от своего огромного счастья, и шептала весеннему солнцу:

Я люблю его! Люблю студента Егорова, безумно люблю! Я завтра все расскажу Кате! Все! Все! Все!

И жалко и весело дрожал за ее плечами крысиный хвостик с голубой тряпочкой.

(Надежда Александровна Лохвицкая) Тэффи – Весна , читать текст

См. также Тэффи (Надежда Александровна Лохвицкая) – Проза (рассказы, поэмы, романы. ) :

ВОСТОК
Н. С. Гумилеву. Мерангов много путешествовал. Он любил Восток и хорошо.

Где-то в тылу
Прежде чем начать военные действия, мальчишки загнали толстую Бубу в п.

Балконную дверь только что выставили.

Клочки бурой ваты и кусочки замазки валяются на полу.

Лиза стоит на балконе, щурится на солнце и думает о Кате Потапович.

Вчера, за уроком географии, Катя рассказала ей о своем романе с кадетом Веселкиным. Катя целуется с Веселкиным, и еще у них что-то такое, о чем она в классе рассказать не может, а скажет потом, в воскресенье, после обеда, когда будет темно.

– А ты в кого влюблена? – спрашивала Катя.

– Я не могу тебе сказать этого сейчас, – ответила Лиза. – Я скажу тоже потом, в воскресенье.

Катя посмотрела на нее внимательно и крепко прижалась к ней.

Лиза схитрила. Но что же оставалось ей делать? Ведь не признаться же прямо, что у них в доме никаких мальчиков не бывает и что ей в голову не приходило влюбиться.

Это вышло бы очень неловко.

Может быть, сказать, что она тоже влюблена в кадета Веселкина? Но Катя знает, что она кадета никогда и в глаза не видала. Вот положение!

Ехать по железной дороге всегда было интересно, а тут еще это странное приключение…

Началось так: тетя Женя задремала. Лиза достала книгу – стихотворения Алексея Толстого – и стала читать. Стихи Ал. Толстого она давно знала наизусть, но держать в руках эту книгу было само по себе очень приятно: зеленая с золотом, а на внутренней стороне переплета наклеена бумажка ведомства Императрицы Марии, свидетельствующая, что «книга сия дана ученице второго класса Елизавете Ермаковой в награду за хорошее поведение и отличные успехи».

Лиза раскрывала наугад страницы и читала.

А против нее сидел чернобородый господин, «старый, наверное лет сорока», и внимательно ее рассматривал.

Заметив это, Лиза смутилась, заправила волосы за уши. А господин стал смотреть на ноги. Тут уж наверное все обстояло благополучно – башмаки были новые. Чего же он смотрит?

Господин опять перевел глаза на ее лицо, чуть-чуть улыбнулся, покосился на тетю Женю, снова улыбнулся и шепнул:

Тут Лиза поняла: он влюбился.

И сейчас же инстинкт, заложенный в каждом женском естестве, даже в таком, пятнадцатилетнем, потребовал: «Влюблен – доканать его окончательно!»

И, скромно опустив глаза, Лиза развернула книгу так, чтобы он мог видеть похвальный лист. Пусть поймет, с кем имеет дело.

Подняла глаза: а он даже и не смотрит. Не понимает, очевидно, что это за лист наклеен.

Повернула книгу совсем боком. Будто рассматривает корешок. Теперь уж и дурак сообразит, что недаром здесь казенная печать и всякие подписи…

Какой странный! Никакого внимания. Смотрит на шею, на ноги. Или близорукий?

Подвинула книгу на коленях к нему поближе.

Тетка проснулась, вытянулась вверх, как змея, и водит глазами с Лизы на бородача и обратно. И щеки у нее трясутся.

Лиза подняла брови удивленно и обиженно. Пересела.

Бородач – как он умеет владеть собой! – спокойно развернул газету и стал читать.

Лиза закрыла глаза и стала думать.

Ей было жаль бородача. Она его не любила, но могла бы выйти за него замуж, чтобы покоить его старость. Она знала, что для него это была роковая встреча, что он никогда ее не забудет и ни с одной женщиной с этих пор не найдет не только счастья, но даже забвения. И всегда, как тень, он будет следовать за ней… Вот она выходит из церкви в подвенечном платье под руку с мужем… И вдруг над толпой… черная борода. Поднимается молча, но с упреком… И так всю жизнь. А когда она умрет, все будут страшно поражены, увидя у ее гроба черную бороду, бледную, как смерть, с огромным венком из лилий… нет, из роз… из красных роз… Нет, из белых роз… из белых тюльпанов…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сочинение Анализ рассказа Весна Тэффи

Основным лейтмотивом произведения является наступление весны, с приходом которого в каждом человеке возникает надежда на осуществление всех его желаний и чувствуется острое желание на проявление нежных, искренних изъявлений.

Главной героиней рассказа писатель представляет шестнадцатилетнюю девушку Лизу, описываемую в качестве некрасивого, конопатого подростка, имеющую крысиную косичку, кажущеюся самой себе неописуемой красавицей.

С наступлением весеннего периода, принесшего свежесть в воздухе, теплый свет и нежные птичьи напевы, героиня ощущает невообразимое душевное волнение, которое обостряется ее острым желанием обрести любовное наслаждение.

Мечта Лизы усиливается в связи с начавшимся романом ее лучшей подруги Кати, которая влюблена в мальчика, старше ее по возрасту, являющегося курсантом кадетского училища. Девушка чувствует щемящую тоску, стесняясь признаться подруге в отсутствии у нее объекта любовных отношений, и жутко завидует Кате, которая уже испытала на себе всю прелесть первых поцелуев.

Стоя на раскрытом балконе, Лиза вглядывается в лица прохожих людей в надежде разглядеть среди них своего суженого, размышляя о потенциальном кавалере подруги, о котором слышит исключительно положительные характеристики, в качестве собственного возлюбленного. Однако подумав, девушка приходит к выводу о невозможности таких отношений, поскольку они кажутся Лизе непорядочными и нечестными.

Неожиданно в дом героини заглядывает в гости товарищ брата, представляющий собой непонятного, хилого юношу, явно неподходящего на кандидата в возлюбленного девушки. Но стоит лишь молодому человеку произнести незначительный комплимент Лизе, восторженно оценив ее бантик, являющийся на самом деле, грязной ленточкой, как девушка вспыхивает навеянным приходом весны чувством и в собственных мыслях считает, что любовь наконец-то пришла и к ней в сердце. Юный студент, по-видимому, также находится во власти весеннего настроения, опьяненный теплыми солнечными лучами, поскольку не замечает непритязательность внешнего вида девушки.

Писатель, используя художественный прием тонкой иронии, раскрывает невероятное душевное состояние, присущее представителям юного возраста, которые открыты для будущих, светлых, искренних чувств, необременённые пока еще жизненными трудностями и проблемами.

Сочинение 2

Надежда Александровна Тэффи – русская писательница и поэтесса. Основными направлениями ее творчества являются юмористическая и детская проза. В своих произведениях писательница особое внимание уделяет душевному состоянию героев, внутренние переживания которых становятся главной темой ее рассказов.

В рассказе Н.А.Тэффи «Весна» пробуждение от зимней стужи можно проследить не только в изменениях, происходящих в окружающей природе, но и в желании главной героини – тринадцатилетней девочки Лизы, любить и быть любимой. Так действует на нее весеннее время года. Ее жизнерадостное настроение прослеживается в каждой строчке. Девочке хочется влюбиться, и она упорно ищет объект для своей симпатии.

На уроке географии подружка Лизы Катя призналась, что влюблена в кадета Веселкина. Подробности она пообещала рассказать девочке в воскресенье вечером, а потом еще и спросила у Лизы, кого любит она. Но Лиза не была влюблена, ни в кого, ведь как пишет автор, идея влюбляться вообще не приходила в голову героини. Однако, признавать этот факт перед подружкой она не захотела. Поэтому девочка, не зная, что ответить, сказала, что также сообщит о своих чувствах в воскресенье. До выходных Лизе срочно нужно было влюбиться и не важно в кого, поэтому неудивительно, что объектом своей симпатии она выбрала студента Егорова, серого и вялого товарища брата. Он зашел в комнату, где Лиза рассматривала в себя в зеркало, и, чтобы не смущать девочку, похвалил ее бантик.

Волнения и внутренние переживания героини занимают центральное место в рассказе. Девочка, находясь в оживленном настроении, не может усидеть на одном месте: она, то выйдет на балкон, где пригревают солнечные лучи и дует свежий ветер, то убежит к зеркалу, чтобы поправить бантик и полюбоваться на свое отражение. В образе Лизы писательница выделяет лишь две основные черты: круглый веснушчатый нос и белокурую косичку. Но читателю хватает их для того, чтобы представить, как выглядит эта взволнованная приходом весны девочка. Название произведения и душевное состояние героини тесно переплетаются между собой. Весь рассказ наполнено чувством любви: к себе, к противоположному полу, да и просто к жизни.

Также читают:

Картинка к сочинению Анализ рассказа Весна Тэффи

Популярные сегодня темы

Андрей Ефимович Рагин скромный доктор, вечно стесняющийся разговаривать в повелительном наклонении является главным героем рассказа Чехова “Палата №6”. Он прибывает в больницу небольшого города, которая находится в таком ужасном состоянии

Лейтенант германской армии, лётчик Фридрих Буш и советский мальчишка Лёша Михайлов одновременно получили награды. Немец за разгром двенадцати советских зенитных установок. А советский школьник за то

Больше всего на свете Некрасов любил охотиться. И вот во время одной из них ему в голову и пришла мысль создать поэму «Коробейники». И частенько вместе с ним охотились крестьяне

Александр Сергеевич Пушкин по праву может считаться творцом национального литературного языка. Завершив процесс его развития, он совершил открытие поистине мирового масштаба: книжная речь стала гораздо ближе

Архип Иванович Куинджи – великий русский живописец, мастер пейзажа, ищущий всегда что-то новое, не признающий никаких традиций. Куинджи всем сердцем любил природу и всегда отождествлял ее с живым существом

Сочинение анализ рассказа весна тэффи. Тэффи любовь и весна

От черной шляпы глаза казались больше и печальнее, и лицо бледнее.

А, может быть, она действительно побледнела оттого, что ей было жаль Бориса Николаевича, милого Бобика, красивого, веселого Бобика, который так глупо застрелился.

Говорят, что он проигрался, и положение его было безвыходно.

А, может быть, и не от того…

Она помнит, как несколько дней назад он приходил к ней – всего несколько дней назад, в сущности, почти накануне смерти – и говорил:

Лада моя! Солнечная моя! Хочу смотреть в ваши глаза!

Она нагнулась к зеркалу и сама посмотрела себе в глаза.

Лада моя! Солнечная моя! Бобик, ведь ты так называл меня! Милый Бобик…

Глаза сделались вдруг бледнее, прозрачнее, как драгоценный камень, опущенный на дно стакана. Они заплакали.

Тогда она осторожно вытерла их кончиком платка, надела перчатки и пошла на панихиду.

Вечер был совсем весенний, немного душный, беспокойный. В такие вечера все спешат куда-то, потому что кажется, будто где-то ждет весенняя радость, только нужно найти ее. Тревожно спешат и спрашивают встречные глаза:

Не ты ли? Не ты ли знаешь об этом?

Недалеко от дома, где лежал простреленный, притихший Бобик, женщина в черной шляпе, которую он называл «моя Лада», зашла в цветочный магазин.

Дайте мне белых лилий. Вот этих. Почем они?

Хохлатый парень метнулся к вазе.

По рублю-с. С бутонами-с.

И испуганно покосился на сидевшую в кассе хозяйку:

Кажись, мол, не продешевил.

Как дорого, – сказала «Лада».

Пахло влажными, умирающими цветами. Но они еще жили. Порою чуть шевелилась та или другая веточка – разметывал свои лепестки новый созревший бутон. А когда кто-то хлопнул входной дверью, высокая кружевная сирень вся вздрогнула, как нервная женщина, и долго тихо дрожала и не могла успокоиться.

Дайте мне четыре цветка, – сказала «Лада». – Нет, дайте шесть.

Она вспомнила, как он сказала ей: «Солнечная моя».

Я куплю ему шесть лилий, потому что я люблю его. Ну да, я люблю тебя, глупый Бобик! Зачем, зачем ты это сделал?

Она вышла и, развернув тонкую бумагу, вдыхала теплый томный запах тепличной лилии.

Простите, я, кажется, толкнул вас!

Молодое, веселое лицо так близко около нее. Смеющиеся глаза играют, спрашивают что-то.

«Лада» оскорблена. В такую минуту! Она идет на панихиду…

Она перешла на другую сторону улицы, но настроение было разбито.

Как называл ты меня, Бобик милый? Ты говорил мне: «Лада моя! Солнечная моя!». Ведь ты так говорил мне? И я никогда не забуду этих слов.

Простите! Вы, кажется, уронили платок!

Те же смеющиеся глаза, теперь немного смущенные и упрямые. Он – студент. Он протягивает к ней грубый, свернутый в комочек платок, и так ясно, что он только что вытащил его из собственного кармана, что она невольно улыбается.

Его глаза смеются откровенно и дерзко.

Ну, я так и думал, что он не ваш. И у меня на это были кое-какие данные.

Он поспешно сует платок себе в карман.

Вы не сердитесь на меня?

Она, конечно, сердится. Это так грубо – приставать на улице! Но он еще что-то говорит.

Дело в том, что я не мог не подойти к вам. Если бы я не подошел, я бы никогда потом не простил себе этого. Никогда.

Я не понимаю, что вы хотите сказать?

Она завернула свои лилии в бумагу и опустила их и смотрит в чужие смеющиеся глаза.

Оттого, что вы необычайная! Такую, как вы, можно встретить только раз в жизни. Может быть, вы и сама такая только раз в жизни, только сейчас. Разве я смел не остановиться? Разве я смел не сказать вам всего этого?

Нужно засмеяться и сказать, что он декадент, – думает «Лада», но не смеется и не говорит ничего, только смотрит и улыбается.

Вы спешите куда-нибудь? – спрашивает он снова.

Да. На панихиду. Вот этот подъезд.

На панихиду – это, значит, недолго. Я буду ждать вас.

Нет, надо. Разве вы не понимаете, что это надо! Вы – как лилия! Вы неповторимая… Я буду ждать.

Она поднялась по лестнице, дошла до квартиры, где двери были открыты, и молча стояли темные фигуры, склоненные над тихими огоньками дрожащих свеч…

Ах, Бобик! – вспомнила она. – Бобик милый, я люблю тебя! Что ты наделал!

Но душа ее не слышала этих своих слов и она повторила снова:

Бобик, я люблю тебя! Бобик мой! Как называл ты меня, милый? Ты говорил мне: «Вы – как лилия! Вы неповторимая». Ведь ты так говорил мне. И я никогда не забуду этих слов!

Ехать по железной дороге всегда было интересно, а тут еще это странное приключение…

Началось так: тетя Женя задремала. Лиза достала книгу – стихотворения Алексея Толстого – и стала читать. Стихи Ал. Толстого она давно знала наизусть, но держать в руках эту книгу было само по себе очень приятно: зеленая с золотом, а на внутренней стороне переплета наклеена бумажка ведомства Императрицы Марии, свидетельствующая, что «книга сия дана ученице второго класса Елизавете Ермаковой в награду за хорошее поведение и отличные успехи».

Лиза раскрывала наугад страницы и читала.

А против нее сидел чернобородый господин, «старый, наверное лет сорока», и внимательно ее рассматривал.

Заметив это, Лиза смутилась, заправила волосы за уши. А господин стал смотреть на ноги. Тут уж наверное все обстояло благополучно – башмаки были новые. Чего же он смотрит?

Господин опять перевел глаза на ее лицо, чуть-чуть улыбнулся, покосился на тетю Женю, снова улыбнулся и шепнул:

Тут Лиза поняла: он влюбился.

И сейчас же инстинкт, заложенный в каждом женском естестве, даже в таком, пятнадцатилетнем, потребовал: «Влюблен – доканать его окончательно!»

И, скромно опустив глаза, Лиза развернула книгу так, чтобы он мог видеть похвальный лист. Пусть поймет, с кем имеет дело.

Подняла глаза: а он даже и не смотрит. Не понимает, очевидно, что это за лист наклеен.

Повернула книгу совсем боком. Будто рассматривает корешок. Теперь уж и дурак сообразит, что недаром здесь казенная печать и всякие подписи…

Какой странный! Никакого внимания. Смотрит на шею, на ноги. Или близорукий?

Подвинула книгу на коленях к нему поближе.

Тетка проснулась, вытянулась вверх, как змея, и водит глазами с Лизы на бородача и обратно. И щеки у нее трясутся.

Лиза подняла брови удивленно и обиженно. Пересела.

ТЭФФИ ЛЮБОВЬ И ВЕСНА. (Рассказ Гули Бучинской) Она показывала мне свои альбомы и целые пачки любительских снимков. Считается почему-то, что гостям очень весело рассматривать группу незнакомых теток на дачном балконе. – А кто этот мальчик? – Это не мальчик. Это я. – А эта старуха кто? – Это тоже я. – А это что за собачка? – Где? Это? Гм. Да ведь это тоже я. – А почему же хвост? – Подожди. Это не мой хвост. Хвост это вот от этой дамы. Это одна известная певица. – Так почему же, если певица, так ей полагается быть с хвостом? – Гм. Не совсем удачная фотография. Такое освещение. А вот старые снимки. Довоенные, Эту особу знаешь? Особа была лет десяти, с веселыми ямочками, с белокурыми косичками, в форменном платьице с широким белым воротником. – Да это как будто ты? – Ну, конечно, я. Она долго смотрела на свой портретик, потом засмеялась и сказала: – Этот портрет относится к периоду моего самого интересного романа. Моей первой любви. – Да ведь тебе тут лет десять-одиннадцать, – Ну да. – Как же это я не знала. Расскажи, пожалуйста. Ведь ты тогда была в лицее. – Вот, вот. Ужасный роман. У нас, видишь ли, образовался особый клуб. Не в нашем классе, а у больших, там, где были девочки уже лет четырнадцати, пятнадцати. Не помню сейчас, в чем там было дело, но главное, что все члены клуба должны были быть непременно влюблены. Невлюбленных не принимали. А у меня, в этом классе у старших, была приятельница, Зося Яницкая. Она меня очень уважала, несмотря на то, что я была маленькая. А уважала она меня за то, что я очень много читала и, главное, за то, что писала стихи. У них в классе никто не умел сочинять стихи. Вот она переговорила со своими подругами и рекомендовала меня. Те, узнав про стихи, сразу согласились, но, конечно, спросили – «влюблена ли эта Зу и в кого? » Тут мне пришлось признаться, что я не влюблена. Как быть? Я бы, конечно, могла наскоро в кого-нибудь влюбиться, но я была в лицее живущей и ни одного мальчика не знала. Зося очень огорчилась. Это было серьезное препятствие. А она меня любила и гордилась мной. И вот придумала она прямо гениальную штуку. Она предложила мне влюбиться в ее брата. Брат ее гимназист, молодчина, совсем взрослый – ему скоро будет тринадцать. – Да ведь я же его никогда не видала! – Ничего. Я его тебе покажу в окно. Пансион у нас был очень строгий, вроде монастыря. В окошко смотреть было запрещено и считалось даже грехом. Но старшие девочки ухитрялись в четыре часа, когда из соседней гимназии мальчики шли домой, подбегать к окошку, конечно, поставив у дверей сигнальщика. Сигнальщик, одна из девочек по очереди, в случае опасности должна была петь «Аве Марию» Гуно. И вот на следующий же день прибежала за мной Зося и потащила к окну. – Смотри скорей! Вот они идут. Вот и он, Юрек. У меня сердце колотилось, так что даже в ушах звенело. – Который? Который? – Да вон этот, круглый! Смотрю – действительно один из мальчиков ужасно какой круглый – ну совсем яблоко. Мне как-то в первую минуту больно стало, что нужно любить такого круглого. А Зося говорит – «Ты согласна?» Ну что делать? Я говорю: – Да. А Зося обрадовалась. – Я, – говорит, – сегодня же вечером спрошу, согласен ли он в тебя влюбиться, потому что в нашем клубе требуется, чтобы любовь была взаимна. На другой день отзывает меня Зося в угол и рассказывает, как она предложила Юреку в меня влюбиться. Он сначала спросил Зосю: «А что я от тебя за это получу?» Но Зося ему объяснила, что это надо сделать совершенно даром, и рассказала ему про клуб. Тогда он спросил: «Это какая же Зу? Это та, что с абажуром на шее?» Поломался немножко, но, впрочем, в конце концов, согласился влюбиться. Мне было очень неприятно, что мой чудесный воротник, которому многие девочки завидовали, он назвал абажуром, но из-за такого пустяка разбивать и свое, и его сердце было бы глупо. Итак – начался роман. Каждый день в четыре часа я вместе с другими героинями бежала к окну и махала платком. На мое приветствие оборачивалось круглое лицо, и видно было, как оно вздыхает. Потом Зося принесла мне открытку, которую Юрек сам для меня нарисовал и раскрасил. Открытка очень взволновала меня, хотя на ней и были изображены просто-напросто гуси. Я даже спросила Зосю – почему именно гуси? Зося ответила, что это оттого, что они ему очень хорошо удаются. В ответ на гусей я послала ему стихи. Не совсем свежие – я их уже несколько месяцев писала в альбом подругам. Но они ведь от этого хуже не стали. Когда весною ландыши цветут, Мне мысли грустные идут, И вспоминаю я всегда О днях, когда была я молода. И вот дня через два передала мне Зося стихи от Юрека. Стихи были длинные. Тогда была мода на декадентов, и он, конечно, просто перекатал их из какого-нибудь журнала. Стихи были непонятные, и слова в них были совсем ужасные. Читала я, спрятавшись в умывалку, Зося стояла на часах. Я, как только прочла, так сейчас же разорвала бумагу на мелкие кусочки, кусочки закрутила катышем и выбросила в форточку. От стихов в голове стало совсем худо и даже страшно. Ухватила я только одну фразу, но и того было довольно, чтобы прийти в ужас. Фраза была: Я как больной сатана Влекусь к тебе! Больной сатана! Такой круглый и вдруг оказывается больной сатана! Это сочетание было такое страшное, что я схватила Зосю за шею и заревела. В четыре часа не пошла к окошку. Боялась взглянуть на больного сатану. Был у меня маленький медальончик, золотой с голубыми камешками. Вот я пробралась потихоньку в нашу часовенку и повесила этот медальончик Мадонне на руку. За больного сатану. Так и помолилась. «Спаси и помилуй больного сатану». Настроение у меня было ужасное. Чувствовала и понимала, что погрязла в грехе. Во-первых, смотрела в окно, что само по себе уже грех, во-вторых, влюбилась, что грех уже серьезный и необычайный и, наконец, этот ужас с больным сатаной. Такой страшный объект для любви! А тут как раз наступил пост и моя первая исповедь. У нас девочки всегда записывали на бумажке свои грехи, чтоб чего-нибудь не забыть. Грехи записывались свои, чужие – то есть те, которые знала да не донесла, а покрыла и, так сказать, сделалась как бы соучастнишей. Затем грехи обычные и, наконец, тяжкие. Я все записала, как другие, а в последний момент записочку-то и потеряла. Можете себе представить мое состояние? И без того-то в душе ужас, хаос, отчаяние, а тут еще грехи потеряла. А храм у нас был старый, черный, с колоннами. Черные огромные ангелы нагнулись и трубят в трубы. А в узкое узорное окно стучат дождевые капли и текут по стеклу слезами. И надо будет сказать старому строгому кюре о моем страшном грехе. И он не простит меня, ни за что не простит, и закачаются колонны, и затрубят черные ангелы, и рухнут своды. – Будь проклята, черная грешница! И вот я у окошечка. Рассказываю дрожащим голосом о том, как лгала, как украла у Галюси чудную новую резинку, маленькую, круглую. Потом вернула. Как люблю сладкое, как ленюсь. Ах, все это пустяки. Я не ребенок, я отлично понимаю, что сам кюре позавидовал бы такой резинке. Все это вздор и мелочи. Главное впереди. – У меня есть страшный грех. – Какой, деточка? Лечу в пропасть. Закрываю глаза. – Я влюблена. Он ничего, спокоен. – В кого же? Шепчу: – В Юрека. – Что же это за Юрек? – Он Зосин брат. Он очень взрослый. Ему скоро тринадцать. – Вот как! А где же ты с ним видишься? – А я совсем не вижусь. Я в окно. Он ничего, только брови поднял. – Вот, – говорит, – деточка, как нехорошо. Вам ведь запрещено в окошко смотреть. Надо слушаться. Я все жду, когда же он рассердится. А он говорит: – Ну вот, больше в окошко не смотри, а помолись Богу, чтобы Юрек был здоров и хорошо учился. Только и всего! И вдруг весь мой страшный грех показался мне таким пустяком, и вся история с Юреком такой ерундой, а сам Юрек смешным, круглым мальчиком. И вспомнились разные унизительные для героя штуки, которые рассказывала Зося и которые я инстинктивно пропускала мимо ушей. Как Юрек боится темной комнаты, и как ревел, когда был у дантиста, и как съедает по три тарелки макарон со сметаной. «Ну, думаю, дура я дура! И чего я так мучилась». На другой день побежала в четыре часа к окошку. Вижу – ждет. Я скорчила самую безобразную рожу, высунула язык, повернулась спиной и ушла. – Зося, – говорю. – Я твоему брату дала отставку. Пусть так и знает. На другой день приходит Зося в школу страшно расстроенная. – Ты, – говорит, – сама не знаешь, что ты наделала! Юрек говорит, что ты его оскорбила и что он, как дворянин, не перенесет позора. Я безумно испугалась. – Что же он сделает? – Не знаю. Но он в ужасном состоянии. Как быть? Неужели застрелится? Я надену длинное черное платье и всю жизнь буду бледна. А самое лучшее сейчас же пойти в монастырь и сделаться святой. Напишу ему прощальное письмо. В стихах. Он тогда стреляться не будет. Со святой взятки гладки. Стала сочинять. Средь ангелов на небе голубом Я помнить буду о тебе одном. Не успела я записать эти строки, как вдруг – цоп меня за плечо. Мадемуазель! Наша строгая классная дама. – Что ты там пишешь, дитя мое? Я крепко зажала бумажку в кулак. – Я тебя спрашиваю, что ты такое пишешь? Покажи мне. – Ни за что! Она поджала губы, раздула ноздри. – Почему? – Потому что это моя личная корреспонденция. Очевидно, я где-то слышала такое великолепное официальное выражение, оно у меня и выскочило – к моему собственному удивлению. – Ах, вот как! Она схватила меня за руку, я руку вырвала. Она поняла, что ей со мной не справиться. – Петр! Петр был сторож, звонил часы уроков, подметал классные комнаты. – Петр! Сюда! Возьмите у барышни записку, которая у нее в кулаке. Петр шмыгнул носом и решительно направился ко мне. Тут я гордо вскинула голову и швырнула смятую бумажку на пол: – С мужиком я драться не стану! Повернулась и вышла. Девочки разъехались. Меня на праздники не отпустили. Я наказана. И то еще хорошо. Собирались вообще выгнать из лицея за дерзкое поведение и безнравственное стихотворение. Я сидела у окна и писала сочинение, которое в наказание задала мне классная дама. Сочинение о весне. Праздничный благовест лился в окно. Пух цветущих деревьев летел и кружился в воздухе. Щебетали веселые птицы, и пахло водой, и медом, и молодой весенней землей. «Весна» – написала я. И крупная слеза капнула, и расплылось чернило моей «Весны». Я обвела кляксу кружочком и стала разрисовывать сиянием. И, не правда ли, она, эта моя весна, заслужила сияние? Ведь она у меня так и осталась в нимбе моей памяти, как видите – на всю жизнь. «Весна».

Ехать по железной дороге всегда было интересно, а тут еще это странное приключение…

Началось так: тетя Женя задремала. Лиза достала книгу – стихотворения Алексея Толстого – и стала читать. Стихи Ал. Толстого она давно знала наизусть, но держать в руках эту книгу было само по себе очень приятно: зеленая с золотом, а на внутренней стороне переплета наклеена бумажка ведомства Императрицы Марии, свидетельствующая, что «книга сия дана ученице второго класса Елизавете Ермаковой в награду за хорошее поведение и отличные успехи».

Лиза раскрывала наугад страницы и читала.

А против нее сидел чернобородый господин, «старый, наверное лет сорока», и внимательно ее рассматривал.

Заметив это, Лиза смутилась, заправила волосы за уши. А господин стал смотреть на ноги. Тут уж наверное все обстояло благополучно – башмаки были новые. Чего же он смотрит?

Господин опять перевел глаза на ее лицо, чуть-чуть улыбнулся, покосился на тетю Женю, снова улыбнулся и шепнул:

Тут Лиза поняла: он влюбился.

И сейчас же инстинкт, заложенный в каждом женском естестве, даже в таком, пятнадцатилетнем, потребовал: «Влюблен – доканать его окончательно!»

И, скромно опустив глаза, Лиза развернула книгу так, чтобы он мог видеть похвальный лист. Пусть поймет, с кем имеет дело.

Подняла глаза: а он даже и не смотрит. Не понимает, очевидно, что это за лист наклеен.

Повернула книгу совсем боком. Будто рассматривает корешок. Теперь уж и дурак сообразит, что недаром здесь казенная печать и всякие подписи…

Какой странный! Никакого внимания. Смотрит на шею, на ноги. Или близорукий?

Подвинула книгу на коленях к нему поближе.

Тетка проснулась, вытянулась вверх, как змея, и водит глазами с Лизы на бородача и обратно. И щеки у нее трясутся.

Лиза подняла брови удивленно и обиженно. Пересела.

Бородач – как он умеет владеть собой! – спокойно развернул газету и стал читать.

Лиза закрыла глаза и стала думать.

Ей было жаль бородача. Она его не любила, но могла бы выйти за него замуж, чтобы покоить его старость. Она знала, что для него это была роковая встреча, что он никогда ее не забудет и ни с одной женщиной с этих пор не найдет не только счастья, но даже забвения. И всегда, как тень, он будет следовать за ней… Вот она выходит из церкви в подвенечном платье под руку с мужем… И вдруг над толпой… черная борода. Поднимается молча, но с упреком… И так всю жизнь. А когда она умрет, все будут страшно поражены, увидя у ее гроба черную бороду, бледную, как смерть, с огромным венком из лилий… нет, из роз… из красных роз… Нет, из белых роз… из белых тюльпанов…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сочинение анализ рассказа весна тэффи. Анализ рассказа тэффи весна

Балконную дверь только что выставили.

Клочки бурой ваты и кусочки замазки валяются на полу.

Лиза стоит на балконе, щурится на солнце и думает о Кате Потапович.

Вчера, за уроком географии, Катя рассказала ей о своем романе с кадетом Веселкиным. Катя целуется с Веселкиным, и еще у них что-то такое, о чем она в классе рассказать не может, а скажет потом, в воскресенье, после обеда, когда будет темно.

– А ты в кого влюблена? – спрашивала Катя.

– Я не могу тебе сказать этого сейчас, – ответила Лиза. – Я скажу тоже потом, в воскресенье.

Катя посмотрела на нее внимательно и крепко прижалась к ней.

Лиза схитрила. Но что же оставалось ей делать? Ведь не признаться же прямо, что у них в доме никаких мальчиков не бывает и что ей в голову не приходило влюбиться.

Это вышло бы очень неловко.

Может быть, сказать, что она тоже влюблена в кадета Веселкина? Но Катя знает, что она кадета никогда и в глаза не видала. Вот положение!

Ехать по железной дороге всегда было интересно, а тут еще это странное приключение…

Началось так: тетя Женя задремала. Лиза достала книгу – стихотворения Алексея Толстого – и стала читать. Стихи Ал. Толстого она давно знала наизусть, но держать в руках эту книгу было само по себе очень приятно: зеленая с золотом, а на внутренней стороне переплета наклеена бумажка ведомства Императрицы Марии, свидетельствующая, что «книга сия дана ученице второго класса Елизавете Ермаковой в награду за хорошее поведение и отличные успехи».

Лиза раскрывала наугад страницы и читала.

А против нее сидел чернобородый господин, «старый, наверное лет сорока», и внимательно ее рассматривал.

Заметив это, Лиза смутилась, заправила волосы за уши. А господин стал смотреть на ноги. Тут уж наверное все обстояло благополучно – башмаки были новые. Чего же он смотрит?

Господин опять перевел глаза на ее лицо, чуть-чуть улыбнулся, покосился на тетю Женю, снова улыбнулся и шепнул:

Тут Лиза поняла: он влюбился.

И сейчас же инстинкт, заложенный в каждом женском естестве, даже в таком, пятнадцатилетнем, потребовал: «Влюблен – доканать его окончательно!»

И, скромно опустив глаза, Лиза развернула книгу так, чтобы он мог видеть похвальный лист. Пусть поймет, с кем имеет дело.

Подняла глаза: а он даже и не смотрит. Не понимает, очевидно, что это за лист наклеен.

Повернула книгу совсем боком. Будто рассматривает корешок. Теперь уж и дурак сообразит, что недаром здесь казенная печать и всякие подписи…

Какой странный! Никакого внимания. Смотрит на шею, на ноги. Или близорукий?

Подвинула книгу на коленях к нему поближе.

Тетка проснулась, вытянулась вверх, как змея, и водит глазами с Лизы на бородача и обратно. И щеки у нее трясутся.

Лиза подняла брови удивленно и обиженно. Пересела.

От черной шляпы глаза казались больше и печальнее, и лицо бледнее.

А, может быть, она действительно побледнела оттого, что ей было жаль Бориса Николаевича, милого Бобика, красивого, веселого Бобика, который так глупо застрелился.

Говорят, что он проигрался, и положение его было безвыходно.

А, может быть, и не от того…

Она помнит, как несколько дней назад он приходил к ней – всего несколько дней назад, в сущности, почти накануне смерти – и говорил:

Лада моя! Солнечная моя! Хочу смотреть в ваши глаза!

Она нагнулась к зеркалу и сама посмотрела себе в глаза.

Лада моя! Солнечная моя! Бобик, ведь ты так называл меня! Милый Бобик…

Глаза сделались вдруг бледнее, прозрачнее, как драгоценный камень, опущенный на дно стакана. Они заплакали.

Тогда она осторожно вытерла их кончиком платка, надела перчатки и пошла на панихиду.

Вечер был совсем весенний, немного душный, беспокойный. В такие вечера все спешат куда-то, потому что кажется, будто где-то ждет весенняя радость, только нужно найти ее. Тревожно спешат и спрашивают встречные глаза:

Не ты ли? Не ты ли знаешь об этом?

Недалеко от дома, где лежал простреленный, притихший Бобик, женщина в черной шляпе, которую он называл «моя Лада», зашла в цветочный магазин.

Дайте мне белых лилий. Вот этих. Почем они?

Хохлатый парень метнулся к вазе.

По рублю-с. С бутонами-с.

И испуганно покосился на сидевшую в кассе хозяйку:

Кажись, мол, не продешевил.

Как дорого, – сказала «Лада».

Пахло влажными, умирающими цветами. Но они еще жили. Порою чуть шевелилась та или другая веточка – разметывал свои лепестки новый созревший бутон. А когда кто-то хлопнул входной дверью, высокая кружевная сирень вся вздрогнула, как нервная женщина, и долго тихо дрожала и не могла успокоиться.

Дайте мне четыре цветка, – сказала «Лада». – Нет, дайте шесть.

Она вспомнила, как он сказала ей: «Солнечная моя».

Я куплю ему шесть лилий, потому что я люблю его. Ну да, я люблю тебя, глупый Бобик! Зачем, зачем ты это сделал?

Она вышла и, развернув тонкую бумагу, вдыхала теплый томный запах тепличной лилии.

Простите, я, кажется, толкнул вас!

Молодое, веселое лицо так близко около нее. Смеющиеся глаза играют, спрашивают что-то.

«Лада» оскорблена. В такую минуту! Она идет на панихиду…

Она перешла на другую сторону улицы, но настроение было разбито.

Как называл ты меня, Бобик милый? Ты говорил мне: «Лада моя! Солнечная моя!». Ведь ты так говорил мне? И я никогда не забуду этих слов.

Простите! Вы, кажется, уронили платок!

Те же смеющиеся глаза, теперь немного смущенные и упрямые. Он – студент. Он протягивает к ней грубый, свернутый в комочек платок, и так ясно, что он только что вытащил его из собственного кармана, что она невольно улыбается.

Его глаза смеются откровенно и дерзко.

Ну, я так и думал, что он не ваш. И у меня на это были кое-какие данные.

Он поспешно сует платок себе в карман.

Вы не сердитесь на меня?

Она, конечно, сердится. Это так грубо – приставать на улице! Но он еще что-то говорит.

Дело в том, что я не мог не подойти к вам. Если бы я не подошел, я бы никогда потом не простил себе этого. Никогда.

Я не понимаю, что вы хотите сказать?

Она завернула свои лилии в бумагу и опустила их и смотрит в чужие смеющиеся глаза.

Оттого, что вы необычайная! Такую, как вы, можно встретить только раз в жизни. Может быть, вы и сама такая только раз в жизни, только сейчас. Разве я смел не остановиться? Разве я смел не сказать вам всего этого?

Нужно засмеяться и сказать, что он декадент, – думает «Лада», но не смеется и не говорит ничего, только смотрит и улыбается.

Вы спешите куда-нибудь? – спрашивает он снова.

Да. На панихиду. Вот этот подъезд.

На панихиду – это, значит, недолго. Я буду ждать вас.

Нет, надо. Разве вы не понимаете, что это надо! Вы – как лилия! Вы неповторимая… Я буду ждать.

Она поднялась по лестнице, дошла до квартиры, где двери были открыты, и молча стояли темные фигуры, склоненные над тихими огоньками дрожащих свеч…

Ах, Бобик! – вспомнила она. – Бобик милый, я люблю тебя! Что ты наделал!

Но душа ее не слышала этих своих слов и она повторила снова:

Бобик, я люблю тебя! Бобик мой! Как называл ты меня, милый? Ты говорил мне: «Вы – как лилия! Вы неповторимая». Ведь ты так говорил мне. И я никогда не забуду этих слов!

В рассказе, на самом деле, чувствуется приход весны. Из балконных дверей достали вату, свежий воздух наполняет комнаты, светло-тепло. И в воздухе этом что-то необычное. Даже Лиза (почти взрослая девушка, которой через несколько лет уже шестнадцать) чувствует волнение. Ей бы хотелось влюбиться, она ищет «объект» чувства.

Её подруга Катя уже не просто влюблена, а уже у неё даже роман с кадетом. Наверняка, он старше её! И они уже целовались, а ещё… Но подробности она расскажет только завтра. Вот Лиза и тоскует. А ещё Катя спросила, в кого влюблена Лизочка. Та не в кого! Но стесняется признаться. То есть в рассказе написано, что даже нет мальчишек рядом.

У нас вот тоже нет, то есть нет нормальных. Нельзя ведь влюбляться в непонятно кого…

Лиза даже думает влюбиться в жениха Кати. Хотя она его не видела толком, но слышала ведь о нём много хорошего. В итоге она не решается, чтоб не обидеть Катю. То есть это я так поняла. Нехорошо влюбляться в одного парня на двоих, ссоры будут, ревность.

Выискивает Лиза объект любви с балкона, но так никого и не находит. Тут заглянул друг брата. Какой-то весь непонятный, хилый. И она в него влюбляется! Не совсем верно, по-моему. Неподходящий кандидат!

Но он её похвалил (бантик), а она уже готова отдать сердце и руку. Совсем не логично: похвалил бант – похвалил её – влюблен – влюблена… Такая схема! И Лиза всё, кроме первого пункта, придумала.

Но это всё влияние вены, видимо. Там написано, что Лиза, хотя и некрасивая, в веснушках и с крысиной косой, но кажется себе неотразимой красавицей. Крутится перед зеркалом, хвастается. Даже грязная ленточка кажется ей красивой. Просто неадекватность какая-то!

Любовь в этом рассказе прямо в каждой строке. Любовь к противоположному полу, к себе… Но в этом я вижу иронию. Надеюсь, что с героини (и с героя самого – студента Егорова) сойдёт это опьянение.

Кстати, там ещё мне понравился эпизод, когда Катя рассказывала, что в неё влюблен Саша. Оказалось, что это мальчишка восьми (или двенадцати) лет. Лиза разочарована, её совсем не убеждает аргумент Кати, что мальчик из-за неё в воду бросался. Думаю, что, наверное кадет тоже не так уж хорош, как рассказывает та Катя.

Несколько интересных сочинений

  • Сочинение Уход за домашними животными

В жизни почти каждый человек заводит домашнего питомца. И, конечно же, приведя в дом любимца, нужно понимать, что на тебе лежит огромная ответственность за него, ведь это живое существо.

Сочинение Новый год в моей семье (Как провел я новый год)

Новый год это мой любимый семейный праздник. Вся наша дружная семья собирается вместе, папа, мама, бабушка и я. Готовиться к празднику мы начинаем заранее

Сочинение по картине Сатарова Мороз 8 класс

На картине Михаила Сатарова “Мороз” мы видим изображение зимней поры в лесу. Заснеженные деревья и дороги говорят о том, что всю ночь шел снег, а сейчас царит спокойная погода.

Образ и характеристика Акимыча из рассказа Кукла Носова

В рассказе «Кукла» повествование идёт о бывшем фронтовике. Акимыч – так зовут главного героя, был ранен в бою и тяжело контужен. Последствия контузии периодически сказывались на поведении героя

Каждый из нас давал в своей жизни обещание. Всем это знакомо. Но некоторые не знают о существовании такой поговорки как: Слово делом крепи.

Ехать по железной дороге всегда было интересно, а тут еще это странное приключение…

Началось так: тетя Женя задремала. Лиза достала книгу – стихотворения Алексея Толстого – и стала читать. Стихи Ал. Толстого она давно знала наизусть, но держать в руках эту книгу было само по себе очень приятно: зеленая с золотом, а на внутренней стороне переплета наклеена бумажка ведомства Императрицы Марии, свидетельствующая, что «книга сия дана ученице второго класса Елизавете Ермаковой в награду за хорошее поведение и отличные успехи».

Лиза раскрывала наугад страницы и читала.

А против нее сидел чернобородый господин, «старый, наверное лет сорока», и внимательно ее рассматривал.

Заметив это, Лиза смутилась, заправила волосы за уши. А господин стал смотреть на ноги. Тут уж наверное все обстояло благополучно – башмаки были новые. Чего же он смотрит?

Господин опять перевел глаза на ее лицо, чуть-чуть улыбнулся, покосился на тетю Женю, снова улыбнулся и шепнул:

Тут Лиза поняла: он влюбился.

И сейчас же инстинкт, заложенный в каждом женском естестве, даже в таком, пятнадцатилетнем, потребовал: «Влюблен – доканать его окончательно!»

И, скромно опустив глаза, Лиза развернула книгу так, чтобы он мог видеть похвальный лист. Пусть поймет, с кем имеет дело.

Подняла глаза: а он даже и не смотрит. Не понимает, очевидно, что это за лист наклеен.

Повернула книгу совсем боком. Будто рассматривает корешок. Теперь уж и дурак сообразит, что недаром здесь казенная печать и всякие подписи…

Какой странный! Никакого внимания. Смотрит на шею, на ноги. Или близорукий?

Подвинула книгу на коленях к нему поближе.

Тетка проснулась, вытянулась вверх, как змея, и водит глазами с Лизы на бородача и обратно. И щеки у нее трясутся.

Лиза подняла брови удивленно и обиженно. Пересела.

Бородач – как он умеет владеть собой! – спокойно развернул газету и стал читать.

Лиза закрыла глаза и стала думать.

Ей было жаль бородача. Она его не любила, но могла бы выйти за него замуж, чтобы покоить его старость. Она знала, что для него это была роковая встреча, что он никогда ее не забудет и ни с одной женщиной с этих пор не найдет не только счастья, но даже забвения. И всегда, как тень, он будет следовать за ней… Вот она выходит из церкви в подвенечном платье под руку с мужем… И вдруг над толпой… черная борода. Поднимается молча, но с упреком… И так всю жизнь. А когда она умрет, все будут страшно поражены, увидя у ее гроба черную бороду, бледную, как смерть, с огромным венком из лилий… нет, из роз… из красных роз… Нет, из белых роз… из белых тюльпанов…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Весна

Балконную дверь только что выставили. Клочки бурой ваты и кусочки замазки валяются на полу. Лиза стоит на балконе, щурится на солнце и думает о Кате Потапович.

Вчера, за уроком географии, Катя рассказала ей о своем романе с кадетом Веселкиным. Катя целуется с Веселкиным, и еще у них что-то такое, о чем она в классе рассказать не может, а скажет потом, в воскресенье, после обеда, когда будет темно.

– А ты в кого влюблена? – спрашивает Катя.

– Я не могу тебе сказать этого сейчас, – ответила Лиза. – Я скажу тоже потом, в воскресенье.

Катя посмотрела на нее внимательно и крепко прижалась к ней.

Лиза схитрила. Но что же оставалось ей делать? Ведь не признаться же прямо, что у них в доме никаких мальчиков не бывает, и что ей и в голову не приходило влюбиться.

Это вышло бы очень неловко.

Может быть, сказать, что она тоже влюблена в кадета Веселкина? Но Катя знает, что она кадета никогда и в глаза не видала. Вот положение!

Но, с другой стороны, когда так много знаешь о человеке, как она о Веселкине, то ведь имеешь право влюбиться в него и без всякого личного знакомства. Разве это не так?

Легкий ветерок вздохнул свежестью только что растаявшего снега, пощекотал Лизу по щеке прядкой выбившихся из косы волос и весело покатил по балкону клубки бурой ваты.

Лиза лениво потянулась и пошла в комнату.

После балкона комната стала темной, душной и тихой.

Лиза подошла к зеркалу, посмотрела на свой круглый веснушчатый нос, белокурую косичку – крысиный хвостик и подумала с гордой радостью:

«Какая я красавица! Боже мой, какая я красавица! И через три года мне шестнадцать лет, и я смогу выйти замуж!»

Закинула руки за голову, как красавица на картине «Одалиска», повернулась, изогнулась, посмотрела, как болтается белокурая косичка, призадумалась и деловито пошла в спальню.

Там, у изголовья узкой железной кроватки, висел на голубой ленточке образок в золоченой ризке.

Лиза оглянулась, украдкой перекрестилась, отвязала ленточку, положила образок прямо на подушку и побежала снова к зеркалу.

Там, лукаво улыбаясь, перевязала ленточкой свою косичку и снова изогнулась.

Вид был тот же, что и прежде. Только теперь на конце крысиного хвостика болтался грязный, мятый голубой комочек.

– Красавица! – шептала Лиза. – Ты рада, что ты – красавица?

Как ветерок полей,

Какие странные слова! Но это ничего. В романсах всегда так. Всегда странные слова. А может быть, не так? Может быть, надо:

Ну, да! Обман – значит, обманут.

И вдруг мелькнула мысль:

– А не обманывает ли ее Катя? Может быть, у нее никакого романа и нет. Ведь уверяла же она в прошлом году, что в нее на даче влюбился какой-то Шура Золотивцев и даже бросился в воду. А потом шли они вместе из гимназии, видят – едет на извозчике какой-то маленький мальчик с нянькой и кланяется Кате.

– Как? Тот самый, который из-за тебя в воду бросился?

– Ну да. Что же тут удивительного?

– Да ведь он же совсем маленький!

А Катя рассердилась.

– И вовсе он не маленький. Это он на извозчике такой маленький кажется. Ему же двенадцать лет, а старшему его брату – семнадцать. Вот тебе и маленький.

Лиза смутно чувствовала, что это – не аргумент, что старшему брату может быть и восемнадцать лет, а самому Шуре все-таки только двенадцать, а на вид восемь. Но высказать это она как-то не сумела, а только надулась, а на другой день, во время большой перемены, гуляла по коридору с Женей Андреевой.

Лиза снова повернулась к зеркалу, потянула косичку, заложила голубой бантик за ухо и стала приплясывать.

Лиза остановилась и покраснела так сильно, что даже в ушах у нее зазвенело.

Вошел сутулый студент Егоров, товарищ брата.

– Здравствуйте! Что? Кокетничаете?

Он был вялый, серый, с тусклыми глазами и сальными, прядистыми волосами.

Лиза вся замерла от стыда и тихо пролепетала:

– Нет. я. завязала ленточку.

Он чуть-чуть улыбнулся.

– Что ж, это очень хорошо, это очень красиво.

Он приостановился, хотел сказать еще что-нибудь, успокоить ее, чтобы она не обижалась и не смущалась, да как-то не придумал, что, и только повторил:

– Это очень, очень красиво!

Потом повернулся и пошел в комнату брата, горбясь и кренделяя длинными, развихленными ногами.

Лиза закрыла лицо руками и тихо, счастливо засмеялась.

– Красиво. Он сказал – красиво. Я красивая! Я красивая! И он это сказал! Значит, он любит меня!

Она выбежала на балкон гордая, задыхающаяся от своего огромного счастья, и шептала весеннему солнцу:

– Я люблю его! Люблю студента Егорова, безумно люблю! Я завтра все расскажу Кате! Все! Все! Все!

И жалко и весело дрожал за ее плечами крысиный хвостик с голубой тряпочкой.

Ссылка на основную публикацию
×
×